80 лет со дня рождения Брюса Ли
27 ноября исполняется 80 лет со дня рождения Брюса Ли, легендарного актера и мастера боевых искусств. Его «канон» составляют всего несколько фильмов, но они породили тысячи подражаний – от низкосортных боевиков до постмодернистских пазлов Тарантино – и спустя полвека остаются эталоном картин о восточных единоборствах.
Брюс Ли не стал бы легендой, будь он просто успешным актером рукопашного жанра. Он заразил Запад боевыми искусствами Востока (за что, как считают некоторые, поплатился жизнью), а заодно вдохновил миллионы людей во всем мире одержимо работать над совершенствованием своего тела и духа.
Маленький Феникс женского пола
В контекстеДжонни Депп — путь от звезды Голливуда до нуля по кассовым сборам В жизни голливудской звезды Джонни Деппа возникла непростая ситуация. Помимо творческих неудач и провалов, актера преследуют беды на семейном фронте: жена обвинила его в рукоприкладстве. Неудивительно, что все, чего Деппу хочется, это выпить и пообщаться в пабе с какими-то древними рок-музыкантами, заключает автор.
Снимаясь в кино буквально с рождения, Ли поначалу относился к этому занятию довольно просто. Кинематограф казался хорошим способом прославиться и разбогатеть. Но чем больше он углублялся в боевые искусства, тем больше ему хотелось показать в фильмах свое понимание сути этих искусств. Это было уже не развлечение и не самоутверждение, а философия.
Первую роль Ли сыграл в трехмесячном возрасте. Его отец Ли Хой Чунь был актером Кантонской оперы в Гонконге, и, когда его знакомым кинематографистам понадобился грудной младенец для роли крошечной девочки, он принес своего сына.
Как ни странно, у маленького Брюса было женское имя. При рождении мать назвала его Сай Фон (что означает маленькую птицу Феникс женского пола). Грейс Ли сделала это из суеверия. Ранее она потеряла первенца. Считая, что его похитили демоны, она на этот раз решила запутать нечистую силу, «спрятав» новорожденного за женским именем. Возможно, Грейс снова вспомнила о демонах, получив спустя три десятилетия известие о внезапной гибели Брюса в расцвете лет.
Вообще у нашего героя было несколько имен. Самые примечательные из них – это Чжэньфань и Сяолун. Первое переводится как «Возвращающийся», и оно предрекало, что Брюс, рожденный в США, позже вернется в эту страну. А второе означает «Маленький дракон», так как Ли появился на свет в год и час дракона. Под этим именем он в детстве снимался в кино, а позже оно вернулось к нему, когда Ли на пике славы играл в знаменитых фильмах «Путь дракона» и «Выход дракона».
Ну а Брюсом его назвала врач в больнице Сан-Франциско, где он появился на свет. Грейс, дочь китаянки и немца, сопровождала мужа во время гастролей по США. Гастроли были столь долгими, что за это время у них успел родиться сын. Через полгода они вернулись в Гонконг.
Здесь Брюс продолжил кинокарьеру: в шесть лет он снялся во втором фильме, в этот раз уже более осознанно. Оценив актерские способности ребенка, кинематографисты стали предлагать ему новые роли. Ли играл с явным удовольствием и, в отличие от большинства детей, держался в кадре раскованно.
Трудный подросток
Брюс вообще не был застенчивым, даже скорее наоборот. Его школьным проделкам не было числа, родным он казался неуправляемым. С другой стороны, злиться на него было трудно, так как при всем своем задиристом характере Брюс был на редкость добрым человеком, да еще и с хорошим чувством юмора.
Он занимался дзюдо, джиу-джитсу, боксом, но главной его страстью подросткового периода стал танец ча-ча-ча. Ли даже выиграл городской чемпионат по этому танцу.
Решив серьезно изучать кунг-фу, он пришел к известному учителю и уже тогда самоуверенный до предела заявил с порога: «Вы мастер кунг-фу, а я мастер ча-ча-ча. Давайте обменяемся знаниями!» Координация и пластика, наработанные в годы занятий танцами, очень пригодились Брюсу как бойцу.
