«Да, были люди…»
Лондон, «Альберт-холл» - памятник викторианской эпохи. (Фото: «Nautilus»)
Как вам такой титул – родоначальник литературных клише? Эдвард Бульвер-Литтон (Edward Bulwer-Lytton).
Популярный английский романист XIX века, автор исторических, мистических и приключенческих романов.
В контекстеПо следам Шерлока и Ватсона Дом на Бекер-стрит — главное место действия истории о Шерлоке Холмсе и в книге, и в сериале. На самом деле адрес выдуманный, но если вы спуститесь по шумной Бейкер-стрит до дома 237-41, то найдете музей Шерлока Холмса.
Титул он заслужил за начало одного из своих романов, «Поль Клиффорд» («Paul Clifford»): «Стояла темная ненастная ночь» («It was a dark and stormy night…»).
Бульварное чтиво? Меж тем его роман «Пелам» вдохновил Пушкина на роман «Русский Пелам» (неоконченный). «Последние дни Помпеи», история любви на фоне гибнущего города, и «Риенци», исторический роман о народном вожде Рима, восхищали Лермонтова. А Вагнер даже написал оперу на либретто по мотивам «Риенци». Мистический роман «Занони», вдохновленный идеями розенкрейцеров, читали Соловьев, Мережковский, Розанов.
А «Поль Клиффорд» с его пресловутой первой фразой, ставшей символом плохого литературного стиля, породил Bulwer-Lytton Fiction Contest, конкурс на самый вычурный прозаический абзац. Призовой фонд — 250$ США, основной критерий — «словесная избыточность, напыщенность, замысловатость, словоблудие и клинический бред». Думаю, не поучаствовать ли.
Помимо писания чрезвычайно популярных романов, он занимался политикой – был министром колоний в правительстве Великобритании.
При нем была основана колония Британская Колумбия (ныне часть Канады), а один из городов даже был назван в его честь — Литтон (Lytton).
Оказал влияние на становление теософии, герметизма и других мистических систем – Елена Блаватская признавала его своим учителем.
Его личная жизнь, прообраз мексиканского сериала, на протяжении десятилетий оставалась объектом пристального внимания современников.
Будучи людьми литературными, и он, и его жена использовали свое перо как инструмент в борьбе друг с другом.
Поженились они по любви, но разногласия начались почти сразу по выходе из церкви. Жена Бульвер-Литтона, Розина Уиллер, умная, образованная, с литературными и политическими амбициями, с юности вела себя независимо и свободолюбиво. Викторианскому обществу в целом и ее мужу в частности это крайне не нравилось.
В контекстеБремя Ерусалима Копии были положены под сукно соответствующих библиотек и извлечены для публикации лишь полвека спустя – да и то в полу-специальных изданиях. Сборники и собрания сочинений Рудьярда Киплинга по-прежнему печатаются без злополучной «непечатной» поэмы.
Муж ограничивал жену финансово, контролировал ее поведение и общественное положение. Жена постоянно протестовала, так как хотела жить независимо и издавать свои книги. Он объяснял, что как жена политика, она должна следовать определенным нормам.
Она возражала, что прежде всего она независимый человек и только потом чья-то жена. Он считал, что она истерична и непредсказуема. Она считала, что он холодный, надменный эгоист.
Через 9 лет они расстались официально, но не развелись юридически. Оставшись без средств, Розина начала публиковать памфлеты и статьи, обвиняющие мужа в тирании, притворстве, аморальности и жестокости. Спустя три года она написала роман «Чивли, или Человек чести» («Cheveley, or The Man of Honour»), о тщеславном и лицемерном политике. Прототип главного героя угадывался уже на третьей странице.
Примерно в то же время в одной их своих пьес ее муж и написал бессмертную фразу: «Перо могущественнее меча» («The pen is mightier than the sword»).
Спусти почти 20 лет, когда Бульвер-Литтон стал министром колоний, Розина публично критиковала его на избирательном митинге.
В ответ он добился ее принудительного помещения в психиатрическую клинику. Общественность возмутилась — и спустя несколько недель Розину освободили.
Когда они наконец развелись, Литтон жил уединенно, писал книги, занимался политикой. Его считали человеком блестяще образованным, но высокомерным и не особо приятным. Розина и после смерти мужа продолжала писать и говорить о его несправедливости.
В викторианские времена ее воспринимали как стервозную истеричную даму. Сегодня ее считают жертвой викторианского патриархального уклада. Так или иначе, конфликт четы Бульвер-Литтон стал одним из первых громких примеров борьбы женщины за право быть услышанной отдельно от мужа.
В перерывах между скандалами пара успела родить сына. Эдвард Роберт Бульвер-Литтон стал известным поэтом (под псевдонимом Owen Meredith), британским послом и вице-королем Индии (1876–1880). В папу пошел.
А Бульвер-Литтон из властителя викторианских дум, автора живых, насыщенных событиями романов (исторических триллеров, сказали бы сегодня) стал синонимом дешевой литературщины. Увы.
* * *
Ольга Кромер
«Facebook»