Он хотел «как лучше»
Национальный Музей на Вацлавской площади в Праге. (Фото: «Nautilus»)
Сегодня, в период всеобщей глобализации, национальная идея, возможно, не так уж важна для общества. Хотя, конечно, многое зависит от того, что это за общество, и на каких основах строится его развитие.
В истории чешской национального самосознания был интересный эпизод, убедивший очень многих, что любая национальная идея должна быть, прежде всего, честной.
Также по теме«Дилетант» «Слово о полку Игореве»: подделка или шедевр? «Вести» Протоколы сионских мудрецов 100 лет спустя
Как известно, много веков Чешское королевство подчинялось немецкому влиянию – то Габсбургам, то Австро-венгерской империи. Соответственно, чешский язык оказался в глубоком забвении, развития национального самосознания оказалось остановлено, да и сама полузабытая чешская культура почти пала под немецким натиском.
Но с начала XIX столетия чешская интеллектуальная элита, осознав бездну, в которую летят национальные традиции, и скорость, с которой растворяется чешский этнос, забила тревогу.
Одним из «будителей» национальной гордости стал поэт и ученый Вацлав Ганка.
Путь его был необычен: мальчик из малограмотной крестьянской семьи смог окончить гимназию, поступить на филологический факультет Карлова университета, стать прекрасным филологом и учеником знаменитого историка и фольклориста Йозефа Добровского.
Именно благодаря увлеченности и упорству Ганки был создан Национальный Музей (здание которого невозможно миновать, оказавшись на Вацлавской площади), а сам ученый долгие годы возглавлял Библиотеку Национального Музея.
Его научные интересы концентрировались вокруг славянских языков, истории, палеографии и литературы. Однако помыслы его шли гораздо дальше собственных карьерных амбиций.
Вацлаву Ганке хотелось видеть Чехию сильным, самостоятельным государством с древней культурой, оказывавшей влияние на окружающие страны.
И вот, в 1817 году Европу облетела благая и удивительная весть. В чешском городке Кралув Двур в заброшенном монастырском помещении за старинным шкафом исследователь Вацлав Ганка обнаружил манускрипт... Что в нем?
Эпические и лирико-эпические песни, неизвестные исторические персонажи и рассказы о событиях, которые являлись несомненным свидетельством древней высокоразвитой чешской культуры. Рукопись «датировалась» XIII веком и получила название Краледворская.
Несколько лет спустя нашлась еще одна рукопись того же периода, названная по месту своего обнаружения «Зеленогорская».
Эти два историко-литературных источника консолидировали целое поколение вокруг идеи культурного возрождения Чехии. Государство, имевшее уже на самых ранних этапах подобные литературные памятники, не могло быть небольшим вечно зависимым королевством. Тем более, что описываемые в рукописях исторические события и военные победы, так же свидетельствовали о сильной и свободной Богемии.
Фальшивые шедевры: литературные аферы, которые изменили мир
Несмелые попытки усомниться в подлинности рукописей воспринимались как происки сторонников немецкой культуры. Сам Ганка до конца жизни (больше 30 лет) авторитетно отстаивал достоверность этих памятников, благодаря которым чешская национальная культура получила прекрасную питательную среду для воспитания патриотизма и чувства гордости.
Когда-то Россия точно также ликовала после обнаружения «Слова о Полку Игореве», подлинник которого, кстати говоря, погиб при пожаре в 1812 году.
Вацлав Ганка не догадался придумать пожар, в котором найденные сокровища «случайно» погибли бы...
Все тайное, рано или поздно, всегда становится явным. На рубеже XIX и XX столетия была абсолютно точно доказана подделка обеих рукописей. Среди самых верных доказательств - множество фактических ошибок, а так же развитие палеографии и, особенно, химии.
Анализ чернил показал наличие химических элементов, которые не использовались в XII столетии, а были «современниками» Вацлава Ганки.
Как же смог ученый XIX века создать такой памятник, как «древняя рукопись»? Он собрал палимпсесты – кусочки пергаментов, на которых уже несколько раз были когда-то написаны древние рукописи, а затем соскоблены и использованы снова. На них и были созданы оба «памятника».
Знаток старославянских текстов Ганка очень грамотно стилизовал поэтические произведения, а его палеографическая ученость позволила воссоздать почерк древнего переписчика.
Так что в историю он вошел не только как вдохновитель возрождения национального самосознания и великолепный филолог, но и как гениальный фальсификатор.
Уже доказанная подделка еще очень долго продолжала раскалывать общество пополам – на сторонников и противников подлинности литературных памятников.
В итоге, точку в спорах поставил «эталон» чешской культурно-политической мысли, первый президент независимой Республики Чехословакии Томаш Гарриг Масарик, справедливо утверждавший, что никакая патриотическая идея не может основываться на лжи.
Автор статьи - гид, организатор индивидуальных экскурсий по Праге и городам и замкам Чехии
* * *
Екатерина Герцман
Статья любезно прислана автором