Затем Брюс стал учеником легендарного Ип Мана, мастера стиля вин-чун. Об Ип Мане снято несколько художественных фильмов, в том числе «Великий мастер» Вонга Карвая и тетралогия-блокбастер с Донни Йеном в главной роли. Но первым большим популяризатором вин-чун и самого Ип Мана стал Брюс Ли. В «Ип Мане 3» есть сцена знакомства Брюса с будущим учителем, высмеивающая самонадеянность молодого Ли.
Человек горячий, вспыльчивый, Ли регулярно применял свои боевые навыки на улицах и в подворотнях Гонконга. Чем больше совершенствовался наш герой, тем больше увечий получали его противники. Наконец полицейские сказали его родителям, что если они узнают о новой драке Брюса, то будут вынуждены упрятать его в тюрьму.
Получив такие известия, Ли понял, что пришло время осуществить свой давний план – отправиться в Америку, гражданином которой он считался по праву рождения. Было немного обидно оставлять многообещающую кинокарьеру в Гонконге: он снялся в двух десятках местных фильмов, а накануне отъезда сыграл главную роль гангстера и кунгфуиста в картине «Сирота». Но Брюс верил, что в США он добьется большего.
Своя школа
В контексте«Однажды в Голливуде»: десакрализация священных коров Голливуд - гламурный символ эпохи. «Лучшие люди города», люди, как сказал ставший печально известным Харви Вайнштейн, «с правильным моральным компасом». Они знают, что лучше для всех. У них есть всегда своё мнение по всем вопросам.
О том, насколько Ли был предприимчив и коммуникабелен, говорит тот факт, что даже три недели пароходной поездки до Сан-Франциско он потратил с пользой, давая пассажирам на палубе уроки ча-ча-ча.
Брюс – теперь он официально звался так – сначала обосновался в Сиэтле, где жили знакомые отца. Не теряя времени даром, днем он учился в Технической школе Эдисона, а по вечерам работал в ресторане. После школы поступил на философский факультет Вашингтонского университета. О триумфе в кино на первое время пришлось забыть, но Брюс нашел себе дело по душе: начал обучать всех желающих тому, что знал о восточных единоборствах. К тому времени он уже перебрался в Окленд.
В начале 1960-х восточные боевые дисциплины были на Западе еще в новинку, и в основном речь шла о японских дзюдо и карате. Брюс Ли предлагал кунг-фу, вин-чун, работу с пиньинь (нунчаками) и другие китайские премудрости.
В 1963 году он опубликовал свою первую книгу «Китайское кунг-фу: философское искусство самообороны».
Новость о том, что дерзкий юноша раскрывает восточные секреты перед чужаками, вызвала недовольство в китайской диаспоре. Азиатские мастера считали, что техникой их традиционных единоборств должны владеть только азиаты.
Брюс Ли это недовольство просто игнорировал. Но однажды к нему пришла делегация учителей восточных единоборств с ультиматумом: он проводит бой с Вонг Джек Маном, одним из сильнейших мастеров, и в случае поражения прекращает всякую тренерскую деятельность. Брюс согласился с готовностью и через три минуты заставил противника капитулировать.
По версии оппонентов Брюса, поединок состоялся только потому, что Ли бахвалился в Чайна-тауне, что побьет любого представителя традиционных школ. Вонг Джек Ман утверждал, что бой длился полчаса и был окончен из-за того, что Ли уже не держался на ногах. Узнав, что Брюс рассказывает всем о своей победе, Джек Ман вызвал его на повторный бой, но ответа не получил.
Как бы то ни было, но слава Ли как тренера росла, и к середине 1960-х он владел уже тремя спортивными залами: в Сан-Франциско, Лос-Анджелесе и Сиэтле.
