Отрывок из колонки Ирит Линор
Как член Академии иврита, писатель и философ, я естественно, интересуюсь лингвистическими инновациями и их происхождением.
В контекстеГлавная битва — впереди Сегодня, в свете последних решений БАГАЦа, становится ясно, что битва законодателей с Верховным судом, узурпировавшим властные полномочия всех остальных ветвей власти — будет намного труднее и сложнее. И исход этой битвы будет зависеть от многих привходящих факторов.
Иногда на мою долю выпадает удача видеть собственными глазами как создаются слова и формируется язык. Например: я была свидетелем создания ивритского слова «магнив». Вы знали, что это сокращение от английского слова «magnifficent» (то бишь великолепный)?
Да, да, я была там, когда это случилось. Думаю, это было в конце 70-х.
Слово «magnifficent» сократили до «magniff», а потом забыли про оригинал, звучание было близко к ивриту, и хоп: «magniff» превратилось в «магнив» (от переводчика: «великолепно» или «классно» или «круто»).
В последние годы я слежу за языковыми нововведениями наших ведущих юристов, и поэтому я проявила особый интерес к выступлениям участников Хайфской юридической конференции, которая была посвещена падению общественного доверия к судебной системе до беспрецедентно низкого уровня.
РеволюционЭры закона не разочаровали. Они перевернули и иврит, и закон в соответствии со своим пониманием:
- Авихай Мандельблит (юридический советник правительства) ввел принцип «общественной лояльности»;
- Аарон Барак (бывший глава Верховного суда) отказался от «существенной демократии» и превратил ее в «пропорциональную демократию»;
- Дорит Бейниш (тоже бывшая глава Верховного суда), с присущей ей скромностью, вложила новое содержание в старый термин «консенсус»: «Консенсус - это то, что думаем я и мои друзья» (то есть друзья Бейниш).
В контекстеТолько не БАГАЦ! В последние годы растёт беспокойство из-за числа законов, принимаемых Кнесетом, которые БАГАЦ отменил. Из-за этого имеет место немалое количество законов и решений, отвергаемых с самого начала, не принятых из-за того, что было известно, что «они не пройдут экзамен в БАГАЦе».
Никого не волнует, что думаем я и мои друзья.
Так что, изучайте новые термины, заучивайте их наизусть, так как есть большая вероятность, что они будут использованы против вас.
Наши высокопоставленные юристы делают то, что хотят, и когда время от времени они вынужденны слышать в свой адрес критику, они как львы встают на дыбы, шокированные попыткой свергнуть верховенство закона. А когда угасают «праведный гнев и оскорбление», они продолжают делать то, что хотят.
Последняя конференция в Хайфе не стала исключением. Как всегда, виновником отсутствия общественного доверия к судебной системе является тот же «с неба упавший» фактор, известный под именем «нападения», у коих никогда не было ни смысла, ни причины, и посему нет и надобности к ним прислушиваться или, не дай Бог, что-то исправлять. Высшие должностные лица судебной системы, как у них принято, представили на конференции скоординированную серию просто головокружительных выступлений.
«Правительство хочет ослабить институт юридического советника,
- с болью воскликнул бывший юридический советник и судья Верховного суда, профессор Ицхак Замир. -
Зачем наносить вред такому важному институту?! Тот, кто обвиняет «друга» должен представить доказательства!»
(От переводчика: цитата из еврейского закона, согласно которого бремя доказательства и убеждения лежит на стороне, предъявляющей претензии к «другу»).
В контекстеМина под Израиль Всё же надеюсь, что 23 марта большинство израильтян вспомнят, что речь идёт о судьбе страны. О судьбе их детей. Об этом лишний раз напоминает решение БАГАЦ от 1 марта, похожее на мину, заложенную под Израиль.
А нужны доказательства? Во-первых, юридический советник нам не «друг».
Во-вторых, дело в том, что объединение должности генерального прокурора и юридического советника, который является единственным представителем правительства в судебных инстанциях, представляет собой слишком большую концентрацию власти в руках одного человека.
Также, возможно, стоит отметить тот факт, что институт юридического советника обладает слишком большими полномочиями, без законных на то оснований, и его необходимо вернуть к более скромным размерам, уравновесить ветви власти, чтобы останавливать одну из них, когда она становится слишком буйной.
Возможно, что уникальная личность Мандельблита есть доказательство того, что, когда вся эта власть сосредоточена в руках того:
- Против которого до сих пор есть дело, открытое еще в его бытность главным военным прокурором;
- Который, согласно его же показаниям, подвергается шантажу со стороны государственного прокурора;
- Который до сих пор не расследовал утечки из прокуратуры, несмотря на указания Верховного суда;
- Который до сих пор не начал расследование в связи с нападением депутат Аймана Уде на депутата Итамара Бен-Гвира;
- Который в течение трех лет изучает следственные материалы депутата Арье Дери и еще не решил, предъявлять ли ему обвинение.
Есть такие, которые считают важным ослабить статус юридического советника, в пользу усиления статуса выборных должностных лиц. А также в пользу верховенства закона, который явно не распространяется на юридического советника.
Сам Мандельблит выступал на конференции облачённый в атласную мантию высокомерия, жертвенности и выражений-терминов. Самый впечатляющий из них: «Общественная лояльность».
Если вы не слышали об «общественной лояльности» до тех пор, пока это легко не слетело с языка Мандельблита, как будто было с нами со времен лестницы Иакова, так вы не одиноки.
В законе нет термина общественная лояльность, общественность не понимает что есть её лояльность, и тем не менее юридический советник сказал: «Совершенно очевидно, что только избранник общества, который стремится поддерживать свою политику, уважая при этом закон и его соблюдение, должным образом отстаивает принцип общественной лояльности».
В контекстеБанановая республика Израиль... БАГАЦ и государственный прокурор идут рука об руку с лицом, обвиняемым в мошенничестве и злоупотреблении доверием, - чтобы приостановить его судебное преследование - при этом позволяют ему вступить в должность юридического советника правительства.
Теперь вы видите силу юридического советника:
он придумал принцип и оказывается, он даже точно знает, как его осуществить должным образом, чего никогда не было!
Неудивительно, что еще один, на первый взгляд юридический термин «верховенство закона», стал термином, который не понимает никто, кроме высокопоставленного юриста, который его использует.
Высокопоставленных членов судебной системы общественность не интересует, поэтому судья Аарон Барак заменил его на «просвещенную публику». Только эта элита имеет право толковать (или обходить) закон, а ее единственными представителями являются судьи Верховного суда.
В честь конференции Барак добавил новшество:
«Надлежащей следует признать пропорциональную демократию».
Очевидно, он имеет в виду демократию которая перестает действовать, когда количество непросвещенной публики превышает количество просвещенной.
К сожалению, общество не оценило доброту, с которой Барак облагодетельствовал ее основными принципами разработанной им демократической системы:
«В последние годы критика перешла все границы. Для части общества я стал врагом народа. Я сожалею об этом и ношу эту печаль в своем сердце».
Да, Аарон, и мы тоже!
* * *
Ирит Линор
«Facebook»
Перевод: Тали Цион
«Хроники Иерусалима»