Борьба за водные ресурсы в мире обостряется
Несмотря на стремительное развитие средств вооруженной борьбы, война между странами, не граничащими между собой на суше, – явление крайне редкое (кроме, конечно, случаев, когда одной из воюющих сторон являются США).
Да и непосредственная причина такой войны тоже весьма необычна, хотя для Африки, наверное, естественна – это будет война за воду.
Когда ГЭС становится костью в горле
В контекстеЭфиопия отберет у Египта Нил В момент заключения предыдущих двух соглашений о разделе водных ресурсов Нила Эфиопию просто не принимали в расчет. Сегодня Египет утратил свою прежнюю доминирующую позицию, и Эфиопия может диктовать свои условия.
В пустынной и засушливой северо-восточной Африке практически единственным серьезным источником воды является Нил. Это, по-видимому, самая длинная река в мире, вытекающая из озера Виктория и впадающая в Средиземное море.
От этой реки практически полностью зависит жизнь Южного Судана, Судана и Египта.
Крупнейшим притоком Нила является Голубой Нил, берущий свое начало в Эфиопии (в озере Тана), для которой эта река имеет ненамного меньшее значение.
По поводу регулирования стока Нила с 1929 по 2011 год было подписано несколько различных соглашений между странами бассейна этой реки. И именно в 2011-м Эфиопия приняла решение о постройке на Голубом Ниле гигантской (крупнейшей в Африке) ГЭС под названием «Великое возрождение Эфиопии».
На данный момент реализация проекта близка к завершению, хотя он несколько раз менялся уже в ходе строительства.
ГЭС будет состоять из двух дамб, главная из которых имеет высоту 155 метров и длину 1780 метров. Объем водохранилища должен составить 74 кубических километра. Строительством ГЭС занимается итальянская компания, финансируют строительство правительство Эфиопии и китайские банки, продажу электричества организует израильская компания.
Предполагается, что выработка электроэнергии на строящейся ГЭС выйдет втрое выше, чем сейчас на всех электростанциях Эфиопии, вместе взятых.
Соответственно электричество можно будет экспортировать.
Разумеется, столь грандиозное сооружение очень сильно повлияет на гидрологический режим Нила ниже места впадения в него Голубого Нила. Место это находится рядом со столицей Судана – Хартумом.
Соответственно строительство ГЭС скажется на экономике и социальной сфере Судана и Египта (в частности, на 40% сократится выработка электроэнергии на знаменитой Асуанской ГЭС).
Притом что Египет уже сейчас без всякой эфиопской ГЭС испытывает дефицит воды и электроэнергии, а после ее ввода в строй страну может ожидать настоящая экономическая и социальная катастрофа. Поэтому как только Эфиопия начала строительство ГЭС, тогдашний президент Египта исламист Мурси принялся прямо угрожать Аддис-Абебе военным ударом.
Летом 2013 года Мурси был свергнут в результате военного переворота. Новый президент Египта ас-Сиси не делает столь радикальных заявлений, но возможность военного решения вопроса явно сохраняется.
Между представителями (в том числе президентами) Египта, Судана и Эфиопии регулярно проходят встречи по данному вопросу (скажем, в июне 2020 года), подписываются различные документы, но принципиально проблема не решается, а ГЭС успешно строится.
ВС Египта по своему потенциалу являются одними из сильнейших в мире\https://vpk-news.ru/articles/39293.
ВС Эфиопии – одни из сильнейших в тропической Африке, но с египетскими ни в какое сравнение не идут.
Если бы страны граничили, Аддис-Абеба наверняка не решилась бы на такой проект. Но общей границы нет, Египет и Эфиопию разделяет Судан – очень большой по размерам даже после потери Южного Судана.
Эфиопия в свою очередь в начале 90-х потеряла Эритрею, из-за чего лишилась выхода к морю. Хорошего для страны в этом, разумеется, ничего нет, но применительно к конфликту с Египтом это дает Эфиопии своеобразную защиту – достаточно мощные ВМС Египта оказываются бесполезными.
По-видимому, бесполезны и гигантские сухопутные войска Египта, поскольку Судан не собирается предоставлять им свою территорию для марша на Эфиопию.
В последние годы страны северо-восточной Африки оказались втянуты в геополитические игры и соответственно в различные конфликты стран Юго-Западной Азии (аравийских монархий, Ирана, Турции).
В результате Египет оказался в одном лагере, Судан и Эфиопия – в другом.
Вряд ли Судан будет прямо воевать на стороне Эфиопии, но он совершенно точно не собирается ничем помогать Каиру.
GКак не обломать о плотину зубы
Также по теме«Эксперт Online» Египет боится остаться без Нила «Travel Ask» Плотина великого возрождения Эфиопии: почему ее с ужасом ждут Египет и Судан «RG.Ru» Спор Египта и Эфиопии за воду Нила угрожает всей Европе
Теоретически у египтян остается возможность авиационного удара по ГЭС, именно о таком варианте говорил еще Мурси.
Правда, в этом случае египетским самолетам также надо будет пересекать воздушное пространство Судана, совершенно не факт, что Хартум его предоставит, а прорыв с боем – это почти стопроцентная гарантия срыва решения основной задачи.
