Левизна родом из школьной столовой
В России в сентябрьские дни горят костры рябин, а в США продолжаются погромы, инициированные движением «Чёрные жизни важны».
Они начались 26 мая после того, как в городе Миннеаполисе при задержании полицейскими погиб чернокожий Джордж Флойд.
В контекстеМиннесота в огне Бурные события, происходящие сейчас в Миннеаполисе, опасны для Вашингтона еще и тем, что они начали распространяться на всю страну. В Калифорнии, к примеру, сотни демонстрантов в знак протеста против убийства Флойда перекрыли шоссе, ведущее в Лос-Анджелес.
При полной поддержке Демократической партии США протестующие громят и жгут целые города. Одним из ключевых лозунгов бунтовщиков стал «Снять с финансирования полицию».
Действительно, в июне городской совет Миннеаполиса проголосовал за упразднение полицейского управления города. И хотя мэр был против, тем самым было обозначено основное направление удара — протрамповские правоохранительные органы.
Президент Трамп требует от властей демократических штатов, таких, как Нью-Йорк, принять силовые меры против манифестантов. Но губернаторы всячески уклоняются. Похоже, они полагают, что боевики им ещё пригодятся.
В ноябре, в случае победы Дональда Трампа на президентских выборах, в США запланирована революция. А хорошая революция требует классной поддержки.
Потому левацкие боевики нужны Демократической партии, чтобы силой привести своего кандидата к власти.
Тестирование боевиков накануне революции — стандартный приём, пока они тренируются, что называется, «на кошках», хотя на самом деле жертвами их тренировок становятся живые люди. Но мы ещё увидим их в деле в ноябре, когда боевиков направят на обеспечение захвата власти.
Раскол проходит по линии полиция-боевики. Например, чикагский Братский орден полиции (выстроенный по масонским схемам полицейский профсоюз) поддержал Дональда Трампа. Как, впрочем, полицейские профсоюзы по всей Америке. Иначе говоря, расстановка сил ясна.
Силовая инфраструктура демократов, опирающаяся на левацких боевиков, будет отстаивать результаты массового вброса бюллетеней в ходе голосования по почте.
Вброс вполне официально обсуждается демократическими СМИ. Дескать, сначала на выборах победит Трамп. Но потом по почте придут миллионы голосов демократов. И победит Байден. Эту победу будут выбивать силой — погромами и поджогами. Трамп противопоставит им полицию.
И мы неожиданно увидим американского президента в роли Александра Лукашенко — пробирающимся в Белый дом под охраной полиции и спецслужб, среди беснующихся толп. Такой сценарий возможен, особенно если победа Трампа будет неубедительной — по голосам выборщиков, но не по голосам избирателей, с небольшим преимуществом в колеблющихся штатах. Однако в чём же причина столь острого кризиса? Почему в богатой Америке столько недовольных?
Основы сегрегации в США
«Холодную гражданскую войну» в США принято считать результатом межрасовых противоречий. Дескать, угнетённая чернокожая община восстала. Однако среди боевиков мы видим немало белых лиц. Американские леваки далеко не всегда чернокожие. Очень часто они — белые, ненавидящие «систему». Возникает вопрос — почему?
И тут мы сталкиваемся с одной из главных тайн Америки. Сегрегация в США носит не столько расовый или классовый характер.
Похоже, в её основе — деление на неудачников и удачников, продиктованное протестантской религией и духом американского промышленного капитализма.
В контекстеФлойд форевер! Значение имеет только одна смерть - дорогого и любимого Флойда Джорджа! Полицейского, якобы виновного в его смерти, ожидает 40 лет тюрьмы - мало, распни его, распни, причем, вместе с Трампом!
Сегрегация начинается со школы, с деления на популярных и непопулярных, на альф и омег. Маргарита Симоньян, учившаяся в США, писала:
Тут надо добавить, что есть такое американская школьная столовая… ты, новенький… ждёшь, позовут ли тебя за «популярный» стол… если туда тебя не позвали, то позовут ли тебя за любой другой столик, позовет ли тебя хоть один человек пообедать с ним рядом… Я быстро бросила взгляд в дальний от окна, тоскливый угол столовой, где сидели за одинокими столиками те, кого никто не позвал обедать… Жалкие, над своей жалкой пиццей, с жалким своим утешением когда-нибудь повторить Колумбину.
Помню, меня шокировали эти «столики для изгоев». Подумал, что имею дело с преувеличением, с мифом об Америке. Потом вспомнил, что в знаменитом мультсериале «Южный парк» эти столики присутствуют тоже. Когда я смотрел его, думал, что речь идёт о традиционном для этого сериала грубом и неполиткорректном юморе. Но нет, оказывается, это вполне обычный быт для США.
