И не Швейком единым
Бравый солдат Швейк сегодня в равной степени неотделим ни от Ярослава Гашека, ни от Йозеф Лада. (Коллаж: «Nautilus»)
Начало его пути было не слишком счастливым: 6-месячный малыш упал на сапожный нож, и неубранный вовремя отцовский инструмент почти перечеркнул его судьбу.
Но вместо этого мальчик без одного глаза стал глазами миллионов чешских, и не только чешских детей. Его плоский художественный стиль с четкими линиями и контурами, крупными и яркими рисунками, как и сохранившаяся в душе детскость оказались очень кстати.
В контекстеЛазарь Гинзбург ибн Хоттаб Меня удивляет, почему это пропустила цензура! И почему Лагина не посадили в 38-м, когда была опубликована эта сказка? Вы не знаете значения этого заклинания? Неудивительно. Между тем это известнейший еврейский гимн, который ортодоксальные иудеи поют перед каждой субботой!
Пепичек, как называли в семье младшего сына, родился в 1887 году. Семья была очень бедной, и Йозеф обычно донашивал всю одежду за старшими братьями. Но разве это могло огорчить шустрого деревенского мальчишку, проворно ловившего раков в пруду, строившего плотины, пасшего коз и гусей.
Семья Лада славилась веселым характером и творческим подходом к жизни: отца Йозефа был таким балагуром и шутником, что его нередко звали на свадьбы тамадой. А мама мальчика великолепно рассказывав сказки, которыми заслушивались не только соседские ребятишки, но и вечно занятые взрослые.
Школа не была любимым местом для непоседливого Пепы. Там он отчаянно скучал, а чтобы развлечь себя и окружающих рисовал «веселые картинки» про домашних животных. И делал он это, надо сказать, ярко и необычно. Приходской священник заметил способности мальчика и начал с ним заниматься.
Родители Йозефа были довольны, что сын так хорошо рисует, но с их точки зрения все это то было лишь детским развлечением.
Сыну сапожника следует серьезнее готовиться к взрослой жизни и думать о профессии способной кормить. Так что мечтать о художественной школе, конечно, не вредно, но только мечтать. Заботливые родители посчитали, что раз уж сын умеет держать в руках карандаш и кисточку, то и работать большой малярной кистью сможет.
В 1902 году Йозефа отправили в Прагу учиться на маляра и мастера по производству театральных декораций. Но через месяц сын вернулся домой: скучная и физически очень тяжелая профессия маляра-штукатура ему не понравилась.
Через год он попытал счастья снова и пошел учиться у мастера-переплетчика. И совершенно неожиданно для себя погрузился в мир иллюстрации. По вечерам после работы он читал книги, принесенные домой для переплетов, разглядывал в подробностях картинки из этих книг, и даже сам рисовал.
В эти вечера происходило его знакомство с прекрасными работами профессиональных чешских художников Франтишека Киселы, Макса Швабинского, Микулаша Алеша. Йозеф вполне мог назвать этот период своей жизни «Мои университеты»…
В контекстеСказка под юбилей революции Страна менялась, менялись и взгляды на то, что хотел сказать Юрий Олеша своим произведением, и что получилось показать Баталову на экране. Ну а словосочетание «Три толстяка» стало чуть ли не именем нарицательным для любой власти.
Набравшись храбрости, и даже какой-то наглости, Лада попытался предложить некоторые рисунки редакторам различных журналов. И, к его удивлению, в 1904 году рисунок 16-летнего Лады был анонимно опубликован в журнале «Май».
Это был такой нежданный успех, что окрыленный надеждами Йозеф подал заявление о поступлении в Художественно-промышленное училище.
Его не приняли, позволив лишь посещать вечерние курсы рисования. Зато всего год спустя к нему пришел настоящий успех: один из пражских юмористических журналов опубликовал целую серию его рисунков. Теперь юный художник начал зарабатывать на жизнь рисованием юмористических рисунков и карикатур для газет.
С третьей попытки Йозеф все-таки поступил на дневное отделение художественно-промышленной школы, в которую он так стремился. И что же?
Уже спустя одни семестр Лада абсолютно разочаровался и в академической муштре, и в напрасной потере времени, которым он считал лекции по истории искусства.
Он бросил учебу, так и оставшись талантливым самоучкой без профессионального образования, в тоже время зарабатывая деньги работой иллюстратора и карикатуриста. Уже в 1906 году вышла в свет первая книга с его иллюстрациями. Это была детская сказка, но Йозефу понравилось работать для детей: их мир он очень хорошо чувствовал и понимал, интуитивно ощущая, что ребенка расстроит, а что возмутит.
Несколько лет спустя Лада выпустил свой бестселлер – написанную им самим детскую книжку «Мой алфавит», которая на долгие годы станет первой книгой для многих поколений чешских детей.
Веселые картинки, карикатуры и анекдоты, ловко выпрыгивающие из-под дерзкого пера Лады, становились все более популярными. Он продолжал писать книги для детей, и становился для малышей просто другом, товарищам по играм и размышлениям, и, конечно, соавтором новых и новых сказочных приключений.