Помощник шершня
Этнические проблемы донимали Брюса Ли всю жизнь. В 1964 году он женился на своей ученице, красавице Линде Эмери. Далеко не сразу родители невесты и жениха смирились с мыслью, что их чада вступают в межрасовый брак.
Азиатское происхождение не приветствовалось и в Голливуде. Максимум, на что можно было рассчитывать, – эпизодическая роль «желтолицего» злодея или комического персонажа. Вопреки очевидным препятствиям Брюс Ли считал, что не только покорит американское кино, но и сделает это на своих условиях – то есть в роли, не унижающей, а, наоборот, возвышающей достоинство его расы.
На многочисленных кастингах Ли старался показать себя со всех лучших сторон сразу: блистал как актер, рассуждал о философии, демонстрировал боевые приемы. Наконец он впечатлил продюсера Уильяма Дозьера, который пригласил Брюса в телесериал «Зеленый шершень» (1966). Ли играл Като, помощника главного героя, борца с преступностью.
В процессе съемок оказалось, что в боевых сценах Брюс двигается слишком быстро: ни зрители, ни актеры не поспевали за его ударами, и драматический эффект терялся. Брюсу пришлось замедлять свои движения – этот прием он затем использовал и в полнометражном кино.
Ловкий и стремительный кунгфуист Като был новым и необычным персонажем для американской аудитории. Благодаря «Шершню» у Брюса появились первые поклонники вне сферы спорта. Но сам сериал, стартовавший бодро, к концу первого сезона сильно упал в рейтинге и был закрыт.
Не спасла его даже специально устроенная битва Като с Робином из конкурирующего и очень успешного сериала «Бэтмен» той же телекомпании. В этой схватке Робин должен был одолеть Като, но честолюбивый Брюс наотрез отказался от такого сценария. «Мой герой никогда не проиграет Робину!» – заявил он, и в результате продюсеры сошлись на ничьей с открытым финалом.
Свой стиль
В контекстеЖизнь с дураком Голливуд, снимающий ныне фильмы о противостоянии с русской разведкой, безнадёжно застрял в начале 80-х, когда там, в разведке, ещё работали префессионалы. Повторю, мерзавцы, но профессионалы. С ними знали, как бороться. И фильмы нынешние о них, о профессионалах, которых в реале больше нет.
Во времена «Шершня» Брюс Ли начал пропагандировать свою собственную боевую дисциплину – джиткундо («Путь перехватывающего кулака»). Она суммировала его опыт в единоборствах.
Ли критиковал традиционные школы, утверждая, что они учат бойцов мыслить шаблонами, которые годятся только для показательных спаррингов, но бесполезны в реальном бою.
Брюс понимал, что, критикуя других, он вызывает огонь на себя, провоцируя людей искать изъяны в его мастерстве. Поэтому он никогда не скромничал, если было нужно показать достижения: валил противника с ног почти незаметным ударом с амплитудой в один дюйм, легко отжимался на двух пальцах одной руки, подтягивался на мизинце, держал ноги в «уголке» по полчаса и творил прочие чудеса. Несколько лет назад в Сети появилось видео, в котором Брюс играл нунчаками в пинг-понг и лихо зажигал ими спички. Чуть позже выяснилось, что эти кадры были рекламным фейком от фирмы Nokia. Но Ли был и вправду настолько быстрым, что поверить в этот обман оказалось очень легко.
Что касается физических изъянов, то у Брюса был по крайней мере один, причем немаловажный для бойца: сильная близорукость. В домашней обстановке Ли носил очки, а на людях надевал контактные линзы – в то время они были еще несовершенны, и носить их было неудобно и неприятно.
Никакого стиля
Со временем Брюс начал скептически смотреть на все боевые системы, говоря, что они ограничивают бойца. Он стал развивать концепцию «пути без пути», вдохновленную даосизмом и учениями индийского мыслителя Кришнамурти. Суть ее была в том, что хороший воин действует не наработанными техниками, а импровизирует, исходя из ситуации. Для этого нужно глубочайшим образом познать себя.