Другим вариантом является полет над Красным морем, а затем над Эритреей.
Та вряд ли будет мешать египтянам, но в этом случае и без того далекий маршрут удлиняется еще больше.
В ВВС Египта имеется не менее 200 боевых самолетов, теоретически способных принять участие в рейде против ГЭС, при этом, однако, нет ни одного заправщика.
То есть самолеты должны увешаться ПТБ, которые частично займут место боевой нагрузки.
ПВО Эфиопии не слишком велика, но даже ЗРК С-75, С-125, китайские HQ-64, несколько недавно купленных в России ЗРПК «Панцирь-С1» да и ПЗРК «Стрела-2» и «Игла» вполне способны «выпилить с неба» некоторое количество египетских самолетов.
Более того, весной 2020 года рядом с ГЭС появилась неизвестно где купленная ЗРС С-300П, а это уже совсем другой уровень развития эфиопской ПВО и совершенно другая степень угрозы для египтян.
Соответственно им надо вешать под самолеты еще и контейнеры РЭБ и противорадиолокационные ракеты для подавления эфиопских РЛС, они тоже частично займут место бомб и ракет.
ВВС Эфиопии имеют около двух десятков Су-27. Это, конечно, немного, но в своем небе они также могут весьма существенно «проредить» египетскую авиационную группировку. Тем более что им как раз ПТБ брать не нужно, они могут «под завязку» увешаться ракетами «воздух-воздух» (по 10–12 на каждом самолете).
Для борьбы с Су-27 египтянам тоже нужно иметь ракеты «воздух-воздух», что еще более уменьшает полезную боевую нагрузку. Соответственно кажущееся подавляющее численное превосходство египтян в реальности оказывается уже отнюдь не таким подавляющим.
Кроме того, надо иметь в виду, что плотина ГЭС – сооружение чрезвычайно мощное, его очень трудно разрушить. В этом еще во время Второй мировой убедились англичане, стремившиеся уничтожить немецкие дамбы.
Поэтому отдельные попадания обычных авиабомб и ракет лишь нанесут плотине определенные повреждения, которые вполне можно будет устранить.
Все египетские самолеты являются тактическими истребителями, нести сверхтяжелые авиабомбы, предназначенные для разрушения мощных бетонных сооружений, они просто неспособны. А сумма обычных бомб не даст эффекта даже одной сверхтяжелой, тем более что они будут попадать в разные места плотины.
Или вообще не смогут попадать из-за противодействия ПВО. К тому же количество бомб и ракет «воздух-поверхность» на египетских самолетах окажется весьма ограниченным: их места займут ПТБ, контейнеры РЭБ, противорадиолокационные ракеты и ракеты «воздух-воздух».
Есть, правда, у Египта северокорейские ОТР и БРСД. Ими можно стрелять по ГЭС без угрозы потери летчиков и ни о чем не спрашивая Судан.
Но точность этих ракет невысока да и мощности их БЧ тоже может не хватить для гарантированного разрушения плотины.
К тому же если у Эфиопии появилась «трехсотка», она сможет успешно сбивать БР.
Таким образом, Египет в данном случае имеет все те же проблемы, по которым чрезвычайно мощные ВВС Израиля до сих пор не нанесли удара по Ирану, хотя ВВС и ПВО Ирана формально гораздо слабее израильских.
При этом наносить удар по ГЭС можно лишь на этапе ее строительства. Чем дальше продвигается строительство, тем сложнее разрушить плотину.
Но главное не это, а то, что когда ГЭС будет достроена и начнется заполнение водохранилища (а это произойдет в самое ближайшее время), Египет не только не сможет по ней ударить, но наоборот – должен будет ее беречь как зеницу ока.
Потому что в случае разрушения плотины уже работающей ГЭС огромный вал воды из водохранилища пойдет вниз по Голубому Нилу, а затем по самому Нилу.
Он сначала снесет крупнейшие города Судана – Хартум и Омдурман, а затем разрушит плотину Асуанской ГЭС на юге Египта. После чего почти утроенный по мощи вал воды (объем созданного этой ГЭС озера Насер – еще 132 куб. км) уничтожит Египет как страну.
Потому что более 90 процентов населения, промышленности и сельского хозяйства Египта находятся в дельте Нила, а почти все остальное – в долине Нила.
После прохождения водяного вала от страны останется только безжизненная Сахара, а количество жертв будет больше, чем во Второй мировой (до ста миллионов трупов будет вынесено в Средиземное море).
Интересно, что Эфиопия при этом не потеряет ничего, кроме вырабатываемого ГЭС электричества (так его и сегодня у нее нет).
По всем этим причинам Каиру нужно либо срочно восстанавливать союз с Хартумом, либо провоцировать внутренние восстания в Эфиопии, либо смириться с потерей воды, которой уже сейчас мало. Но это смирение может в какой-то момент привести к серьезнейшим социально-экономическим проблемам.
Только бомбить ГЭС к тому времени уже будет нельзя.
* * *
Александр Храмчихин
- заместитель директора Института политического и военного анализа
«Военно-промышленный курьер»