Великое замедление КНР может привести к росту социального недовольства в стране
В Поднебесной все еще надеются на внутренний спрос. (Фото: «IsraPhoto» - «Nautilus»)
Китайский фактор становится одним из главных рисков для мировой экономики. Об этом предупреждают многие аналитические центры.
Причин несколько – от до сих пор неурегулированных торговых разногласий США и КНР до экономического замедления, ослабления спроса и даже угрозы социальных недовольств внутри самого Китая. В уязвимом положении находится и Россия, по которой могут рикошетом ударить проблемы китайской экономики.
По оценкам экспертов, рост ВВП РФ на фоне глобальных рисков может замедлиться до 1% в год. И это не считая внутренних проблем в самой российской экономике, которые делают перспективы еще более туманными.
Внутреннее замедление экономики Китая негативно сказывается на мировой торговле, ухудшая ее динамику.
Об этом сообщили в четверг специалисты рейтингового агентства Fitch.
В контекстеЦиклическая гильотина США снимают пошлины, но в ответ Китай должен либерализовать свою торговую политику так, как этого хотят в Вашингтоне... Если Вашингтону покажется, что реформы идут недостаточно быстро или вообще саботируются, то США восстановят тарифы на китайские товары.
Как показал их анализ, «резкое снижение темпов роста мировой торговли во второй половине 2018 года было вызвано в первую очередь замедлением внутреннего спроса в Китае, а не прямым воздействием тарифов, связанных с усилением напряженности в торговле между США и КНР».
«Экспорт в Китай из ряда других крупных экономик Азии замедлился гораздо более резко, чем их общий экспорт. Поскольку на внутриазиатские торговые потоки гораздо меньше влияли тарифные меры, введенные США и Китаем, это указывает на ослабление внутреннего спроса в Китае в качестве ключевого фактора замедления», – поясняет Fitch.
О дальнейшем замедлении свидетельствуют февральские значения индекса деловой активности PMI. Так, в сфере услуг индекс PMI составил 54,3 пункта против 54,7 пункта в январе. А в промышленном секторе он составил 49,2 пункта против январского значения 49,5 пункта. В итоге в промышленном секторе такое значение индекса стало самым низким показателем после марта 2016 года, сообщает агентство «Прайм» со ссылкой на данные Государственного статистического управления КНР.
Неожиданным было и зафиксированное отраслевыми представителями падение авторынка внутри КНР. В январе Китайская ассоциация пассажирских автомобилей сообщала, что продажи автомобилей в КНР в 2018 году сократились на 6%, до 22,7 млн. Как уточнялось, это первое более чем за 20 лет сокращение продаж автомобилей в стране (см. «НГ» от 14.01.19).
Затем Китайская ассоциация автопроизводителей заявила, что продажи транспортных средств дилерским центрам уменьшились в минувшем году на 2,8%, до 28,1 млн единиц, – снижение стало первым с 1990 года, передавал Интерфакс.
SНекоторые иностранные наблюдатели даже допускают возникновение в Китае социальных недовольств на фоне экономического замедления и усугубления иных проблем.
«Хотя быстрый экономический рост Китая за последние три десятилетия повысил его глобальный статус, не все граждане этой страны получили выгоду, – сообщает, в частности, тайваньское издание Taipei Times. – Стремясь найти работу, получить компенсацию и завести полезные знакомства на обочине общества, уволенные работники как государственных, так и частных предприятий, безземельные крестьяне в мегаполисах и новые выпускники вузов пострадали из-за радикального рыночного перехода и отказа государства от системы общественных услуг» (перевод ИноСМИ).
Издание отмечает, что «рабочие – не единственные жертвы социально-экономической маргинализации». «Даже люди, которые имеют регистрацию в крупных городах, испытывают трудности в получении доступа к своим социальным пособиям в трудные времена», – уточняют авторы издания.
Они делают довольно смелые прогнозы: «Растущий и процветающий Китай, который отказывает своим гражданам в том, что они хотят, в том числе в здравоохранении, занятости… – это Китай, подталкивающий неудовлетворенных людей к объединению для коллективных действий». И чем больше будет расти угроза внутренних волнений, тем выше вероятность «тоталитарного поворота» в КНР, следует из материала издания.
С такими политическими прогнозами, конечно, можно спорить – особенно если учесть разногласия, которые есть между КНР и Тайванем и которые могут влиять на оценки. Но есть также экономические прогнозы, и в них все более важным становится именно фактор Китая.
