Важный и смелый поступок
Спустя неделю после того как судья Верховного суда Йосеф Эльрон заявил, что хотел бы — всего лишь хотел бы! — побороться за пост председателя высшей судебной инстанции страны, вопреки сложившемуся принципу старшинства (»сеньорити»), не ослабевает острая критика в его адрес со стороны СМИ, представителей оппозиции и юридической элиты страны
В контекстеТакой БАГАЦ нам не нужен! Сколько зла получил Израиль руками этих 15 за последние годы! Отменить законы принятые парламентом? Это БАГАЦ. Спасти дом террориста от заслуженного уничтожения? Опять БАГАЦ. Предотвратить депортации нелегалов из Израиля? БАГАЦ.
Бывшая зам. юридического советника правительства Дина Зильбер назвала судью Эльрона «паршивой овцой». Газета «Гаарец» пригвоздила его к позорному столбу как нарушителя конституционной традиции, объявив ее чуть ли не священной.
Другие обвинили судью Эльрона в сговоре с министром юстиции Яривом Левином и, конечно, в разрушении Верховного суда и израильской демократии изнутри.
Припомнили журналисты и то, что в 2017 году, когда Эльрон был включен в список кандидатов в судьи Верховного суда, многие его коллеги и представители их окружения говорили, что он, мол, сделан не из того теста, из которого делают судей Верховного суда.
Что тут скажешь? Биография Йосефа Эльрона свидетельствует о том, что он действительно сделан совсем из другого теста.
Йосеф Эльрон родился в 1955 году во временном лагере для новых репатриантов под Хайфой и был последним из девяти детей Овадьи и Цадики Эльрон, репатриировавшихся четырьмя годами раньше из Ирака. Спустя несколько лет после его рождения семья получила амидаровскую квартиру, но Йосеф Эльрон успел запомнить жизнь в лагере и игры с детьми новых олим из Румынии, у которых немного научился идишу.
Позже он станет тем самым судьей, который объявит, что дела о «похищении» детей репатриантов из Йемена, Балканских стран и Восточной Европы не имеют срока давности, и иски по ним должны приниматься к рассмотрению.
«Эта травма преследует многие семьи спустя десятилетия. Как рожденный в лагере для репатриантов я хорошо помню разговоры об этом явлении и слезы тех, кто считал, что у него отобрали ребенка»,
— говорится в его постановлении по этой проблеме.
По окончании средней школы Йосеф Эльрон был призван в ряды ЦАХАЛа и почти сразу попал на фронт Войны Судного дня. После демобилизации в 1977 году в звании лейтенанта он уехал в Великобританию, где работал в компаниях по обеспечению безопасности и учился на юридическом факультете Букингемского университета.
Получив первую академическую степень в 1983 году, Эльрон вернулся в Израиль, открыл свою адвокатскую контору и долгие годы специализировался на гражданских и уголовных делах.
В 1994 году он успешно сдал экзамен и был назначен судьей сначала мирового, а в 2003 году и окружного суда Хайфы, которому обычно передавались дела об убийствах и других особо тяжких преступлениях.
В контекстеЭстер Хают и её джихад против израильской демократии Тот факт, что закон был совершенно правомерным, не имел для судей ни малейшего значения. Им было достаточно того, что закон им просто не нравился, поэтому последний законодательный инструмент Израиля, побуждающий нелегальных трудовых мигрантов к отъезду из страны, был ими отменен.
Решения судьи Эльрона по таким делам далеко не всегда отвечали ожиданиям прокуратуры. Так, к примеру, в 2012 году на скамье подсудимых по обвинению в убийстве сестры оказался 29-летний учитель музыки. Полиция пришла к выводу о том, что именно он является убийцей, на том основании, что музыкант в прошлом уже отбыл год тюрьмы за развратные действия в отношении сестры.
Поначалу подозреваемый все отрицал, затем ему в камеру подсадили сотрудника полиции, который добыл от него косвенное признание в убийстве сестры.
Эльрон оправдал учителя музыки за недостаточностью доказательств, подвергнув резкой критике методы работы полиции. В постановлении он отметил, что имевшие место в прошлом домогательства по отношению к сестре еще не означают, что подсудимый — убийца, а свидетельства подсадного агента выглядят двусмысленно и неубедительно.
Многие и сегодня считают, что тогда судья Эльрон предотвратил «потенциальное дело Романа Задорова».
В 2012 году Йосеф Эльрон был назначен зампредседателя Хайфского окружного суда, а еще через год возглавил его. Одновременно Эльрон был главой экзаменационного комитета Адвокатской коллегии и именно он настоял на возвращении в экзаменационные листы открытых вопросов, требующих от будущих адвокатов не только зубрежки законов, но и способности их осмысления в рамках различных жизненных ситуаций.
По словам информированных источников, с судьями Хайфского окружного суда у Эльрона сложились, мягко говоря, непростые отношения.
Особенно с судьей Ицхаком Амитом, которого он не раз критиковал за решения, от которых, по мнению Эльрона, сильно попахивало судебным активизмом.
Но в 2009 году Амит был избран членом Верховного суда, и их вражда на время прекратилась.
Когда в 2016 году встал вопрос об избрании сразу четырех новых членов Верховного суда, министры Айелет Шакед и Моше Кахлон обратили внимание на то, что среди кандидатов нет ни одного представителя сефардской общины, и потребовали ввести в состав суда Йосефа Эльрона.
