Страшный и позорный провал армии 7 октября никого не должен удивлять
«Герои» Второй Ливанской войны: Перец, Ольмерт, Халуц. (Фото: «Nautilus»)
Когда в 1917-18 годах В.И. Ленин готовил Россию к позорному миру с Германией, он предложил формулу «ни войны ни мира, а армию распустить».
Именно эта формула стала ведущей в Израиле, начиная с процесса Осло, запущенного Шимоном Пересом за спиной законно избранного правительства Ицхака Шамира.
В контекстеВзорвалось... Проблема в том, что никто из них ни понес и не понесет никакой ответственности за последствия своей деятельности. Остается суд истории, но для истории они просто бактерии…
Процесс отступления по всем фронтам, ублажения террористов, предоставления им международной легитимации, оружия, денег и территорий, освобожденных в 1967 году, требовал не только новой формации политиков и военных, которые поставили новую идеологию «мира» выше присяги, выше долга, выше народа, который они обязались защищать.
Сложилось новое поколение политиканов, генералов-политиканов и бизнесменов, делающих бизнес на крови, рвущихся в политику любой ценой, заискиващих перед своими иностранными покровителями и спонсорами.
Все начальники генштаба, от Эхуда Барака, Шауля Мофаза, Буги Яалона, Дана Халуца, Бени Ганца до Гади Айзенкота перепрыгивали из кресла начгенштаба в кресло народного избранника с претензией на кресло премьер-министра.
Все они, за исключением Шауля Мофаза, возглавляли протесты на Каплан, протесты против законно избранного правительства, против волеизъявления народа под предлогом неприятия судебной реформы.
Было бы неверным сказать, что политизация армии началась с процессом Осло, армия была политизирована со времен Бен-Гуриона.
Армия молодого еврейского государства была армией Хаганы, армией киббуцников из партии Мапай, куда дорога для бойцов ЭЦЕЛ и ЛЕХИ была заказана. Но эти первые генералы были идеалистами, идеалистами создания еврейского государства.
Идеалисты Осло и «мирного процесса» одержимы идей разрушения государства и личного обогащения по дороге.
Иначе никак нельзя объяснить заявления генералов, что «нет военного решения террора». Если у генерала нет военного решения, то он не военный, он не профессионал, и должен уйти не только в отставку, но и уйти из общественной жизни.
Но все эти генералы, все эти «братья по оружию», «прерывающие молчание» «по образу и подобию», выступали и подписывали письма, объясняющие, как нам будет хорошо жить рядом с Арафатом или какую пользу нам принесет зачистка сектора Газы от евреев. Любые возражения отметались как трусость и отсутствие перспективного видения.
Правда же заключалась в том, что, как сказал Яир Лапид, правящему классу нужно было сломить дух поселенцев и не только. Мы все помним, как Мартин Шлафф, австрийский бизнесмен и большой друг всех начальников канцелярий премьер-министров (за исключением Нетаниягу), предприимчивые сыновья Арика Шарона, Омри и Гилад, мечтали устроить из сектора Газы Макао и Монте Карло с газовым месторождением, подаренным Ясиру Арафату Эхудом Бараком.
Естественно, органические перцы, помидоры и сельдерей поселенцев им только мешали.
В контекстеРепетиция подлинного размежевания? Совершенно невозможно договориться о мире, тишине и спокойствии с теми, для кого залогом “мира, тишины и спокойствия” может быть только уничтожение Израиля. Точно так же, как барашек никогда не сможет договориться с волком “о своей безопасности” в обмен на хорошее, толерантное по отношению к волкам поведение.
Противники размежевания, и автор этих строк в том числе, предупреждали, что «размежевание» взорвется у нас под ногами, что, собственно, и произошло.
Сейчас военные в отставке на различных каналах ведут спор о том, как разгромить ХАМАС, входить или не входить в Газу. И вот выясняется, что войти в Газу вовсе не так просто, учитывая тот факт, что БАГАЦ приказывает армии воевать в белых перчатках в то время, когда в Газе заминирован почти каждый дом, улица, подвал, под всем сектором прорыты тоннели.
Потери будут огромные, но что будет потом, если Израиль не вернет полный контроль над сектором Газы, не вернет туда еврейские поселения, ради чего будут гибнуть солдаты?
Мы это уже видели во время Второй ливанской войны в 2006 году, когда днем солдаты зачищали деревню от «Хизбаллы», а потом уходили отттуда, потому что «мы не оккупанты». Мы ведь ушли из Южного Ливана в 2000 году под водительством генерал-лейтенанта, премьер-министра Эхуда Барака и начальника генштаба Шауля Мофаза. Того самого Мофаза, который станет министром обороны размежевания в правительстве Шарона.
