Как в ходе резни в Дарфуре столкнулись хунты, вагнеровцы и украинский спецназ
31 октября Управление Верховного комиссара ООН по правам человека заявило о сотнях мирных жителей, погибших в результате штурма повстанческой группировкой Силы быстрого реагирования (RSF) суданского города Эль-Фашер — последнего оплота правительственных войск в Дарфуре.
Речь идет о внесудебных казнях, массовых убийствах, изнасилованиях, нападениях на гуманитарных работников, грабежах и похищениях.
Эта резня, скорее всего, далеко не последний эпизод одного из самых кровавых в современной истории конфликтов, в ходе которого целыми этническими группами уничтожается неарабское население Судана.
В узле этого военного хаоса оказались военные хунты, российские наемники, украинские спецназовцы и шейх, владеющий футбольным клубом «Манчестер Сити».
В контекстеМиллиард для ХАМАСа Администрация Байдена пожертвовала Судану и ДРК Конго вместе взятым, где в общей сложности почти 50 миллионов человек голодают, меньше, нежели Газе, где 2 миллиона человек вообще не сталкиваются с такой проблемой.
Под постом английского футбольного клуба «Манчестер Сити» с призывом к болельщикам прийти и поддержать команду в игре против West Ham почти двести тысяч комментариев. Но среди них тех, что касаются непосредственно матча, лишь считанные единицы.
Почти все остальные — это призывы остановить войну в Судане и проклятия в адрес владельца Manchester City — члена правящей королевской семьи Объединённых Арабских Эмиратов (ОАЭ) шейха Мансура Аль Нахайяна.
Пятый сын правящего монарха, мультимиллионер, вице-президент и вице-премьер ОАЭ, шейх Мансур известен не только своей любовью к футболу, арабским скакунам и дорогим яхтам.
Он еще и спонсор одного из самых жестоких людей на планете — генерал-лейтенанта Мохаммеда Хамдана, фактического правителя огромных территорий на западе Судана.
Мохаммед Хамдан — командир группировки, прикрывающейся нейтральным названием Силы быстрого реагирования (СБР). На деле эта группировка — банда головорезов, развязавшая на подконтрольных ей землях настоящий геноцид. То есть, и один из главных английских футбольных грандов, и кровожадный африканский полевой командир живут за счет богатого арабского принца.
Именно поэтому на страницах «Манчестер Сити» кипят столь нефутбольные страсти.
Спонсор резни
В контекстеЕсли нет – так делай вид Ну так и причем же тут эмираты? Вот то-то и оно-то, что совершенно ни при чем. Их проблема совсем другая, называется: сланцевая нефть. Пока ее не было, их холили, лелеяли, на руках носили, золотом осыпали...
Что шейх Мансур помогает Хамдану в его войне с центральными властями Судана, давно уже не новость. Еще прошлой осенью американские журналисты выяснили, что власти Эмиратов вооружают СБР. При этом они используют в качестве базы снабжения своих клиентов здание, на котором нарисованы красные кресты, как если бы это было медицинское учреждение.
Согласно официальным заявлениям чиновников из ОАЭ, оно было построено за их счет на суданской территории для помощи местным жителям, пострадавшим от войны и вызванного ею голода.
В ООН заявляли, что у них есть доказательства того, что Эмираты нарушают многолетнее эмбарго на поставки оружия в Судан и фактически выступают на стороне Хамдана.
Но никаких заметных негативных последствий для правительства ОАЭ и занимающего один из высших постов в нем шейха Мансура за этим не последовало.
Помогли избежать серьезных проблем, конечно же, деньги. Нефтедоллары из Эмиратов важны для британского футбола (от них зависит не только «Манчестер Сити», но и «Арсенал»), американцы продают ОАЭ оружия на миллиарды, монархия играет одну из ключевых финансовых ролей в процессе урегулирования ситуации в Газе. ОАЭ слишком влиятельны и богаты для того, чтобы с ними ссориться.
При этом к сотрудничеству с Хамданом шейха Мансура подтолкнуло, скорее всего, желание заработать для своей страны еще денег. Это может показаться парадоксальным — одно из самых богатых государств на планете поддерживает откровенных бандитов ради возможных заработков.
Но на самом деле экономика ОАЭ куда более хрупкая, чем может показаться со стороны, а нынешнее благополучие легко может улетучиться в ближайшие даже не десятилетия, а годы.
У ОАЭ, кроме нефти, практически нет своих ресурсов. Страна критически зависит от других государств и поставок оттуда. До 90% продуктов питания, продающихся в Эмиратах, — привозные.