Например, журнал Economist представил топ-10 рисков для мировой экономики в 2019 году, и треть из них так или иначе связаны с Китаем (и некоторыми другими странами). В частности, упоминаются такие риски, как перерастание торгового конфликта США и КНР в полномасштабную мировую торговую войну, развертывание на этом фоне масштабного кризиса в экономиках развивающихся стран. Вероятность реализации этих двух рисков оценивается как средняя. Говорится также о возможном продолжительном экономическом спаде в Китае, но вероятность этого риска названа низкой.
На китайский фактор указывал ранее и американский экономист Нуриэль Рубини (предсказал глобальный кризис 2008 года). «Поскольку замедление темпов роста в Китае продолжается, применяемый сейчас правительством стран набор умеренных монетарных, кредитных и бюджетных стимулов может оказаться неадекватным, учитывая отсутствие уверенности в частном секторе и высокий уровень избыточных мощностей и задолженности. Если тревоги по поводу китайского замедления возобновятся, это крайне негативно повлияет на рынки.
С другой стороны, стабилизация роста в Китае неизбежно вернет рынкам уверенность», – сообщил он в своем материале «Неоднозначность экономических перспектив в 2019 году», который был опубликован в начале февраля на портале Project Syndicate.
В контексте«Обратная сторона Луны»: Китай напомнил, что с ним нужно считаться В ночь со 2 на 3 января китайский космический зонд «Чанъэ-4» с первой попытки сел на обратной стороне Луны. Прилунение прошло благополучно и заставило мировые СМИ заговорить о новой главе в истории космических исследований.
«Эскалация китайско-американского конфликта может притормозить рост мировой экономики, в то время как продление нынешнего перемирия путем подписания торгового соглашения вселило бы в рынки уверенность, даже если геополитическое и технологическое соперничество этих двух стран будет со временем усиливаться», – добавил экономист.
Уточним, что цель США можно описать не иначе как замедление китайской экономики, ведь фактически она сводится к тому, чтобы сократить поставки китайской продукции и ограничить возможности для технологического развития КНР.
Хотя в самом Китае, наоборот, указывают на внутриэкономические успехи. Как сообщает китайские издание «Жэньминь жибао» со ссылкой на Минкоммерции КНР, в 2018 году общий оборот розничной торговли социальными товарами широкого потребления в Китае увеличился на 9% и достиг 38,1 трлн юаней. «Потребление пять лет подряд становится самой мощной движущей силой в темпах роста экономики Китая. Коэффициент вклада потребления в экономический рост КНР составил 76,2% и вырос на 18,6% по сравнению с 2017-м», – отмечает издание.
Но темпы роста китайской экономики последовательно снижаются. Если ориентироваться на данные Международного валютного фонда, то рост ВВП КНР замедлился с 10,6%, которые были в 2010 году, до примерно 6,6% в 2018-м.
«Возвращение к прежним темпам роста едва ли возможно. Во-первых, пропал эффект низкой базы. Во-вторых, исчерпала себя модель роста, основанная на чистом экспорте и дешевой рабочей силе. Все большее значение имеет внутренний спрос, а его рост ограничен рисками перегрева экономики», – пояснил «НГ» старший аналитик центра «Альпари» Вадим Иосуб.
Иного мнения придерживается первый вице-президент Российского клуба финансовых директоров Тамара Касьянова. По словам эксперта, в случае избрания в 2020 году другого американского президента подход США к Китаю может измениться,
есть шанс возвращения торгового сотрудничества этих стран на прежний уровень, и тогда уже в 2021 году рост китайского ВВП может разогнаться даже до 9%.
Опрошенные «НГ» эксперты по-разному оценивают последствия замедления Китая для экономики РФ. «Если речь идет не о «жесткой посадке», а о плавном замедлении с ориентиром 6% в течение нескольких лет, тогда значимых рисков для российской экономики это не несет», – полагает Вадим Иосуб.
В свою очередь, Тамара Касьянова считает, что в 2019–2020 годах «некоторое негативное влияние на рост российской экономики, безусловно, будет», но в диапазоне 0,1–0,3 процентного пункта. То есть если учесть, что Минэкономразвития ждет от России по итогам 2019 года экономического роста на 1,3%, тогда получается, что в случае дальнейшей просадки китайской экономики этот рост может составить 1–1,2%.
«Учитывая общую ситуацию в мире, российская экономика в последующие несколько лет не сможет показать какого-либо значительного роста, если в стране не изменятся подходы к управлению экономикой, – предупреждает доцент Российского экономического университета Екатерина Новикова. – Без каких-либо значительных изменений российская экономика в лучшем случае будет расти на 1–1,5% в год».
* * *
Анастасия Башкатова
- заместитель заведующего отделом экономики «Независимой газеты»
«Независимая газета»