Размежевание, затеянное Ариэлем Шароном при полной поддержке его ближайшего окружения – министров Эхуда Ольмерта и Ципи Ливни, министра обороны Шауля Мофаза, директора Моссада Меира Дагана и всех генералов – нанесло самый тяжелый удар по морали ЦАХАЛа.
Начальник генштаба Моше (Буги) Яалон понимал, что размежевание проводить нельзя, но он готовил армию к изгнанию евреев из их домов, к этнической чистке Газы от евреев.
Год или полтора армия занималась исключительно психологической подготовкой солдат, из них готовили юденрат, а вот воевать не готовили, и результаты мы уже увидели во время Второй ливанской войны, которой руководили премьер-министр Эхуд Ольмерт и начальник генштата Дани Халуц.
Халуца Шарон назначил начальником генштаба вместо Яалона, которому не доверял, и напрасно. Когда Буги Яалон стал министром обороны в правительстве Нетаниягу, он стал самым старательным проводником политики БАГАЦа в армии. Солдат Эльор Азрая пошел в тюрьму за то, что добил террориста. Всевозможные провокаторы – арабы, израильские и международные леваки – получили полное право оскорблять и провоцировать наших солдат, а они не имели права отвечать.
Солдаты боялись защищать себя, чтобы не попасть в тюрьму. Их главными врагами был объявлены поселенцы, молодежь холмов, так называемые правые экстремисты. В результате армия утратила моральный компас, понимание своей миссии, а вместе с тем и боевой дух.
Поэтому страшный и позорный провал армии 7 октября никого не должен удивлять.
Генералы были заняты политикой, устраивали демонстрации, угрожали отказом от службы, писали Нетаниягу, что если он не отменит судебную реформу, то у него не будет армии.
В контекстеПравому национальному лагерю нужна ревизия Выходящие в Тель-Авиве на Каплан демонстранты ненавидят правых, но уже слабо знают за что – а правые, выходя на Каплан уже в Иерусалиме, не понимают, что идет война на уничтожение сионизма, и что им нужно делать в ответ…
Эхуд Барак рассуждал, что ради отстранения от власти Нетаниягу и всего правого лагеря можно и кровь пролить, чтобы «трупы поплыли по Яркону».
Бывший директор Моссада Тамир Прадо раздавал направо и налево всем, кто готов был его слушать и печатать, что Израиль – государство апартеида.
Организаторы протестов на Каплан угрожали гражданской войной. По признанию пленного террориста ХАМАСа, девять месяцев антиправительственных демонстраций очень помогли им. Они готовились в течение года, и никто им не мешал.
Напротив, им еще и деньги из Катара переводили, выдавали по 10 тысяч разрешений на работу, а военная разведка смотрела в сторону.
Генералы, как мы уже говорили, были заняты совсем другим, они боролись за демократию, против законно избранного правительства.
Даже террористы не ожидали, что их никто не встретит у пограничного забора, что в течение пяти часов они смогут безнаказанно убивать солдат и мирных жителей, похищать их и гнать в плен в сектор Газы.
Они не ожидали, что солдат отправят домой на праздник, оголив весь фронт, что часовых не будет, что девочки-наблюдательницы будут не в бункере, что танкисты будут спать крепким сном в танке, как это было с Гиладом Шалитом. Возникает еще один вопрос:
ладно, «правых экстремистов» с холмов Иудеи организаторам борьбы за демократию не жалко, но подставили на убой своих юношей и девушек из Израиля и со всего мира.
Это я про концерт и праздник мира и дружбы на 3000 человек в лесу Реим на границе с Газой. Ребята были без оружия и без охраны. Мы знаем, что первое правило гражданской обороны – не устраивать больших и шумных сборищ в опасном месте, потому что люди могут стать легкой добычей врага, что, собственно, и произошло.
Террористы расстреливали и отлавливали их, как уток в тире. Страшное зрелище. О судьбе похищенных девушек страшно подумать.
Этих юношей и девушек можно назвать «жертвами Каплан». Концерт был в пятницу вечером, когда религиозные евреи встречали субботу и праздник Шмени Ацерет, завершение Суккота. Эти светские евреи, которые считали себя выше религиозных предрассудков.
Им внушали, что нужно быть открытыми миру и дружбе, доказать арабам, что они друзья, а не угнетатели, не оккупанты, не религиозные фанатики, и арабы их поймут и полюбят. Реальность оказалась гораздо страшнее.
