Иран перед выбором
В Иране подошла к концу предвыборная кампания. Действующий президент Хасан Рухани и экс-прокурор Ибрахим Раиси стали главными фаворитами гонки.
Оба кандидата в президенты воплощают противоположные взгляды. Одного условно можно назвать реформатором, второго — консерватором. Кто из них победит, предсказать сложно. Специальный корреспондент RFI в Тегеране Елена Габриелян выяснила, почему иранцы оказались на перепутье и какие у них ожидания от предстоящих выборов.
Фавориты в тюрбанах
Пассажиры застегивают ремни безопасности, а женщины покрывают головы платками. Правила Исламской республики действуют уже в воздухе: самолет пересек воздушное пространство Ирана. В зале ожидания с табличками в руках дружелюбные водители встречают представителей иностранных компаний и журналистов. У входа выстроились желтые такси: в основном французские Renault старых моделей. По виду еще «досанкционные». Совсем недавно прямо у аэропорта построили гостиницы французских сетей Ibis и Novotel, как символ преображения одной из самых закрытых стран мира.
Аэропорт находится в пятидесяти километрах от столицы с 15-миллионным населением. В это время года в Тегеране уже стоит летняя жара: за окном почти тридцать градусов. Из-за загрязнения воздуха покрытые белым снегом горы вдали кажутся желтоватого цвета. Уже на пути от аэропорта в город предвыборная кампания дает о себе знать. Вдоль трассы — портреты кандидатов: без особых лозунгов, одни лишь имена. Заявки на участие в выборах подали 1636 человек в возрасте от 18 до 92 лет. Из них — всего 104 женщины.
Однако через сито Совета стражей конституции прошли лишь шесть кандидатов. Главные фавориты гонки — Хасан Рухани и Ибрахим Раиси. Оба политика ходят в тюрбанах. Оба представляют духовенство. Но воплощают они абсолютно противоположные взгляды.
С именем действующего президента связан процесс снятия санкций с Ирана. Летом 2015 года Тегеран и «шестерка» посредников подписали договор об иранской ядерной программе, который называют еще и «соглашением века».
После восьми лет правления Махмуда Ахмадинежада, с которым страна оказалась в международной изоляции, пришедший к власти Хасан Рухани ознаменовал потепление отношений с Западом. На улицах Тегерана два года назад был большой праздник: после подписания договора иранцы возлагали на своего президента большие надежды. На этих выборах его поддерживают в основном жители крупных городов, интеллигенция, молодежь, бизнесмены новой формации, которые ждут от его второго срока больше свобод и реформ.
Хоть ему действительно удалось снять напряжение в отношениях с Западом, а также снизить инфляцию с 40% до 8%, проблему безработицы решить он так и не смог. Почти треть молодежи в Иране не трудоустроена. Против действующего президента играет то, что граждане на себе пока не почувствовали положительного результата от частичного снятия санкций.
«Через неделю Рухани уйдет», — скандируют на улицах жители Тегерана, обмотавшись национальными флагами. «Дерево, которое не дало плодов за четыре года, нужно вырубить», — пишет на своем плакате 45-летний мужчина, готовясь к митингу за Ибрахима Раиси. В 80-е годы Раиси занимал должность прокурора. Именно по его решению тысячи политзаключенных оказались в тюрьмах. Он пользуется поддержкой Корпуса стражей исламской революции. За экс-прокурора в основном выступает сельское население, которое голосует, следуя наставлениям имама на пятничной молитве.
«Чтоб не сглазили Раиси»
За несколько дней до выборов на территории недостроенной мечети Большой Мусаллы им. Имама Хомейни сторонники Ибрахима Раиси собрались на многотысячный митинг. Это место коллективных намазов в Тегеране. Из динамиков звучат молитвы. У входа всем раздают плакаты, фляжки и бутылки с водой. «Женщины — туда, мужчины — сюда», — координируют движение толпы бородатые стражи Исламской революции. В окружении небольшой группы мужчин один из активистов держит в одной руке портрет экс-прокурора, в другой — небольшой сосуд, из которого поднимается дым. «Чтоб не сглазили Раиси», — объясняет он его предназначение.
Женщины в чадрах прячутся от жгучего солнца под дерево, держа в руках красные розы и портрет кандидата. 32-летняя Зохре учится художественному искусству в духовном училище. Говорит, что пришла на митинг поддержать «кандидата от народа». По ее словам, он защитит Иран от Израиля и Запада. Сторонники консервативного Раиси считают, что он вернет Ирану честь, «потерянную с подписанием скандального ядерного соглашения». «К Махмуду Ахмадинежаду хоть и были претензии, но он защищал нас от Запада», — говорят собравшиеся.