«Боевое искусство – это выражение себя, своей природы. Лучший стиль – это отсутствие стиля», – говорил Брюс. Каждый должен действовать, исходя из собственных возможностей и ситуации. Если нужно бить – бей, если нужно укусить – кусай.
Ли прибегал к одному из главных образов в даосизме: сравнению с водой. Воин должен быть таким же пластичным, неуловимым, адаптивным, способным принимать любые формы, как вода.
В 1970 году судьба дала ему возможность углубить философские познания и заодно проверить возможности своего тела и психики. Занимаясь со штангой, Брюс серьезно повредил спину. Врачи прописали ему полгода постельного режима, предупредив, что он, скорее всего, больше не сможет полноценно работать ногами.
Брюс принял это испытание. Стараясь в целом соблюдать предписанный режим, он много читал, писал, в том числе и стихи, позже опубликованные в книге «Художник жизни», а также заметки, составившие том «Дао джиткундо». Через несколько месяцев он начал понемногу тренироваться. Через полгода Брюс вернулся в форму и опроверг прогнозы врачей, хотя проблемы со спиной остались.
Заход с фланга
К концу 1960-х Ли стал почти что своим человеком в Голливуде: он подрабатывал хореографом боевых сцен, а среди его учеников и друзей были такие кинозвезды, как Джеймс Коберн и Стив Маккуин. Но большие роли ему по-прежнему не доверяли.
«Я понимаю продюсеров, – говорил Ли, – это просто деловой расчет. Никто не хочет ставить на китайца. Я бы и сам, наверное, не стал бы рисковать на их месте».
А пока он дотошно изучал процесс съемок, веря, что эти знания ему пригодятся. Вместе с Коберном и оскароносным сценаристом Стерлингом Силлифантом Ли увлеченно работал над проектом фильма «Беззвучная флейта», но студии его отвергли. Брюс также принимал участие в разработке сериала «Воин» (позже вышедшего под названием «Кунг-фу»), но в последний момент его заменили на актера Дэвида Кэррадайна.
Видя, что лобовая атака на Голливуд не дает результатов, Ли решил зайти с фланга. Он отправился в Гонконг, где, судя по доходившим до него известиям, он стал культовой личностью после того, как местное телевидение показало «Зеленого шершня».
Продюсер Реймонд Чоу, впоследствии ставший постоянным партнером Ли, предложил ему сняться в боевике «Большой босс». Вышедший осенью 1971 года фильм стал чемпионом проката в Гонконге, побив рекорд американского мюзикла «Звуки музыки».
Превзойти кассовые сборы «Босса» мог только следующий фильм с Брюсом Ли, «Кулак ярости» (1972).
В чем причина такого успеха? Во-первых, аудитория была уже «разогрета» «Зеленым шершнем» – Ли стал героем города, звездой, и от него ждали новых свершений. Во-вторых, то, что показал Ли в «Боссе», сильно отличалось от большей части гонконгской кинопродукции. Прежде зрители видели в основном фильмы, в которых герои сражались на мечах, причем долго и бессмысленно. Ли не только сам скрупулезно ставил сцены боев, но и восставал против бессмысленного насилия на экране. «Каждый удар моего героя мотивирован», – говорил он. И в-третьих, нельзя забывать о харизме Брюса: когда он входил в кадр, на него смотрели, не отрываясь.
Вершина
В контекстеСделка между Disney и Fox может сильно изменить Голливуд Одним из вариантов для оставшихся крупных студий может стать слияние. По крайней мере, только так они смогут конкурировать с Disney, который после покупки Fox стал на кинорынке значительно сильнее.
Желая большего контроля над съемочным процессом, Ли основал собственную кинокомпанию Concord Production и стал режиссером своего третьего гонконгского фильма «Путь дракона» (1972). Для ключевой сцены схватки в римском Колизее он пригласил на роль антагониста своего приятеля и ученика Чака Норриса.
Помимо уже предсказуемого нового рекорда в Гонконге «Путь» стал лидером проката в США. Брюс Ли добился своего.
