У Кремля нет жесткой необходимости отвечать на британские претензии, если он и вправду выбрал сценарий «Россия — осажденная крепость»
Британский премьер Тереза Мэй поставила России ультиматум. До конца вторника Москва должна объясниться насчет отравления экс-разведчика Сергея Скрипаля. Иначе обещаны «ответные меры».
Британцы уверены, что именно Россия является страной происхождения яда, от которого предположительно пострадали десятки британских подданных и которым был отравлен бывший полковник ГРУ Сергей Скрипаль. Об этом Тереза Мэй официально заявила накануне на заседании парламента Великобритании.
Что касается отравителей, то премьером озвучены всего две версии.
В соответствии с первой, Россия утратила контроль над отравляющими веществами, которые попали в третьи руки.
Вторая проще — за отравлением стоит непосредственно российское государство.
Москве дан срок объясниться — до конца вторника, 13 марта. Если ответа не будет или он не удовлетворит британскую сторону, то она перейдет к ответным мерам, поскольку рассматривает случившееся как нападение на своих подданных на своей же территории.
Призывы лидера оппозиционной Лейбористской партии Джереми Корбина, известного своими левыми взглядами и старыми симпатиями к России, не торопиться ухудшать и без того непростые отношения и разобраться глубже, восприняты не были.
Точнее его услышали и сразу обвинили в ведении пророссийской политики, а
отдельные комментаторы в британской прессе даже заговорили о том, что Корбин позорит парламент и ему там не место.
Какими же могут быть английские санкции? Что Великобритания может сделать сама и о чем попросить своих союзников по НАТО и по Евросоюзу (из которого она еще окончательно не вышла)?
Приблизительный список уже известен, его публикуют британские СМИ, в частности, The Guardian.
Самая «несерьезная» из возможных мер воздействия — отказ футбольных функционеров или английской сборной приезжать на Чемпионат мира в Россию. С учетом того, что Великобритания была главным конкурентом в борьбе за проведение футбольного первенства и потом постоянно требовала отобрать у россиян это право, такая угроза звучит как обещание самих себя высечь.
Даже если британцы попросят о том же и другие страны ЕС или мира, потому что вряд ли многие на это согласятся.
Впрочем, есть у Терезы Мэй и более серьезные инструменты. Самый очевидный — это высылка российских дипломатов, являющихся, по мнению британцев, сотрудниками спецслужб. Можно выслать и обычных кадровых сотрудников посольства, а то и самого российского посла. Правда, как отмечает The Guardian, это, скорее всего, приведет к ответной высылке британского посла из Москвы и фактическому замораживанию двусторонних отношений.
Второй инструмент — лишение российских СМИ, в первую очередь телеканала Russia Today и информагентства Sputnik возможность вещать и работать на британской территории. Это предлагалось и ранее отдельными депутатами британского парламента и общественными деятелями и теперь, что бы ни ответил Кремль на ультиматум Терезы Мэй, реализуется практически наверняка.
В числе мер возможного экономического воздействия — ускорить принятие британского аналога так называемого «акта Магнитского» и разрешить конфискацию имущества у тех россиян, которые, по мнению властей Великобритании, грубо нарушают права человека.
Можно также (британское законодательство с 2018 года это позволяет) заморозить активы всех российских олигархов на британской территории,
которые не смогут доказать легальность происхождения своих капиталов. Правда, как отмечает The Guardian, эта мера ударит как по сторонникам, так и по противникам режима Владимира Путина.
Еще одна экономическая мера давления — фактическое присоединение к американским, а не европейским санкциям в отношении России, поскольку первые сейчас заметно мягче вторых.
Также можно организовать публикацию (возможно, в виде «утечки информации») данных о счетах, собственности и сомнительных сделках ближайшего окружения Владимира Путина, его родных и близких.
Наконец, есть вариант предложить (и настоять) на отключении России от системы международных банковских переводов SWIFT,
что серьезно затруднит любые внешние финансовые операции РФ и, вероятно, поставит многие российские банки на грань закрытия.
В качестве «силовой» меры рассматривается вариант официального объявления России государством — спонсором терроризма, как это было сделано, например, в отношении ливийского режима Муаммара Каддафи.
Ну и, наконец, можно усилить давление со стороны НАТО и перебросить к российским границам дополнительные военные подразделения Альянса, который и так после 2014 года наращивал свой потенциал, направленный на сдерживание РФ.
Большинство этих мер, надо заметить, не новы. Иначе говоря, сегодня арсенал мер давления на Россию у Великобритании не так уж велик и шансов сделать действительно резкий и неожиданный ход совсем немного.
А это значит, что у Кремля нет жесткой необходимости отвечать в приемлемой форме на ультиматум Терезы Мэй, при условии, конечно, что российские власти согласны на дальнейшее охлаждение отношений с Западом или даже рады тому, что страна не на словах, а на деле будет и дальше превращаться в «осажденную крепость».
Похоже, что в России выбрали именно такой вариант.
Днем во вторник глава МИД РФ Сергей Лавров заявил, что Россия не будет выполнять ультиматум Великобритании, «пока не получит доступ к материалам дела об отравлении Скрипаля».
* * *
Иван Преображенский
- политолог, обозреватель
ИА «Росбалт»