...и Как они стали оружием пропаганды
Зачем выпускать фальшивые почтовые марки? Затем, что это довольно эффективный способ вести идеологическую борьбу. И большие государства, и маленькие, и даже несуществующие использовали почту как инструмент агитации уже в позапрошлом веке, когда почтовые марки только начинали хождение.
Сейчас этот метод пропаганды - явление, уже отжившее свой век, зато, изучая такое филателистическое наследие прошлого, можно оценить масштабы тех информационных войн.
Пространство для наглядной агитации
В контекстеМаленькая страна... Чтобы обеспечить функционирование платформы и оплатить услуги охраны, которая живет на ней весь год, власть Силенда открыли онлайн-магазин. В нем можно приобрести футболки, почтовые печати и даже королевские титулы. Стать лордом, леди, бароном или баронессой Силенда можно за 29,99 фунта — это чуть больше тысячи гривен.
Пусть главной функцией почтовой марки стало подтверждение оплаты пересылки, второстепенная, пропагандистская, тоже была – ведь на марках изображали то, что населению полагалось знать и любить.
Начиная с 1840 года, когда увидел свет первый подобный знак, на марках часто печатали портреты глав государств, а кроме них и портреты важных для официальной идеологии авторов, политиков, героев военного и мирного времени.
Отдельного рассмотрения заслуживают почтовые марки, выпущенные в период существования Советского Союза. Жителям самых разных уголков страны, включая и отдаленные от столицы населенные пункты, были как минимум в таком виде доступны портреты вождей пролетариата, в том числе и выпущенные к разным радостным и печальным годовщинам.
Тиражировались и другие просветительские материалы, например, изображения писателей, чьи сочинения соответствовали государственной идеологии.
До определенной степени похожую пропаганду важных для государства ценностей можно увидеть и на марках других стран, пусть дизайн марки и не везде был подвержен такой степени цензуры, как в советском пространстве.
Куда интереснее случаи, когда выпуск определенных серий марок не был санкционирован государством, на чьей территории эти марки получали распространение, напротив, с такого рода креативом власти боролись самым решительным образом.
Первая «оппозиционная» кампания такого рода была запущена в 1871 году, спустя всего три десятилетия после появления почтовых марок как таковых. Эмиссия была задумана в рамках агитации за претендента на французский монарший престол графа де Шамбора, потенциального императора Генриха V. «За» графа и «против» республики – такие идеи несли эти марки.
Разумеется, никакой ценности для служб связи такие знаки почтовой оплаты не представляли, так как к оплате отношения не имели и являлись фальшивками.
Довольно часто ответственным за такого рода диверсии – выпуск марок в обход государственных институтов – оказывался не сам лидер оппозиционной борьбы и даже не его команда, а всего лишь некто сочувствующий.
Кстати, и личность того, кто запускал фальшивые пропагандистские марки в оборот, нередко оказывалась неустановленной.
Так было, например, с эмиссией почтовых марок, посвященной генералу Жоржу Буланже, который в конце 1880-х добивался установления диктатуры во Франции. Кто именно выпустил эти марки, осталось неизвестным.
Пропаганда в филателии как направление политической борьбы
Часто печатание фальшивых почтовых марок сопровождало военные конфликты, становилось их предвестником или, наоборот, отзвуком. После окончания Первой мировой войны получила распространение серия непочтовых, то есть не связанных с почтовым обращением, марок.
Она носила название «Утраченные территории», а финансировали этот выпуск некие частные организации, реваншисты. То было время болезненного для немцев вопроса потери колониальных владений в результате войны.
В Верхней Силезии перед началом плебисцита о прохождении границы между Германией и Польшей, прошедшего в 1921 году, имели хождение другие пропагандистские марки, без указания номинала. Голоса в результате распределились примерно поровну, и часть территории Верхней Силезии была признана принадлежащей Германии, часть – Польше.
В контекстеСколько стоит самое дорогое письмо в мире? Охраняются марки, как золотой запас национального банка. Ничего удивительного! Чистые, без следов почтовых печатей «Маврикии» оцениваются сегодня в 10 - 15 миллионов евро. А так называемое письмо в Бордо, на котором наклеены оба «Маврикия», может стоить почти пять миллионов евро.
Гораздо чаще появление подобного рода марок привязывалось не к присоединению к какому-либо государству, а наоборот – к борьбе за независимость. В начале XX века сепаратисты рассылали членам французского парламента письма с марками, агитировавшими за отделение Бретани.
Не следует, кстати, обвинять пропагандистов в стремлении извлечь выгоду из своей инициативы за счет экономии на почтовых знаках.
Как правило, письма такого рода оплачивались по всем правилам, на конверт наклеивалось нужное количество официальных марок. Обвинить отправителей можно было разве что в использовании агитационных наклеек на письма, но никак не в мошенничестве.
Помимо территориальных споров, поводом к появлению марок пропагандистского характера становились и социальные лозунги.
Еще на рубеже XIX и XX веков во Франции появились «марки суфражисток» – на них, пародируя изображение на официальной марке – женщину, держащую щит с надписью «Droits de l’homme» («Права человека / мужчины»), красовался мужчина с доской, на которой значилось «Droits de la femme» («Права женщины»).
Марки самопровозглашенных правителей
Пропагандистская филателия – отдельная сфера интересов коллекционеров. Поиск таких марок и изучение их было когда-то популярным увлечением - например, в Великобритании второй половины XX века. Этим тоже, вероятно, объясняется появление большого количества «почтовых призраков», то есть марок несуществующих государств: выпуск мог быть интересен и с коммерческой точки зрения.
Таких государств, в шутку ли, всерьез ли декларировавших «независимость», в XX веке было предостаточно.
Речь шла не только о почтовых марках – такие территории обзаводились и собственной валютой – что с точки зрения закона приводило уже к более серьезным неприятностям, чем тиражирование «пропагандистских наклеек».
В 1924 году английский предприниматель Мартин Харман купил маленький остров в Бристольском заливе и объявил себя местным правителем – королем государства Ланди. Было даже запущено производство монет, что, правда, нарушало британское законодательство и привело к штрафам в отношении монарха; монеты с тех пор имели лишь нумизматическую ценность.
Появились и почтовые марки – не имевшие, разумеется, веса в глазах почтовых служб Великобритании, которая так и не признала суверенитета Ланди.
Правление «короля» продолжалось вплоть до его смерти в 1954 году.
В 1970 году Леонард Кэсли, фермер из Австралии, объявил свои владения суверенным княжеством Хатт-Ривер, протестуя таким образом против повышения налогов с продаж. «Князь Леонард I», придумав по этому случаю государственный флаг и герб, не забыл и о почтовых марках.
Впрочем, проект оказался довольно успешным: «государство» площадью 75 кв. км ежегодно посещают десятки тысяч туристов, к тому же около 14 000 человек являются обладателями паспортов Хатт-Ривер, называемых, правда, вымышленными.
А вот как вообще появились почтовые марки, некоторые из которых стоят целое состояние.
* * *
Редакция
«Культурология»