Обугленные стволы деревьев контрастируют с белоснежным снегом
На юге Сибири в течение десяти лет леса регулярно опустошаются пожарами, подобное явление еще больше усугубляется засушливым периодом. Несмотря на усилия добровольцев, это экологическая, экономическая и санитарная катастрофа, пишет спецкор французской Liberation Лео Видаль-Жиро.
«Мы находимся в природном заповеднике озера Байкал, в республике Бурятия, это субъект Российской Федерации, расположенный в центре Сибири, - пишет спецкор. - В 2015 году лесной пожар невиданной силы уничтожил 43 тыс. га из 75 тыс. га заповедника, входящего в список всемирного наследия ЮНЕСКО. Термометр показывает минус 33 градуса по Цельсию. Ничего необычного для шестидесятилетнего Геннадия Тимофеевича, который ведет свой внедорожник по ухабистой дороге. Он и его товарищи лесорубы проводят целый день на открытом воздухе порой при более сильных морозах».
«Мы потеряли весь лес», - говорит он, указывая на почерневшие стволы. «Рубить и распиливать можно, но древесина уже ничего не стоит. Ее купят только китайцы». В 2015 году произошел «верховой пожар», который сжигает не только почву, но и крону деревьев. Лес никогда не выздоровеет, передает спецкор. «Все, что вы видите, погибло, полностью и окончательно. Деревья еще стоят? Они тоже упадут. Корни испорчены». Геннадий останавливает машину на вершине холма. «Взгляните, это все погибший лес. Отсюда до Байкала все сгорело!»
«Дрожа от холода в заснеженной тайге, в это трудно поверить, но здесь также происходит глобальное потепление. За последнее десятилетие в Сибири средняя температуре поднялась на 2,5 градуса. Причина тому - человеческая деятельность, особенно разработка углеводородов, от которых сильно зависит российская экономика. К тому же страна все еще не присоединилась в Парижскому соглашению декабря 2015 года», - отмечает Видаль-Жиро.
Тем не менее, потепление не имеет никакого отношения к числу пожаров, которые на 90% происходят из-за человеческой небрежности. Однако оно делает их более опасными, поясняет Антон Бенеславский, руководитель международного проекта по противодействию природным пожарам Greenpeace России.
«Глобальное потепление делает метеорологические условия более экстремальными. В Бурятии оно вызывает засуху, более сильный ветер, снижение уровня воды в озерах и реках. Это создает благоприятные условия для более интенсивных и быстрых пожаров, а более сухая растительность сильнее подвержена возгоранию», - говорит он.
«Не менее страшны последствия пожаров для здоровья населения. Из-за лесных пожаров непосредственно на этой малонаселенной территории погибает не так много людей, но выделяемые ими дымовые газы содержат канцерогенные вещества», - говорится в статье.
«Здесь нечем дышать» - восклицает 69-летний Павел Ильич, всю жизнь проживший в селе Закалтус. Власти не ведут никакой официальной статистики о числе умерших из-за ядовитых газов, выделяемых во время лесных пожаров. «Идите посмотрите на деревенское кладбище, - возмущается Павел Ильич. - Вот там ваша статистика! Десять умерших от рака легких за десять лет, на население в пятьсот человек!»
Лесные пожары также угрожают образу жизни коренного населения. Руководитель организации добровольцев-пожарных Солбон Санжиев стремится сохранить бурятскую культуру. По его мнению, обе борьбы идут рука об руку: «В отдельных зонах люди живут за счет традиционной охоты, сбора дикорастущей растительности. Из-за лесных пожаров их источник дохода и питания полностью исчезает. Чтобы обеспечить нужды своей семьи, оны вынуждены нелегально вырубать лес, либо ехать в город. Но наша бурятская культура основана на нашем традиционном образе жизни, на собирательстве и охоте. Когда эти люди переезжают в город, эта культура утрачивается».
«Катастрофические пожары 2015 года стали потрясением для Солбона. Глядя на масштаб причиненных разрушений, в то время как озеро Байкал и его окрестности считаются для бурятов священными местами, он создал добровольческий корпус «Байкал». Местные власти сначала отнеслись к этому скептически, но в конце концов согласились работать в полном согласии с гражданскими организациями», - отмечает спецкор.
«Бурятия является очень положительным примером, - считает Антон Бенеславский. - Правительство там лояльно по отношению к ассоциациям и добровольцам».
Однако несмотря на бурятские достижения в борьбе против лесных пожаров, общая ситуация не располагает Антона Бенеславского к оптимизму: «Условия, в которых мы боремся против пожаров, лишь ухудшаются по мере ускорения климатических изменений. Мы похожи на людей, пытающихся подняться по эскалатору, идущему вниз: необходимо активно суетиться лишь для того, чтобы остаться на месте, и совершать куда больше усилий для того, чтобы карабкаться наверх».
* * *
Мишель Брюно
«InoPressa»
«Libération»