Вспомнил другой сериал, «Волчонок», где главный герой, в голос рыдая, напоминает другу о тех страшных временах, когда они оба «не были популярны». Подумаешь, массовая культура, скажете вы. Мало ли какие глупости показывают в телесериалах, скажет просвещённый критик и резонер. «Телик надо меньше смотреть!». Но критика и резонера мы отправим за столик для изгоев, а сами продолжим думать дальше.
Школьные изгои и омеги куда-то деваются, не так ли? Разумеется, в массовой культуре нам будут показывать, как такие люди преодолевают себя и становятся миллиардерами, голливудскими звёздами и просто успешными людьми.
Но — страшная догадка — что, если миллиардерами становятся не все? Что, если отбракованные системой неудачники составляют значимый социальный слой современной Америки?
Тогда мы получим огромный горючий материал, базу для социального протеста, намного превышающую чернокожую общину.
Этим, и только этим можно объяснить широкое распространение в Америке не просто левых, но левацких идей. Современная Демократическая партия США на низовом уровне гораздо более левая, чем её европейские аналоги.
Получается, в основе американских проблем лежит не столько расизм как таковой, сколько крайне развитая система социальной сегрегации.
Веками Америкой правили закрытые клубы, куда не пускали никого, кроме белых мужчин. Успешных белых мужчин.
Сегодня отбракованные и сегрегированные системой социальные неудачники пытаются взять реванш. Этологи (специалисты по стайному поведению животных) говорят, что «омега» (изгой в стае) может быть гораздо более жестокой, чем лидер-альфа. Омеге просто не дают реализовать садистские наклонности.
А если разрешить омеге действовать без особых ограничений? Начнутся погромы, убийства, сожжения заживо и прочий «гуманизм».
В контекстеНа смерть «Оскара» Кинематограф всё более и более превращается в «паровоз для машиниста». Ещё не так давно считалось, что фильмы снимаются для зрителя. Даже элита из элит – Тарковский, Бунюэль, Янчо – могли снимать малопонятное простому зрителю кино; однако, создавая свои фильмы, они к этому самому зрителю обращались.
В попытках справиться с ситуацией американцы плодят и плодят новые виды сегрегации.
Голливуд требует от кандидатов на «Оскар» рассказывать о проблемах меньшинств и нанимать их представителей на работу. Политкорректность требует соблюдения «diversity», разнообразия, уважения к чувствам и правам меньшинств. Вопрос о том, как создать однородное общество, в котором сегрегация будет невозможна в принципе, не ставится.
Истерическая левизна современной Америки вызвана системой социальной сегрегации. Она так «въелась в кожу», что её не замечают.
Это же почти мило — школьные хулиганы, подвешивающие отличников за трусы на флагштоках, столики для изгоев, деление на удачников и неудачников.
Американская культура говорит, что хороший парень из изгоя может выбиться в «виннеры» (победители). Вспомним старый фильм «Назад в будущее».
По итогам приключение главный герой Марти МакФлай побеждает своего противника, школьного хулигана Таннена в прошлом, настоящем и будущем. Но каков результат? А результат таков: не МакФлай становится неудачником — им становится Таннен (из начальника отца МакФлая он превращается в мойщика его машины — классическая работа для американского неудачника).
То есть структура социальной сегрегации никуда не делась, она воспроизвелась, только альфа и омега поменялись местами. Мысль о том, что такая система несправедлива, в голову не приходит. Учат лишь умению занять в ней высокое место.
Проблема лишь в том, что за прошедшие после рейганомики десятилетия в США наплодили слишком много неудачников, они стали громадным социальным слоем, слились с теми меньшинствами, которые находятся внизу социальной пирамиды. И США получили «марксистскую» революцию.
Восстание против Трампа — это ещё и восстание против типичного американского «виннера», победителя с белозубой улыбкой, у которого получается всё и всегда.
Такие виннеры создали Америку. Но сейчас их отброшенные на социальное дно противники хотят взять реванш.
Если США не придумают способ покончить с социальной сегрегацией или смягчить её, назревающая гражданская война может стать фактом. Расовые противоречия тут, как ни странно, ни при чём. Даже если демократы протащат в президенты Байдена, проблема никуда не исчезнет, и США будут по-прежнему стоять на пороге социальной революции, быть может, самой серьёзной за всю их историю.
* * *
Тимофей Тихонов
«Fitzroy»