Как Барнеа доказал верность старшим братьям
Роман Гофман: «Премьер-министр, не капитулируй перед БАГАЦем!» (плакат объединения «Им Тирцу»). (Иллюстрация: «Facebook»)
Протесты лагеря «только не Биби» возглавляли бывшие начальники всех мыслимых силовых структур, так что было вполне логично предположить, что и уходящий глава «Моссада» Деди Барнеа того же поля ягода.
Однако, во время войны он внезапно выбился из общего хора: никаких тебе сливов из правительственных кабинетов, впечатляющие результаты работы… Складывалось впечатление, что впервые во главе силового ведомства оказался человек, который просто пришёл делать своё дело. Так казалось – аккурат до этой недели.
С самого начала резонно было предположить, что глава «Моссада» Давид Барнеа идейно принадлежит к лагерю левых «антибибистов». Главной уликой в пользу такого подозрения была сама его должность. Самая простая статистика: за последние десятилетия не было ни одного назначения в верхушке силовой системы, после которого, уже выйдя в отставку, человек не обнаруживал бы свою политическую прописку «слева».
Во времена протестов против судебной реформы все как один бывшие руководители силовых структур выстроились — кто на Каплан, кто в телестудиях, кто под коллективными письмами. Одинаково тревожно сдвинутые брови, и все-все-все предрекают кто раскол, а кто, ни больше ни меньше, сразу диктатуру!
Бывшие командующие ВВС, бывшие главы ШАБАКа, все бывшие начальники Генштаба. Бывшие главы «Моссада» тоже не отставали: Тамир Пардо, Дани Ятом, Эфраим Халеви, Шабтай Шавит.
И даже Йосси Коэн, которого связывали с Нетаньягу вполне дружеские отношения, дисциплинированно встроился в корпоративную шеренгу, и также подписал письмо с положенной по статусу «тревогой за демократию». Так что не было ни малейших оснований считать, что Барнеа сделан из другого теста.
В контекстеСотни командиров «Хезболлы» на мушке у «Моссада» Дина Лиснянская: «Уход иранских прокси из Ливана стал неизбежен после заявления президента Жозефа Ауна о том, что в 2025 году оружие должно быть только у государства.»
И действительно, Барнеа подтвердил свою лагерную принадлежность. Ещё в феврале 2023 года он разрешил сотрудникам «Моссада» ниже определённого ранга участвовать в протестах против реформы — правда, при условии анонимности и отказа от интервью.
Разумеется, он не стал объяснять своим сотрудникам, что участие в демонстрациях — действие политическое и что, возможно, им стоило бы сконцентрироваться на своей работе, а не перекрытии шоссе.
Даже во время войны можно было ожидать, что Барнеа — как и начальник Генштаба, или командующий ВВС, или глава ШАБАКа Ронен Бар — рано или поздно отметится каким-нибудь подковёрным финтом против правительства. В памяти всплывал его предшественник Барнеа, Надав Аргаман: на совместной пресс-конференции с Нетаньяху, Ганцем и Кохави во время операции «Страж стен» он выглядел человеком, которого силком загнали на мероприятие.
Так что никого не удивило, что после ухода с должности Аргаман открыто выступил против премьер-министра, а в интервью 12-му каналу в 2025 году и вовсе пригрозил публикацией секретных материалов о главе правительства. Более того — он ещё и оказался в компании тех, кто оспаривал назначение Давида Зини главой ШАБАКа. Ну что тут скажешь — к этой публике мы давно привыкли.
Но вот Барнеа как раз и удивил. Во время войны за ним не числилось ни сливов, ни закулисных брифингов по вопросам, не относящимся к его работе. Возможно потому, что - в отличие от ЦАХАЛа и ШАБАКа - «Моссад» не был замазан в провале 7 октября, а, следовательно, не было причин переплёвываться с правительством и его главой.
Более того: под руководством Барнеа «Моссад» продемонстрировал целую серию впечатляющих успехов: операция с пейджерами, ликвидация руководства ХАМАСа, а затем и верхушки иранского режима.
Можно было даже облегчённо выдохнуть и решить, что вот, наконец-то, во главе одной из силовых структур оказался талантливый человек, который просто пришёл работать, а потом спокойно уйдёт заседать в каком-нибудь совете директоров, наслаждаясь жизнью после службы.
Как вдруг появился Роман Гофман — и все жетоны разом попадали в автоматы.