Это предложение было встречено в штыки как тогдашним председателем Верховного суда Мирьям Наор, так и Ицхаком Амитом и другими судьями этой инстанции. По их мнению, место, на которое Кахлон и Шакед протежировали Эльрона, должен был занять Рон Сокол – тот считался куда более достойной кандидатурой уже хотя бы потому, что был зятем бывшего судьи Верховного суда Теодора Ора.
Тогда-то и прозвучала фраза о том, что судья Эльрон «сделан не из того теста». Однако Моше Кахлон продолжал настаивать, в феврале 2017-го Эльрона назначили членом Верховного суда и 30 октября того же года он вступил в должность.
В контекстеОснование «разумности» - путеводитель растеряных До тех пор, пока дух БАГАЦа заключается во вмешательстве в суть решений исполнительной власти, а не в толковании и контроле за соблюдением закона (что подразумевает истинная демократия), БАГАЦ найдет для этого вмешательства и другие способы.
Очень скоро стало ясно, что новый судья Верховного суда, в отличие от большинства своих коллег, придерживается не прогрессивных, а консервативных взглядов и, как следствие, нередко оказывается в меньшинстве при рассмотрении различных исков, оспаривающих решения правительства Биньямина Нетаниягу.
Не так давно, когда бригада из 11 судей БАГАЦа рассматривала иск о незаконности назначения Арье Дери министром, Йосеф Эльрон стал единственным, кто выступил против удовлетворения иска, отметив в своем особом постановлении, что, «согласно действующим законам, судьи БАГАЦа ограничены в своем праве решать, кто может стать министром, а кто нет, если вообще у них есть подобное право».
Уже тогда стало ясно, что Эльрон нарушает единство рядов Верховного суда, и его новый демарш против принципа «сеньорити» с претензией на пост председателя этой судебной инстанции данный факт еще раз подтвердил.
Большинство обозревателей охарактеризовали претензию Йосефа Эльрона как беспрецедентную наглость и предположили, что вместо высоких общественных интересов, которыми должен руководствоваться «настоящий» судья Верховного суда, им движут исключительно личные интересы и желание свести счеты со своим давним оппонентом Ицхаком Амитом, который и должен стать председателем по принципу «сеньорити».
Высказывалось также предположение, что судья Эльрон действует в сговоре с министром юстиции Яривом Левином. Прозвучали и предложения немедленно отправить его в отставку. Правда, по закону это сделать невозможно, но ведь мы живем в правовом и демократическом государстве, не правда ли?
А значит, закон нужно обойти, если это на пользу людям, сделанным из «правильного теста».
Стоит отметить, что сам Йосеф Эльрон выдвинуть свою кандидатуру на пост председателя Верховного суда не может – такое право есть только у председателя БАГАЦа Эстер Хают или у министра юстиции Ярива Левина.
Но Хают этого точно не сделает: ее недавние переговоры с Левином по достижению консенсуса в вопросе о судебной реформе сорвались именно из-за того, что Хают объявила компромисс по принципу «сеньорити» невозможным.
Левин же, давно не скрывающий того, что считает этот принцип архаичным и антидемократическим, сохранившимся, кроме Израиля, только в Индии, скорее всего, поддержит кандидатуру Эльрона. Но что это даст? Шансы на то, что тот станет председателем Верховного суда, все равно нулевые, и судья Эльрон не мог этого не понимать, совершая свой демарш.
Он, кстати, категорически отрицает версию о сговоре с Левином и настаивает на том, что даже не знаком с нынешним министром юстиции и никогда с ним не говорил.
В контекстеБАГАЦ как наследие колониализма В большинстве стран, где правили британцы, учреждение, называемое Высоким судом, было упразднено, как только англичане ушли, потому что это был один из самых гнусных инструментов управления британского правительства, но называлось Высшим судом справедливости.
Какие цели преследовал Йосеф Эльрон, совершая такой, образно говоря, самоубийственный шаг и зная, что превратится в парию израильских СМИ и юридической системы, остается загадкой. И вместе с тем это был, безусловно, важный и смелый поступок.
Особенно накануне рассмотрения в БАГАЦе исков против двух основных законов – о сохранении полномочий премьера и об ограничении принципа неприемлемости, за которыми, как уже не раз говорилось, может последовать конституционный кризис.
Пока резкая критика в адрес Эльрона продолжается, и комментаторы правого толка обращают внимание на молчание Эстер Хают по этому поводу, хотя прежде она почти мгновенно реагировала и пресекала любую критику в адрес судей.
Впрочем, молчала она и тогда, и когда начались нападки на судью Ашера Кулу, принявшего решение о невиновности Романа Задорова, и когда развернулась кампания травли судей, ведущих процесс по делам Биньямина Нетаниягу и посмевших заявить, что они не видят достаточных доказательств для признания его виновным «по делу 4000».
Молчала она и тогда, когда посыпались язвительные, а иногда и просто непристойные высказывания в адрес отставного судьи Моше Дрори, ставшего председателем комиссии по расследованию законности использования шпионских программ.
Однако вывод из всего происходящего напрашивается однозначный: израильские судьи находятся вне критики лишь до тех пор, пока их мнение совпадает с мнением СМИ и вполне определенных кругов общества.
Но если они вышли «за флажки», про них можно говорить и писать, что угодно.
* * *
Петр Люкимсон
«Новости недели»
«ИсраГЕО»