Он начал работать над фильмом, который должен был стать самым полным выражением его философии боевого искусства, его идей о превосходстве интуитивного и импровизационного «не-пути» над всеми стилями и школами. К этому проекту, названному «Игра смерти», Брюс привлек многих своих друзей и учеников: Дэна Иносанто, баскетболиста Карима Абдула-Джаббара и других.
Завершить этот важный проект Ли не удалось. Сначала он переключился на съемки блокбастера «Входит дракон» (1973), а вскоре после возвращения к работе над «Игрой смерти» внезапно умер.
Шок
Смерть Ли, 32-летней суперзвезды кино в расцвете сил, на взлете карьеры, была такой неожиданной, что многие отказывались в нее верить. Будучи в Гонконге, Брюс пожаловался знакомой актрисе на головную боль, и она дала ему обезболивающие таблетки, которые принимала сама. Через несколько часов, 20 июля 1973 года, Ли умер. Официальное заключение гласило, что причиной смерти стал отек мозга как нетипичная реакция организма на обезболивающее.
Странные обстоятельства гибели послужили почвой для множества гипотез. Одна из самых популярных сводилась к тому, что Брюса убил другой мастер единоборств, то ли желая убрать конкурента, то ли в отместку за разглашение восточных техник на Западе.
Но когда спустя почти ровно 30 лет, весной 1993 года, на съемочной площадке фильма «Ворон» погиб сын Брюса – Брэндон, пошли слухи о проклятии, наложенном на семейство Ли. Брэндон умер в результате несчастного случая, такого же трудновообразимого, как и то, что произошло с его отцом. Его убила заглушка, которую забыли снять с заряженного холостыми патронами пистолета. В этой ситуации она была равносильна пуле.
«Ворона» пришлось доснимать с дублерами вместо погибшего Брэндона. То же самое 30 лет назад продюсеры пытались сделать с «Игрой смерти». Отснятого Брюсом материала было немного, и продюсеры распорядились им весьма своеобразно. Некоторые лакуны заполнялись кадрами из прошлых фильмов Брюса, а большую часть сцен сняли с участием дублеров, не похожих на Брюса и плохо загримированных.
В итоге вместо глубокой картины получился заурядный боевик. Он вышел в 1978 году, но имел мало общего с задумкой Брюса. Единственная ценность этого фильма – кадры, запечатлевшие самого Ли.
Неповторимый
Брюс Ли задал не только моду на кино о восточных единоборствах, но и высокий уровень такого кино, поддерживать который оказалось очень трудно. Фильмы его последователей выходили в большом количестве, но страдали разными изъянами: в одних сцены боев были сделаны топорно, в других актеры играли из рук вон плохо, третьи выглядели просто бессмысленным набором драк.
Брюс открыл дорогу таким кинозвездам, как Джеки Чан, Чак Норрис, Жан-Клод Ван Дамм, Стивен Сигал, Донни Йен.
Он был первым азиатом, сыгравшим главные роли в блокбастерах мирового масштаба.
Основатель UFC Дэйна Уайт назвал Брюса Ли отцом смешанных единоборств (ММА), имея в виду то, как Ли интегрировал приемы различных школ и видов спорта.
Брюс Ли проник во все области современной культуры, вплоть до русского рока. Борис Гребенщиков и Виктор Цой очень увлекались фильмами с Ли и изучали боевые искусства сами. Упоминание Ли можно встретить в нескольких песнях БГ, а Цой по примеру кумира снялся в фильме «Игла», где живописно махал в драках руками и ногами.
Примером Брюса Ли действительно трудно не соблазниться. Людям обычного и даже щуплого телосложения он дает надежду на то, что при должном усердии они могут не просто одолеть любого противника, но сделать это красиво и достойно. Ведь его фильмы – это в первую очередь эстетика и лишь во вторую – насилие и философия. И это то, что так трудно повторить его последователям.
* * *
Александр Зайцев
«Профиль»