Также по теме«NewsRu» Бригадный генерал «Гимель» подтвердил версию Романа Гофмана в своих показаниях «7 канал» «Роман Гофман будет главой “Моссад”. Я выбрал именно его»
Действительно, Барнеа выступал против назначения Гофмана; но, после того как назначение всё равно утвердили, в нём внезапно во всей красе «проснулся Каплан». Он пошёл в обход Нетаньяху и направил письмо юридическому советнику правительства — то ли, по его словам, по просьбе Верховного суда, то ли по собственной инициативе (версии разнились), где подробно изложил причины своего несогласия с кандидатурой Гофмана.
Даже не вдаваясь в суть претензий, сам этот манёвр выглядел до боли знакомо — ровно той самой подковёрной фрондой, которую его коллеги демонстрировали годами.
«Моссад», как и все силовые структуры, подчинён политическому руководству. Как и ШАБАК, он напрямую подчиняется премьер-министру. И отнюдь не глава «Моссада» сам назначает себе преемника: это полномочия главы правительства.
Барнеа также отказался явиться к премьер-министру после того, как его письмо утекло в прессу. И тут он окончательно перенял ещё одну отвратительную привычку израильских «охранителей». Гали Баарав-Миара и Ронен Бар тоже отказались являться на слушания в правительстве; оба сопротивлялись увольнению; юридический советник правительства систематически отказывается представлять само правительство в суде… А вот теперь ещё и глава «Моссада» пытается через голову премьер-министра сорвать назначение!
И, как всегда, всё это подаётся в знакомой упаковке высоконравственной праведности: «Моя обязанность как главы “Моссада” — представить профессиональную позицию. Я обязан сделать это во имя интересов государства Израиль».
Опять эти магические слова: «профессионализм», «интересы государства»! Привычный разогрев перед следующим набором юридических камланий — «процессуальная корректность», «административные доказательства», «юридическое препятствие».
Весь этот псевдоюридический новояз, при помощи которого юридические советники, прокуратура и БАГАЦ годами откусывают полномочия у избранной власти.
Давид Шарп «Моссад» и скандальные разборки: «дело генерала Гофмана»
Барнеа «вскочил на подножку» этого поезда в самый последний момент, успев испачкать одно из главных своих достижений: способность профессионально работать на благо государства, оставляя свои политические взгляды за дверью.
Почему он вдруг сорвался с поводка — неизвестно. В письме не было никакой необходимости: он уже изложил свою позицию комиссии Груниса.
Не было нужды и в том, чтобы лгать, будто письмо подано по просьбе Верховного суда — судьи на этой неделе вообще отказались его рассматривать.
Не было необходимости демонстративно отказываться явиться к премьер-министру — жест инфантильный и бунтарский. И уж точно не ему решать, отменять назначение или нет.
В контекстеВ октябре мы должны будем выбрать… Эти девять месяцев завершились потрясающей операцией «Пейджер», блестящим убийством Насраллы и главы его организации, а также операцией «Северные стрелы». Затем последовала Сирия, захват горы Хермон, ликвидация Синуара, избрание Трампа, Народ как Лев и Львиный Рык. И даже если работа еще не закончена, сегодня мы находимся в совершенно иной ситуации.
Возможно, хотя это лишь догадка, что Барнеа просто задумался о жизни после отставки. О мире «бывших», выстроенных в стройные шеренги; где всё так дружно тревожатся ровно об одном и том же; где так же смыкают ряды вокруг каждого, кто борется с главной угрозой Государству Израиль: премьер-министром Биньямином Нетаниягу.
Барнеа не собирал компромат на Бен-Гвира, как Ронен Бар. Не организовывал сливов против правительства, как это делали Герци Халеви или Эяль Замир. Не передавал американцам планы удара по Ирану, как некогда поступил Меир Даган.
Да, он возвращается в свой клуб увенчанным лаврами победителя — но там, надо полагать, ему уже давно забыли разрешение сотрудникам «Моссада» протестовать против реформы.
А уж этот «союз бывших» умеет выставлять счета тем, кто, по их мнению, недостаточно яростно боролся против проникновения чужаков в святая святых.
А, может быть, Барнеа решил пойти по пути Уинстона Смита, героя романа Джорджа Оруэлла «1984»? Помните, в финале книги Смит отказывается от свободы мысли. Он понимает: «…Борьба закончилась. Он одержал над собой победу. Он полюбил Большого Брата.».
Своим последним мятежным жестом против избранного премьер-министра Барнеа доказал верность старшим братьям — чтобы его, не дай бог, не выгнали из клуба.
* * *
Ирит Линор
«Israel ha-Yom»
Перевод: «Nautilus» / «OpenAI»