Они бурными аплодисментами встречают своего кандидата. Некоторые участники митинга взбираются на подмостки и даже фонарные столбы. Ибрахим Раиси появляется перед толпой в сопровождении мэра столицы Мохаммада Багера Галибафа, который снял свою кандидатуру с выборов и выступил с поддержкой Ибрахима Раиси.
Поддержать действующего президента на выборах решил и вице-президент Исхак Джахангири, снявший следом за мэром Тегерана свою кандидатуру. Таким образом, в предвыборной гонке осталось четыре кандидата: помимо двух фаворитов, еще и экс-министр промышленности Ирана Мостафа Хашеми Таба, а также экс-министр культуры Мостафа Мирсалим. Последний возглавляет совет Партии исламской коалиции, который поддерживают религиозные граждане и многие коммерсанты. Но несмотря на это, местный рынок все же — за Рухани.
«Наши враги — Трамп и Путин»
В эти дни Гранд Базар — самый большой крытый рынок в Тегеране — превратился в одно из главных мест предвыборной агитации. Сторонники кандидатов раздают прохожим буклеты. Сухофрукты, специи, ковры, золото — богатства Востока здесь в полном изобилии. Продавцы — в основном мужчины, даже в отделе женского белья. Редкие женщины, работающие на рынке, говорить отказываются и вежливо выпроваживают из магазина, угощая сладостями. Зато покупатели — в основном женщины. «Мужчины на работе», — объясняет местный гид.
Посетить местный рынок и не зайти к продавцам ковров в Иране расценивается как знак неуважения. Ковроделие здесь — предмет большой гордости. Мастерство передается из поколения в поколение. В Тегеране есть и музей ковров. На Гранд Базаре как минимум четыреста ковровых магазинов.
53-летний Мансур Агазаде уже тридцать лет владеет одним из них — унаследовал от своего отца. Стены увешаны шелковыми и шерстяными коврами. Цены от трех тысяч евро и выше. Мансур говорит, что с введением санкций ковры подорожали почти вдвое. Он объясняет это тем, что основное сырье привозят из-за границы. Но со снятием санкций цены особо не изменились. «Зато туристов стало больше, особенно летом, нам от этого только лучше», — говорит Мансур, называя это заслугой действующего президента.
Он продает в месяц от десяти до тридцати изделий. Все зависит от сезона: летом туристов больше. «При шахе основными покупателями у моего отца были американцы», — вспоминает Мансур. Теперь и у него большинство покупателей — иностранцы (почти три четверти), но американцев среди них нет. «Хотя у иностранцев тоже, видимо, мало денег. Приходят только посмотреть, ничего не покупают», — жалуется мастер.
Своих клиентов Мансур пытается убедить иранской пословицей: покупка ковра — удачное капиталовложение. Он не стареет, со временем только дорожает. «Купите сейчас, через тридцать лет будет на вес золота», — говорит продавец.
Золота тоже местные начали покупать меньше. 82-летний Хасан работает продавцом ювелирных изделии. Он почти всю жизнь провел на этом рынке. Жалуется на плохую экономическую ситуацию и высокий уровень безработицы, но надеется, что с действующим президентом будет хотя бы стабильность. «Со снятием санкций ожидал больше иностранных посетителей, но что-то их не видно», — говорит он.
Хасан говорит не только о внутренних проблемах, но и о внешней политике. «У нас два врага — Трамп и Путин». «США грабили нашу страну при шахе и сейчас хотят ограбить», — говорит мужчина, хотя уверен, что Рухани сможет нормализовать отношения с Западом. А по отношению к России нужна более жесткая политика, считает он и надеется, что новый президент пересмотрит отношения с Москвой. «Россия — плохой сосед. Ничего хорошего мы от нее не видели. Столько лет они строят атомную станцию у нас. Там постоянные проблемы, ремонт. Плохие у них технологии… Вот присвоил Путин себе Крым и получил за это санкции», — говорит Хасан, при этом просит не сравнивать это с санкциями против Ирана.
Путина называет диктатором, который хочет иметь влияние во всем мире. Здесь даже заговорили о российском влиянии на выборы после того, как в апреле в Иране побывал президент Татарстана Рустам Минниханов, встретившийся с кандидатом Ибрахимом Раиси. Некоторые политики расценили этот визит как знак поддержки Москвой этого кандидата.
Впрочем, Иран — это не Америка и не Франция. Здесь любые изменения, связанные с победой того или иного кандидата на выборах, возможны лишь в рамках допустимого идеологией Исламской республики. Президент в Иране является вторым лицом государства после духовного лидера, поэтому на все воля аятоллы.
* * *
Елена Габриелян
«RFi»