Известные по всему Ближнему Востоку ювелирные изделия из ОАЭ делаются из золота, доставленного из-за границы. Своих залежей драгоценных металлов в стране нет.
В контекстеНеудачная идея Палестинцы в Южном Судане будут получать международную помощь, и немалую. Представьте себе, как на это отреагируют южносуданцы, живущие в крайней нищете, и получающие гумпомощь крайне мало и нерегулярно. Не говоря уже о том, что переселенцев нужно где-то селить, а значит, придётся изымать землю у местных жителей.
Нефть — основа экономического благополучия, но она не вечна, как и доходы от нее. Особенно с учетом активного внедрения альтернативных источников энергии и ожидаемого заметного снижения зависимости человечества от ископаемого топлива.
Исчезновение или даже резкое падение нефтяных доходов грозит привыкшей к роскошной жизни стране серьезными потрясениями.
Диверсифицировать экономику небольшого государства, почти полностью расположенного в пустыне, практически невозможно из-за скудности ресурсов. Включая, к слову, и человеческие: в ОАЭ около 80% всей рабочей силы — мигранты. Лет 150 назад проблема решилась бы завоеванием какого-нибудь не очень воинственного и при этом обладающего обширными запасами необходимых ресурсов соседнего государства.
Но сейчас аннексии и оккупации — удел фанатиков-автократов, да и экономике они из-за гарантированных санкций вредят, а не помогают.
Поэтому формальному завоеванию и аннексии новых земель осторожные политики предпочитают создание неформальных империй, в которых неблагополучные государства выступают в качестве дешевой ресурсной базы для метрополии.
Судан с его обширными — крупнейшими в Африке — пахотными землями, с богатыми залежами золота и других металлов, с выходом к Красному морю (и, через Суэцкий канал, — к европейским рынкам), да еще и расположенный относительно недалеко — идеальный для ОАЭ вариант государства-клиента, потенциальная жемчужина неформальной империи.
Но вот просто так взять и втащить целое государство в свою зону влияния не под силу даже богатым арабским монархиям.
Это довольно долгий и затратный процесс, ускорить который почти гарантированно может лишь один инструмент — война. Рецепт тут простой: находишь богатую нужными тебе ресурсами страну, погруженную в гражданскую войну, и помогаешь одной из сторон победить в этой войне. Если ставка сыграет, то есть шанс оставить победителя у себя на крючке.
ОАЭ по этим правилам играет в Йемене, где входит в состав антихуситской коалиции интервентов, в Ливии и Судане. Причем в последнем шансы на успех выглядят наиболее высокими.
Ведь важно не только, чтобы твоя сторона выиграла, но и чтобы потом она не заартачилась своему включению в неформальную империю.
А для этого стоит делать ставку на настоящих отморозков, на тех, с кем мало кто еще захочет сотрудничать, опасаясь за свою репутацию. А у этих бандитов просто не будет выбора, кроме как стать клиентом главного спонсора. И суданский генерал Хамдан с его СБР — как раз такие отморозки.
Наследники диктатора
В контекстеИсламизм и палестино-израильский конфликт: прогнозы Соглашения важны и сами по себе, особенно с ОАЭ и Бахрейном, с их многочисленными экономическими и стратегическими подвижками, и как сигнал для палестинцев о том, что некоторые арабы становятся нетерпеливыми из-за их непримиримости и упрямства.
Мохаммед Хамдан начинал свою полководческую карьеру еще при Омаре Башире. Этот президент-узурпатор вошел в историю как первый действующий глава государства, в отношении которого Международный уголовный суд выписал ордер на арест по обвинению в преступлениях против человечности.
Когда в 2019 году кресло под Баширом зашаталось и он был смещен, генерал Хамдан в один момент объявил себя сторонником демократии и отрекся от бывшего патрона.
Скорее всего, он уже тогда строил планы на собственное президентство и потихоньку начал консолидировать вокруг себя верные силы и наемников, в том числе и россиян из ЧВК Вагнера.
В обмен на золото, добываемое из шахт, контролировавшихся людьми генерала, вагнеровцы обеспечивали Хамдану защиту и снабжали его отряды оружием.
Эти отряды во многом состояли из ополченцев, собранных в более-менее боеспособные подразделения еще правительством Башира для противодействия вооруженным движениям неарабских национальных меньшинств Судана в регионе Дарфур, которые системно дискриминировались на всеём протяжении современной истории.
Борьба неарабских народов с центральным правительством Судана и раньше была одним из самых кровавых конфликтов современности. При этом известен он под игривым названием «Война Ленд Крузеров» из-за активного использования внедорожников Toyota Land Cruiser всеми воюющими сторонами.