Его портфолио теперь заполняли иллюстрации книг самых известных чешских авторов, среди которых была даже сама автор «Бабушки» Божена Немцова.
Жизнь начинала играть новыми красками, такими же яркими, как в его картинах: он съездил со своими работами на Выставку декоративного искусства в Париже, организовал первый вернисаж собственных картин и, наконец, обрел финансовую уверенность в завтрашнем дне.
В контекстеВечный Швейк, или Триумф идиота Гашеку с его стихийно анархическим, и не только в политическом смысле, характером вряд ли так уж нужна была «осмысленная» деятельность – за исключением писательства. Каждый раз, когда он начинал такой деятельностью заниматься, Гашек превращал ее в бурлеск...
А потом явился главный персонаж в жизни художника! Ведь если бы Лада не рисовал все эти милые детские рисунки, слащавые рождественские пейзажи и сказочки, он бы все равно остался одним из главных чешских художников – исключительно благодаря старому доброму Швейку…
Йозеф познакомился с Ярославом Гашеком еще в 1905 году. Они моментально обнаружили друг в друге родственные души и какое-то время даже жили вместе, дружески деля холостяцкую квартиру Йозефа.
Именно Ладе Гашек доверил изобразить образ своего главного и любимого героя – страдающего ревматизмом и признанного медиками «полным идиотом» бравого Швейка. Так что первый Швейк, тот которого успел увидеть при жизни автор романа, – совсем непривычный нам худощавый простачек давно забыт.
Улыбчивый круглоголовый толстяк с оттопыренными ушами – таков Швейк, которого знает и любит мир, таким он предстает в 1339 иллюстрациях Йозефа Лады.
Но не Швейком единым! Кроме всего прочего Лада – еще и знаменитый сказочник! Его типично чешские сказки, превращенные в наше время в мультипликационные фильмы, переводили на многие языки мира, включая японский, китайский и даже корейский. Но кроме обычных сказок, у него рождались еще и «волшебные» - «озорные сказки», в которых все наоборот!
Говорящие коты, разумные лисы, добрые драконы и боевые принцессы – все это создавал Лада для своих маленьких почитателей. Дети взрослели, но сказки оставались для свежеприбывших в этот мир малышей. Так что антропоморфный мир Йозефа Лады по сей день жив и бурлит детской любовью и энергией.
В контекстеСтрашная сказка Гадкого утёнка согласились терпеть дикие утки, с условием: «только бы ты не лез к нам в родню». «Бедняжка! Где уж ему было и думать об этом! Лишь бы ему позволили жить в камышах да пить болотную воду, — о большем он и не мечтал».
Вторая мировая война изменила веселый характер художника. Он перестал рисовать карикатуры, помрачнел, уединился. Его героями все чаще становились существа хитрые, иногда даже жестокие - русалки и водяные, те, кому опасно было доверять. В 1942 году он опубликовал свою биографию, разумеется, строго цензурированную, как это и должно было быть на территории Протектората Богемии и Моравии.
Да и в принципе, зная восхищение нацистов здоровыми и сильными людьми и «особенную» заботу о больных, слепой на один глаз Лада постарался скрыть информацию о своей детской травме: он только мельком упомянул некий «глазной дефект» из-за которого не служил в армии.
Между тем, именно этот дефект сделал рисунки Лады такими особенными, ни на что непохожими.
Но война принесла в дом Лады огромную трагедию. 14 февраля 1945 года во время единственной, ошибочной бомбежки Праги англо-американским воздушным флотом погибла младшая дочь Лады Ева – 16-летняя талантливая пианистка.
Послевоенное время и коммунистический переворот в Чехословакии внес сумятицу в простой и по-детски понятный мир художника. Он пытался приноровиться к новому порядку, но требования соцреализма совершенно не согласовывались со сказочным миром его знаменитых персонажей – котом Микешем и хитрой кумушкой Лисой.
Тем не менее, он продолжал рисовать, создавая великолепные графические иллюстрации к книгам классиков чешской литературы. Его пригласили поработать для Национального театра, благодаря чему родились девять оперных постановок, оформленных в сценографии Йозефа Лады.
Он продолжал писать для детей и работать над анимационными фильмами, правда с уже не такими милыми как прежде историями – «Дьявол и утка», «Игра с дьяволом». Он работал так, как привык с юности - много и без остановок. Результат его трудов впечатляет: 15 тысяч рисунков и 400 картин и 7 книг!
В 1947 году Йозеф Лада – непрофессиональный самоучка, как назвали бы его многие, получил звание народного художника Чехословакии. Десять лет спустя, страна торжественно готовилась к его юбилею.
Но Лада всех обхитрил: он умер за три дня до собственного дня рождения, на что многие близкие друзья сказали, что он просто сбежал на небо, чтобы в спокойной обстановке продолжать творить…
Автор статьи - гид, организатор индивидуальных экскурсий по Праге и городам и замкам Чехии
* * *
Екатерина Герцман
Статья любезно прислана автором