Мыслепреступления на потоке
В вагоне метро. (Фото: «Nautilus»)
Кремль намерен отучить россиян от поиска независимой информации. Владимир Путин подписал закон, вводящий наказание за поиск в интернете любой информации, которую Кремль считает экстремистской (закон вступит в силу 1 сентября).
Сегодня этот термин главным образом применяется к контенту, производимому оппозицией и независимыми СМИ в изгнании. Фактически, это новая попытка Кремля изменить социальное поведение россиян, предпринятая после начала вторжения в Украину.
В контекстеА давайте Telegram пропустим через рамки? В терактах виноваты не компания «Телеграм», не компания «Рено», не Бертольд Шварц, изобретатель пороха... Виновниками терактов являются ровно две инстанции. Это сами террористы, которые хотят совершить теракт, и это спецслужбы, которые его проморгали.
Закон предусматривает штраф в размере от 3000 до 5000 рублей, однако, понятно, что главное наказание — это не штраф, а риск попасть в чёрные списки российских властей, что может повлечь за собой самые разные последствия в условиях репрессий.
Новый закон принят на фоне масштабной атаки на WhatsApp — последнюю популярную в России западную социальную платформу, которая ещё не запрещена российскими властями.
Именно в WhatsApp продолжают жить групповые чаты — от родительских и школьных до чатов жильцов подъездов.
Депутаты начали обсуждать необходимость запрета WhatsApp в июле, когда Антон Горелкин, заместитель председателя комитета Госдумы по информационной политике, заявил, что WhatsApp пора «готовиться к уходу с российского рынка».
Атака на WhatsApp, похоже, является частью государственной кампании по продвижению Max — мессенджера, разработанного VK, который раскручивается как отечественная альтернатива WhatsApp.
В том же июле правительство официально признало Max «национальным мессенджером». По факту, это перенос на российскую почву китайского подхода к цензуре, когда выбранные государством платформы становятся единственным средством доступа к госуслугам, банкам и другим важным онлайн сервисам (в Китае такой платформой является WeChat).
По данным «Коммерсанта», шесть российских регионов — включая Марий Эл, Татарстан, Алтай, Ханты-Мансийск, Владимирскую и Тверскую области — уже готовятся перенести школьные чаты в Max.
Учитывая отсутствие альтернативы, у Кремля есть все шансы добиться успеха в навязывании Max россиянам.
В контекстеВсе, что не разрешено, то запрещено Под запретом сатанизм. Не будем вдаваться в рассуждения – есть такое движение или нет. Под запретом так под запретом. Вопрос в другом. Не приведет ли этот запрет к автоматическому запрету, например, произведения Михаила Булгакова «Мастер и Маргарита»? Там один из главных (и не самых отрицательных) героев вообще этот самый, чье движение запретили.
Похоже, что новый репрессивный закон, наказывающий за поиск, — тоже часть кампании Кремля по принуждению россиян перейти на Max. Однако результаты применения этого закона — включая штрафы за поиск критической информации о Кремле — могут оказаться гораздо более значительными.
Фактически, это новая амбициозная попытка Кремля изменить социальное поведение россиян, предпринятая после начала вторжения в Украину.
Первая подобная попытка после февраля 2022 года была нацелена на то, чтобы россияне под страхом уголовного наказания отказались от привычки обсуждать политику в общественных местах.
До 2022 года было довольно обычным делом услышать критику Путина и политики Кремля за соседним столиком в кафе в Москве, Санкт-Петербурге и других крупных городах.
Это изменилось за считанные месяцы 2022 года.
Одновременно кремлёвская пропаганда активно продвигала истории о том, как пассажиры доносили на соседей по вагону метро за просмотр украинских новостей в телефоне. Население, и без того уже достаточно запуганное, восприняло эту новую напасть очень серьёзно: сейчас практически невозможно, например, увидеть, чтобы кто-то в московском метро смотрел видео Зеленского.
Эта первая попытка изменить общественное поведение россиян во многом оказалась успешной.
Но удастся ли Кремлю изменить другую привычку россиян — искать источники информации, неподконтрольные Кремлю?
Целые поколения россиян выросли в условиях относительно свободного интернета.
Когда Кремль начал вводить интернет-цензуру в 2012 году, мишенью стали журналисты и блогеры, но не обычные россияне, переключившиеся на YouTube или Instagram.
В результате до этого лета россияне могли читать и смотреть всё, что хотели, даже на заблокированных платформах, и им за это ничего не было.
Использование VPN не являлось преступлением, и миллионы россиян продолжали смотреть видео популярных блогеров, теперь оказавшихся в эмиграции, а также читать расследования о коррупции в Кремле или военных преступлениях в Украине — написанные журналистами, объявленными в розыск.
В контекстеНевыученные уроки Чем, по сути, последние 2-3 года отличаются от конца 30-х? Чем Путин лучше, чем он менее опасен, чем Гитлер и Сталин? Те, пусть и были мерзавцами, но масштаб личностей двух величайших злодеев ХХ-го века не идёт ни в какое сравнение с маленьким кремлёвским уродцем.
Привычка к свободному доступу к информации оказалась настолько сильной, что даже любимая телеведущая Путина Екатерина Андреева открыто выступила против запрета Instagram, где она публиковала свои фотографии с роскошных курортов и яхт. В мае 2022 года она призналась:
«Я продолжаю публиковать в Instagram через VPN… Считаю, что блокировка Instagram в России для людей, не вовлечённых в экстремистскую деятельность, — неправильна», — сказала она.
Если даже пропагандистам Путина трудно изменить свои онлайн-привычки, «перевоспитание» россиян, сопротивляющихся кремлёвской пропаганде и продолжающих смотреть любимые политические шоу на YouTube или слушать подкасты от журналистов-«экстремистов», станет еще более сложной задачей.
Конечно, до тех пор пока Кремль не начнёт сажать за это в тюрьму.
Но даже репрессии могут оказаться бесполезными в условиях серьёзного кризиса — когда происходит нечто драматичное, людям сложно сдерживать эмоции, и они начинают постить видео и фотографии в соцсетях.
Именно поэтому мы до сих пор видим десятки видео с последствиями атак украинских беспилотников в VK или Telegram, несмотря на многочисленные угрозы и прямые репрессии со стороны властей.
Старые привычки очень живучи.
Опубликовано на английском в CEPA
* * *
Андрей Солдатов, Ирина Бороган
«Агентура.Ru»