С 2003 года конфликт, по подсчетам ООН, унес жизни около 300 тысяч человек.
Арабские боевики тогда устроили настоящие этнические чистки, вырезая целые поселения с преимущественно чернокожим населением. В 2004 году США объявили эти чистки геноцидом.
В 2013 году неформальные прежде отряды арабов-ополченцев получили официальный статус и новое название — Силы быстрого реагирования. Они создавались как независимое силовое ведомство, не подотчетное командованию вооруженных сил.
Средства на их содержание не выделялись из центрального бюджета, вместо этого новой структуре передали несколько золотых шахт в Дарфуре. Куратор ополченцев от центрального правительства Мохаммед Хамдан возглавил новую силовую структуру.
В контекстеДвойной переворот в юбилей переворота В арабском мире завершилась целая эпоха. В Судане свергнут последний долгожитель среди правителей-немонархов. Омар аль-Башир управлял страной почти 30 лет. До юбилея правления ему не хватило всего двух с половиной месяцев.
Своевременное отречение от Омара Башира в 2019 году позволило ему сохранить и этот пост, и разветвленную сеть криминальных бизнесов, которая «крышевалась» СБР.
Тем более что демократическая оппозиция тогда к власти так и не пришла — Омара Башира сместила военная хунта.
А со своими коллегами-военными генерал быстро нашел общий язык и даже помог им удержаться у власти, отправив своих людей для расправы над оппозицией, требующей немедленного окончания военного правления.
Всё же начавшийся под давлением международного сообщества короткий период демократизации с допуском в правительство гражданских специалистов и даже обещанием провести выборы и сформировать абсолютно новое правительство, закончился всего через несколько месяцев еще одним переворотом.
Глава военного кабинета Абдель Фаттах аль-Бурхан просто разогнал все гражданские правительственные институции, присвоив себе всю полноту политической власти.
Да еще и взялся за силовиков, потребовав от СБР отказаться от статуса независимой структуры и влиться в состав вооруженных сил.
Для Хамдана это означало бы потерю не только влияния, но и доходов, которые он получал от эксплуатации золотых шахт, переданных в управление СБР еще Баширом, и от нелегальной деятельности, вроде контрабанды, рэкета и грабежей.
Поэтому 15 апреля 2023 года генерал Мохаммед Хамдан начал восстание против центральных властей, которое очень быстро перетекло в кровавую гражданскую войну.
Война хунт
В контекстеОПЕК исчерпала возможности по росту добычи Сегодня лишь несколько стран — Саудовская Аравия, Ирак, ОАЭ, Кувейт — способны увеличить добычу нефти. Остальные находятся в хвосте этого списка. Учитывая все это, страны ОПЕК+ не поставляют на рынок столько нефти, сколько могут согласно собственным квотам.
В феврале 2023 года, всего за несколько недель до начала войны, когда СБР уже активно мобилизовывали своих сторонников по всему Судану и готовили линии обороны на контролируемой ими территории, Хамдан отправился в ОАЭ.
Он остановился на вилле шейха Мансура, с которым они были знакомы до этого. Существует даже видео, на котором шейх и генерал в компании Рамзана Кадырова гуляют по павильонам оружейной выставки в Эмиратах в 2021 году.
О чем именно говорили эти двое в феврале 2023 года, доподлинно неизвестно. Однако дальнейшее развитие событий показывает, что разговоры шли вовсе не о футболе.
Уже в марте того же года (то есть еще до начала войны) на счета Al Khaleej Bank в ОАЭ были переведены из Судана $50 млн. Позднее американское правительство сообщило, что эта финансовая структура тесно сотрудничает с СБР, а суданские деньги, скорее всего, были авансом за поставки оружия людям Хамдана.
В июне 2023 года сложным маршрутом из ОАЭ через Кению, Руанду, Уганду и Чад в Судан начали прибывать грузовые самолеты. Официально на их бортах находилось оборудование для госпиталя в Дарфуре (того самого, который на самом деле был не госпиталем, а базой снабжения СБР).
Однако собранные экспертами данные свидетельствуют, что под видом медицинского оборудования и гуманитарной помощи в Дарфур прибывали стрелковое оружие, минометы, ПЗРК и, возможно, тяжелое вооружение. После поднятого правозащитниками шума рейсы этим маршрутом прекратились.
Последняя поставка была зафиксирована поздней осенью 2023 года. Это, впрочем, не означает, что ОАЭ бросила Хамдана одного. Вполне возможно, что грузы просто пошли другим, менее заметным путем.