И тут жуткая параллель – пока борцы за мир и всё хорошее готовили грандиозный концерт, эдакий «Вудсток мира», террористы готовились их убивать.
В контекстеДемократия по-генеральски Столкновение бывших начальников штабов с гражданскими людьми удивляет их, и воспринимается, как «раскол в народе». Они привыкли, что их приказам подчиняются, и удивляются, когда люди голосуют на выборах «не так».
Надо понимать, что в мусульманском мире нет большего позора для мужчин клана, деревни, страны, если их женщин захватили в плен, обесчестили, а они не смогли отомстить, не смогли смыть позор кровью, не вырезали деревню или клан похитителей.
И вот теперь весь Ближний Восток смотрит, как евреи, как Израиль отреагирует на такое оскорбление. От этого ответа зависит выживание Израиля на Ближнем Востоке.
Террористы ХАМАСа уже заявили: «Те страны на Ближнем Востоке, которые надеются на защиту Израиля, посмотрите, они не могут защитить сами себя».
Разумеется, ХАМАС готовился к нападению не из-за молодежного концерта. На кону был мирный договор между Израилем и Саудовской Аравией. Менее всего террористы ИГИЛ (частью которого является ХАМАС), Иран и Россия хотели подписания этого договора.
То есть Америка, Израиль и Саудовская Аравия вели переговоры, а ХАМАС вел военную подготовку на самом высоком уровне.
Соответственно, и реакция администрации Байдена была быстрой и однозначной. Ведь эта самая администрация самым активным образом помогала заговорщикам с Каплан свергать правительство Нетаниягу.
Оказалось, что сидеть на двух стульях невозможно. Невозможно сознательно работать на разрушение экономики и армии, осквернять самый святой для евреев день в году и не заплатить за это самую высокую цену.
Израиль вступает сейчас в войну за выживание. Сектор Газы превратился в укрепленный террористический район, Южный Ливан стал укрепленной базой «Хизбаллы» с иранскими ракетами, нацеленными на Израиль.
Вопрос дней, если не часов, когда «Хизбалла» получит из Тегерана приказ о наступлении. Затем может начаться восстание (интифада) израильских арабов и арабов из Иудеи и Самарии.
Это страшный, но вполне вероятный сценарий. Счастье, что ни Ицхаку Рабину, ни Эхуду Бараку не удалось сдать Сирии Голанские высоты, но они были на столе переговоров, как и Иорданская долина.
В контекстеНовая звезда Не подал Кохави в отставку – зачем генералу ссориться с большими людьми, от которых зависит несопоставимо больше, чем от рядовых… граждан. Как и не промолчал он сейчас, хотя совсем не его генеральское дело заниматься подобными умозаключениями.
Когда возникла угроза существованию Израиля, народ объединился, отказников в такой обстановке не было, призыв выпонен на 150%. Люди готовы жертвовать продукты, деньги, предлагают бесплатную подвозку, готовы принять людей, чьи дома были разрушены.
Народ ждет создания правительства национального единства, зато главари улицы Каплан торгуются.
Яир Лапид, не получивший даже аттестата зрелости и серьезно считающий, что Дон Кихот ездил на Дульсинее, требует уволить из правительства Итамара Бен-Гвира и Бецалеля Смотрича и создать «маленькое, но профессиональное правительство» с его участием.
Бени Ганц, вроде, не просит ничего, кроме дополнительных полномочий, права вето и права армии диктовать условия правительству. Война высвечивает всё и показывает истинное лицо каждого.
Война также высветила еще одну проблему: армия вкладывала огромные деньги в ВВС за счет обеспечения пехоты. Резервисты просят пожертвовать им керамические бронежилеты и другое оборудование, и уже начали раздаваться голоса, что пора вкладывать в пехоту и артиллерию, потому что, как показала война в Украине, исход боя решают, в конечном итоге, штурмовая пехота и артиллерия.
Мы еще посмотрим, как будет воевать ЦАХАЛ сейчас. После 1973 года ЦАХАЛ воевал со связанными руками.
БАГАЦ определял, что можно делать, что нельзя, и сами солдаты, и наши враги привыкли, что ЦАХАЛ – вовсе не страшная армия, что она никогда не воюет в полную силу.
Дело доходит до того, что генералы боятся выполнять приказ премьер-министра, зная, что потом они могут пойти под суд.
Призывы, «дайте ЦАХАЛу победить», я слышу с 90-х годов. Этот призыв стал актуален сейчас.
Так дайте ЦАХАЛу победить.
* * *
Виктория Вексельман
«Кстати»