Молчание к лицу мудрецам
Ничего не поделаешь – если судить по результатам, адвокат Йорам Шефтель дело Эльора Азарьи проиграл вчистую, и своими последними высказываниями ситуации не улучшает.
Шефтель взял на себя защиту Азарьи после его осуждения первой инстанцией военного трибунала, сделал пару заявлений о предыдущих адвокатах, и тем самым сразу напомнил мне слесаря, которого несколько лет назад мы наняли заменить сантехнику в ванной. Он все осмотрел и сказал: «Какой безрукий делал это?»
Пришлось оправдываться - мы понятия не имеем, кто, купили квартиру в таком виде. Все раскритиковав, себя тем самым как бы представив наилучшим спецом, он взялся за работу. Потом я видел, как он полдня потратил на то, чтобы установить сложное душевое приспособление, поскольку просто не знал, как это сделать грамотно.
(Я, совершенно далекий от этих дел, сразу понял, что нужно сначала прибить верхний шуруп, повесить на него душевое приспособление, посмотреть, где в результате окажется нижнее отверстие, прибить в этом месте второй шуруп - и дело с концом. Работы на четверть часа).
Наш критик сделал с точность наоборот – прибил нижний шуруп, и потом полдня пытался угадать точку, куда прибить верхний шуруп. Сделал в этом месте три отверстия – все неточно. В результате там в стене все разворочено, благо – скрыто от глаз. Живем надеждой, что в один прекрасный момент все это не рухнет нам на ноги. Он допустил еще несколько ляпов, которых не было у прежнего слесаря.
Вот и Шефтель сейчас мне кажется таким вот сантехником, который критикует, а сам далеко не совершенен.
Во-первых, Эльору Азарье вообще не следовало подавать апелляцию в военный арбитражный суд, постараться договориться с командирами о минимальном наказании. Шефтель самоуверенно заявил, что победит – и проиграл по полной.
Его счастье, что Эльору не прибавили сроку (это из-за волны протеса в народе, не из-за талантов адвоката).
Неужели Шефтель не знает, что его клиенту в этой апелляции изначально ничего не улыбалось? Все эти военные прокуроры и судьи военного суда тоже люди-человеки, думают о своей будущей карьере после службы, путь наверх для них проложен их предшественниками: получить назначение в окружной суд, возглавить прокуратуру страны, попасть в Верховный суд.
Ни на одну из этих должностей они не смогут претендовать без покровительства СМИ,
И поэтому заранее было ясно, что они вынесут приговор с оглядкой на СМИ.
Точно так же нет сейчас у Азарьи шансов в Верховном суде. И там сидят люди смертные, туда вообще назначают людей, прошедших строгий отбор СМИ, а кроме того – им хочется дослужить без проблем. Кому в радость вдруг увидеть в газете журналистское расследование о себе, о члене своей семьи? Нет, с прессой лучше не ссориться, ее лучше не раздражать.
Насколько я могу судить, сейчас Шефтель понял, что апелляция в Верховный суд – дело безнадежное. И тут он совершил еще одну ошибку, тактическую. После того, как начальник генштаба Гади Айзенкот, получив вердикт апелляционного суда, четко сказал: Пусть Азарья не подает больше апелляций, обратится к нам, и мы взвесим его прошение со всей серьезностью, Шефтель вдруг выступил с заявлением: «Если начгенштаба сделает конкретное предложение, мы подумаем».
Не знаю, что вы слышите в этом заявлении Шефтеля, я между строк прочел: «Ладно, я проиграл, готов с вами договариваться».
Айзенкот – человек умный, тоже понял это, и тут же вместо туманного: «Взвесим со всей серьезностью», выставил свои очень жесткие условия: Азарья должен признать свою вину, он отсидит часть срока.
На деле после совета-обращения Айзенкота Шефтелю следовало поступить иначе. В душе согласившись, что шансов в ВС нет (а, возможно, там еще добавят – база есть, часть судей апелляционного суда требовала ужесточить наказание; был прецедент – президенту Кацаву после его апелляции полтора года Верховный суд заменил на четыре), нужно было кричать: «Я сумасшедший, мне плевать, я иду в ВС!»
А кого-то постороннего послать тихо договариваться за кулисами. Айзенкот пошел бы на уступки. Он знает, чем закончится апелляция в ВС, он знает, кто там сидит. Он не ВС боится; он не хочет сердить народ, который стеной стоит на Азарью.
Он ведь тоже подумывает о карьере после армии – и для начгеншабов есть накатанная дорожка: в депутаты, министры обороны, а потом – чем черт не шутит, и в премьеры.
Одной поддержкой СМИ премьерства не получишь, нужны еще и народные голоса на выборах.
Убежден, что выбери Шефтель верную тактику, договорились бы с Айзенкотом на довольно приемлемых для Азарьи условиях: раскаяние, месяц на «губе». А теперь… Оба варианта плохи для Азарьи – и апелляция в ВС, и жесткие условия Айзенкота.
А последние оскорбительные клички в адрес Айзенкота, допущенные Шефтелем, только снижают шансы на более-менее мягкий вариант соглашения с армией.
Если адвокат просто хотел попиариться за счет этого процесса – то он поступил очень нехорошо, да и какая уж реклама, когда проигрываешь дело.
А что касается Эльора Азарьи… Я уже писал об этом полтора года назад, на русском и иврите и повторяю: Он никакой не герой. Он совершил ошибку (допускаю, что из самых лучших побуждений), навредил той самой идее, которой, на первый взгляд, хотел послужить, дал повод всему мировому юдофобству лишний раз обвинить Израиль в военных преступлениях.
Он не сильно виноват, нужно было просто выгнать его из ЦАХАЛа, заявив, что такое поведение недопустимо в самой нравственной армии мира.
Особо подчеркиваю для тех, кто уже принялся строчить отзывы: это статья не о политических взглядах моих персонажей, я знаю, что Шефтель один из немногих, кто придерживается правой повестки дня на радиоканале, где у него есть своя передача, он бесстрашно громит «левых», когда его изредка приглашают в телестудии. Она – о Шефтеле-адвокате, который проиграл вчистую дело, за которое взялся.
Сейчас это же напишу на иврите, начну с известной пословицы, которую перефразирую: «Яфа штика ла-хахамим, каль ва-хомер – ла-орхейдиним мафсидим».
«Молчание к лицу мудрецам, а тем более – проигравшим адвокатам». В оригинале концовка пословицы звучит так: «каль ва-хомер ла типшим» – а тем более – глупцам.
А парня жалко.
* * *
Юрий Моор
«Мнения»