Косвенно это подтверждается тем, что СБР не только не утратили своей боеспособности, но и наоборот, вели успешные наступления сразу на нескольких направлениях.
Силам Хамдана всего за несколько месяцев удалось взять под свой контроль почти весь Дарфур. Правительственная армия смогла удержать лишь один крупный форпост — город Эль-Фашир. Туда же перебралось множество жителей с захваченных СБР территорий, которые бежали от завоевателей.
Всего через год после начала войны — весной 2024 года — этот последний оплот правительственных сил был полностью окружен войсками Хамдана и взят в осаду. В ООН сообщали о начавшемся в Эль-Фашире голоде и о неизбирательных бомбардировках города окружающими его отрядами, в результате чего постоянно гибли мирные жители.
Во время блокады Эль-Фашир также остался без достаточного количества питьевой воды. Все попытки прорвать окружение проваливались.
Примерно через 18 месяцев после блокады города, 28 октября 2025 года, главнокомандующий суданской армией (и де-факто глава государства) Абдель Фаттах аль-Бурхан объявил о выводе оставшихся правительственных сил из Эль-Фашира, объяснив это соображениями гуманности.
По его словам, остатки армии были выведены для того, чтобы противник, заняв город, снял блокаду и прекратил обстрелы, из-за которых ежедневно гибли люди.
В контекстеГолодный навет Стоит добавить, что с началом работы американского фонда по распределению питания в Газе ооновское представительство обнаружило в себе общность интересов с ХАМАСом — ведь у них, по сути, отняли работу — и присоединилось к кампании…
Но вывод войск не стал спасением для жителей Эль-Фашира (на конец октября там проживало около 250 тысяч человек, из которых примерно половина — несовершеннолетние).
Отряды СБР, созданные когда-то для резни неарабского населения Судана, вошли в город, большинство жителей которого — как раз представители неарабских африканских племен. И пришли они вовсе не для того, чтобы положить конец страданиям людей: солдаты Хамдана, вооруженные богатой нефтяной монархией, взялись за массовые казни, грабежи и изнасилования.
Суданское правительство обещает вернуть город под свой контроль и отомстить за страдания людей, но пока эти обещания выглядят не очень реалистичными.
У аль-Бурхана сейчас явно не хватает оружия и техники для контрнаступления. Взять их особо неоткуда, так как военный правитель Судана находится под санкциями США примерно за такие же преступления, которые совершают его противники: обстрелы школ, больниц и рынков, блокирование доступа к гуманитарной помощи.
Кстати, пресс-центр Хамдана всячески приветствовал введение этих санкций, умолчав при этом, что их шеф находится в том же самом санкционном списке США.
Отчаянное положение, в котором находится аль-Бурхан, даже вынудило его пойти на сотрудничество с союзниками своих главных врагов. В 2024 году он согласился на постройку российской военно-морской базы на побережье Красного моря в обмен на оружие, боеприпасы и запчасти для советской техники, всё еще активно используемой суданской армией.
Решение мягко говоря спорное, учитывая вклад Москвы (поставками оружия, организацией лагерей подготовки боевиков, прямым участием в боевых действиях наемников ЧВК Вагнера) в укрепление Сил быстрого реагирования.
Не исключено, кстати, что россияне не оставили Хамдана без внимания и продолжают помогать и ему тоже, зарабатывая на сотрудничестве с обеими сторонами конфликта.
По крайней мере, еще в 2024 году в плен попадали российские наемники, воевавшие на стороне Хамдана. Любопытно, что россиян в Судане в плен захватили украинские спецназовцы, также неожиданно оказавшиеся в регионе и принявшие участие в боевых действиях.
Впрочем, с точки зрения войны, которую ведет против Украины Россия, участие украинских военных в войне против российских наемников вполне укладывается в концепцию «уничтожения российских военных преступников во всему свету, где бы они ни находились», озвученную главой украинской военной разведки Украины Кириллом Будановым.
Однако ни Россия, ни Украина не имеют достаточно сил и средств, которые могли бы переломить ход войны в Судане.
В отличие от шейха Мансура, который действует осторожно и последовательно, не торопясь с массовыми поставками оружия своим клиентам.
Он прекрасно понимает, что и так играет с огнем и в любой момент может присоединиться в санкционных списках США к Хамдану и аль-Бурхану.
Поэтому война двух армий, возглавляемых подсанкционными генералами, — война, которая уже привела к гибели порядка 150 тысяч человек, скоро не закончится. И десятки тысяч беженцев, а также тысячи убитых при захвате Эль-Фашира, в том числе во время этнических чисток, вряд ли будут ее последними жертвами.
* * *
Редакция
«The Insider»