«Банда законников» берётся за оружие?
Иерусалим: жаркая пора во время зимних холодов. (Фото: «Nautilus»)
Недавно адвокат Давид Ходак заявил, что готов стрелять, чтобы противодействовать реформам нынешнего правительства.
Полковник запаса Зеэв Раз в свою очередь назвал высказывание Ходака «умеренным» и заявил, что если премьер будет продолжать реформы «то он - смертник. Такая же участь постигнет его министров».
В контекстеКто угрожает израильской демократии? Разумность тех или иных предложений по реформе может обсуждаться, но нельзя считать их «антидемократическими»: следует признать, что Верховный суд Израиля нуждается в демократическом контроле над своей властью.
О чем говорят такие вопиющее заявления адвоката Ходака и полковника Раза?
Что у этих людей общего? Оба, Ходак и Раз, ровесники нашего государства, оба - левые светские ашкеназы, и оба - герои войны, принадлежащие к элите израильского общества, элите, стоящей у власти со дня основания Израиля.
Это люди, отождествляющие себя с государством, управляющие им и рисковавшие своей жизнью ради этого государства.
Когда в 1950-х годах сюда прибыла алия из Северной Африки, то она превратила левую светскую социалистическую ашкеназскую группку в меньшинство.
Но элита не обратила внимание на это. Они были уверены, что если они руководят страной, то у них все под контролем. «Здесь будет «плавильный котел», - думали они, - репатриантам внушат атеистическо-социалистическую идеологию и все наладится».
Действительно, детей новых репатриантов из Африки всеми силами старались оторвать от религии и традиций отцов. А религиозные евреи, часть которых приехала в Эрец Исраэль задолго до этих сионистов-основателей, и сама не претендовала отстранять сионистов-социалистов от власти.
Религиозные евреи добровольно создали себе этакие социальные резервации с очень четкими границами: они занимались религиозными потребностями граждан и внутренними делами своих общин, а все остальное, включая иностранные дела и безопасность государства, находилось вне сферы их компетенции.
В контекстеЭстер Хают и её джихад против израильской демократии Тот факт, что закон был совершенно правомерным, не имел для судей ни малейшего значения. Им было достаточно того, что закон им просто не нравился, поэтому последний законодательный инструмент Израиля, побуждающий нелегальных трудовых мигрантов к отъезду из страны, был ими отменен.
Это неписаное соглашение между элитой и всеми остальными (так называемым «вторым Израилем» религиозными, сефардами, ревизионистами, новыми репатриантами и др.) начало разрушаться, после победы в Шестидневной войне.
Тогда движение религиозных сионистов Гуш-Эмуним начало основывать поселения в Иудее и Самарии.
Внезапно, в порыве веры, религиозные евреи совершили геополитический шаг, который повлиял на идентичность всего израильского общества.
Этот шаг стал важной вехой в нашей национальной истории, и ознаменовался так называемой «евреизацией», то есть всплеском национальных чувств, связанных с национальной историей и традицией «Соглашения Осло», заключенные левым правительством Рабина в 1993 году, были призваны прервать этот процесс и оставить страну в руках светских левых наследников прежних сионистов-социалистов, то есть в руках элиты, к которой принадлежат Ходак и Раз.
Вместе с «соглашениями Осло» в те же самые годы произошел судебный переворот Аарона Барака. Это была постепенная смена режима, в которой власть переходила от избираемого народом Кнессета к неизбираемой народом группке (которую наш бывший президент называл «банда законников»).
Светские сионисты-социалисты сохраняли за собой все эти неизбираемые центры власти и тщательно передавали из поколения в поколение своим наследникам.
Судебная система гарантировала, что власть в стране останется в их руках. Эта власть, по выражению архитектора «Осло» Рона Пундака, занималась «израилизацией страны» и боролась против ее «евреезации». То есть лепила по своему вкусу эдакий «новый израильский народ» вместо вечного еврейского.
В контекстеНе надо рассказывать... Кроме Ривлина, Система ликвидировала еще трех неугодных ей министров – Неэмана, Рамона и Фридмана. И заодно, до кучи, - Гирша на пост генинспектора полиции. Все они неразумно грозились Систему демократизировать, де-политизировать и расследовать ее коррумпированность.
Реформа министра юстиции Ярива Левина призвана восстановить суверенитет народа (то есть демократию). Она выбивает почву из-под ног Ходака и Раза. А такие герои, как они, не могут сидеть в стороне и спокойно наблюдать за тем, как их клика утрачивает свои властные позиции.
И ещё один урок можно извлечь из этой истории. Их поведение показывает, что нет никакой связи между военным героизмом и гражданским героизмом.
Как только Ходака и Раза вызвали на допрос, эти два «героя» превратились в жалких трусов и стали лепетать, что их неправильно поняли.
Они моментально сдались и стали выкручиваться и отрекаться от своих воинственных заявлений.
Я рад, что угроз насилия стало меньше, но в некотором смысле я разочарован. Если бы Ходак и Раз настояли на своем и публично повторили свои слова, то мы получили бы важную платформу для глубокого расследования вопроса, который до сих пор отдвигается в тень.
* * *
Моше Фейглин
– бывший депутат Кнессета от Ликуда, член комиссии по иностранным делaм и обороне.
«Исраэль махар»
Перевод: Ася Энтова
«Хроники Иерусалима»