Почему ХАМАС поддержал турецкую экспансию в Сирии?
Профессор Алан Дершовиц, один из наиболее известных юристов мира, о политическом и правовом кризисе в Израиле: «Выборочное использование правовых норм в отношении Нетаниягу создает исключительно опасный прецедент».
В контекстеВ поисках «идеального преступления» Рьяные искатели этого самого «идеального преступления», что с гарантией обеспечило бы импичмент президенту Трампу, всё больше напоминают мне чрезмерно усердных прокуроров, прежде намечающих себе жертву, а уж затем подыскивающих преступление...
«Решение Верховного суда помешать Нетаниягу формировать правительство стало бы крайне серьезным вмешательством в демократию и радикальным нарушением принципа презумпции невиновности»,
- сообщил профессор Алан Дершовиц, один из самых известных профессоров права США, на конференции, организованной «Израильским форумом по вопросам права и свободы», который состоялся в минувший вторник в Тель-Авивском университете.
Комментируя иск, поданный после выборов в Верховный суд с требованием запретить Нетаниягу формировать правительство в свете выдвинутого против него уголовного обвинения, Дершовиц заметил, что
«само по себе обвинительное заключение играет мало роли, будучи лишь решением о выдвижении обвинений. Это, как если бы я, например, подал бы гражданскую жалобу против кого-либо, и на основании этой жалобы (еще до суда) принималось бы решение, можно ли этому человеку занимать какую-либо должность».
По словам проф. Дершовица, «обвинительное заключение не может рассматриваться как доказательство вины, более того, попытка превратить его в инструмент дисквалификации не только конкретного человека, но, по сути, и самих результатов выборов, на деле является попранием принципа презумпции невиновности».
«Поэтому, - подчеркнул Дершовиц, - я буду категорически против любого решения Верховного суда по недопущению Нетаниягу на пост премьер-министра. Это очень серьезная угроза, способная навредить всем, и я надеюсь, что этого не произойдет. Сегодня это случится с премьер-министром, но завтра на его месте может оказаться любой другой гражданин».
Говоря конкретно об обвинениях по делу Нетаниягу, Дершовиц добавил, что обвинения в «злоупотреблении служебным положением», по его мнению,
и вовсе представляют собой «оскорбление сути демократии». «Никто не может быть привлечен к ответственности за подобные общие и расплывчатые вещи»,
- сказал он, пояснив:
«Если вы намерены подать в суд на кого-то за то, что он взял сигары и шампанское, вы, прежде всего, должны принять ясный и четкий закон на эту тему».
«Нельзя, чтобы юрист или судья на свой собственный вкус определял, где проходит граница дозволенного. Именно такая ситуация и создает прецедент выборочного использования правовых норм против конкретного человека, и именно поэтому я категорически выступаю против дела 1000. Правовая система Израиля крайне несовершенна в вопросах уголовного права, и я считаю, что Кнессет должен отменить статью УК о злоупотреблении служебным положением».
В контекстеТолько не отнимайте у них Нетаниягу Если в нашей политической системе существует партия, опасающаяся не меньше Ликуда, возможности, что БАГАЦ решит, что Нетаниягу не может быть премьер-министром вследствие поданного против него обвинительного заключения, то это именно Кахоль-Лаван.
Что касается дел 2000 и 4000 годов, по мнению Дершовица, Государство Израиля является «единственной демократией в западном мире, определяющей «сочувственное освещение» или попытку избежать негативного освещения как то, что может быть принято и предложено в качестве взятки».
«Если завтра, - пояснил он, - Кнессет решит принять закон, считающий любые попытки получить сочувственное освещение в прессе преступными, за него не проголосует ни один депутат Кнессета, поскольку обвиненными в этом «уголовном преступлении» окажутся все без исключения».
Идея о том, что сочувственное освещение деятельности политика в прессе является преступлением, противоречит основам свободы слова и демократии.
«На мой взгляд, выдвижение против премьер-министра Израиля подобного прецедентного обвинения является грубейшей ошибкой Мандельблита. Подобное решение несет в себе опаснейшие последствия, и потому я выступаю категорически против него».
Профессор Дершовиц, известный своим давним членством в Демократической партии и поддержкой кандидата в президенты Хиллари Клинтон, тем не менее, недавно был членом юридической команды, защищавшей президента Трампа во время суда по импичменту в Сенате, закончившегося оправданием президента.
По словам Дершовица, он находит огромное сходство между обвинениями, выдвинутыми против премьер-министра Нетаниягу, и судебным процессом по делу об импичменте в отношении Трампа.
«Я выступал против Трампа во время выборов, но пришел в Сенат, чтобы защитить конституцию от политизации. Если бы Трампа сместили за те нелепые обвинения, которые были против него выдвинуты, импичмент превратился бы в политическое оружие, угрожающее каждому президенту. В Израиле закон также ясен, и если премьер-министр не нравится Кнессету, тот вправе сместить его демократическим путем. Использование же израильской правовой системой максимального широкой и избирательной трактовки законов для смещения премьер-министра выглядит крайне агрессивно и абсолютно неприемлемо».
Дершовиц поделился личным опытом, приобретенным после решения оказать юридическую помощь президенту Трампу, несмотря на принадлежность к Демократической партии.
«Я был единственным адвокатом, согласившимся сделать это, и стал буквально «прокаженным». Люди перестали приглашать нас на обед, и некоторые из моих родственников перестали разговаривать со мной. Меня угрожали убить. Полтысячи профессоров из разных вузов подписали петицию против меня, заявив, что я ошибаюсь, тем не менее, в итоге все они оказались неправы, а я, наоборот, прав».
Говоря о своей книге, опубликованной около двух лет назад, в которой он оспорил аргументы по поводу импичмента Трампа, Дершовиц заметил, что начиная писать ее, он вообще собирал материал по поводу возможного импичмента президента Хиллари Клинтон.
«Тогда казалось, что Хиллари будет избрана, и некоторые республиканцы уже говорили о намерении свергнуть ее. Разумеется, я выступал против подобного импичмента, основанного исключительно на политической подоплеке, - поясняет он. - В конце концов президентом стал Трамп, поэтому и книга была написана о нем. Если бы я написал то же самое о Клинтон, в Вашингтоне, вероятно, установили бы в мою честь памятник. Однако из-за того, что книга в итоге была о Трампе, все эксперты разом выступили против меня, причем с личными нападками, вообще не принимая во внимание аргументы, которые я представил. Это откровенное лицемерие, но оно придало мне больше силы. К сожалению, в Израиле также многие из тех, кто выступает против Нетаниягу, хотели бы превратить уголовное право в политическое оружие».
В контекстеПочему СМИ продолжают поощрять насилие ХАМАСа? ХАМАС будет продолжать использовать стратегию «мёртвого ребёнка» до тех пор, пока СМИ продолжат сообщать о смертях на границе сектора в том виде, в котором они сообщают об этом в последние недели. Многие в средствах массовой информации причастны к этим смертям...
В течение многих лет профессор Дершовиц был старшим преподавателем в Гарвардском университете и написал множество книг по самым разным темам, начиная от права и заканчивая сионизмом и Ближним Востоком.
Выступая в Тель-Авиве, он подробно проанализировал структуру израильской судебной системы и многочисленные скандалы, происходящие вокруг нее в последние годы.
«Не может быть, - резюмирует он, - чтобы судебные органы играли столь значительную роль в политической жизни, не неся при этом перед гражданами никакой ответственности. Если Верховный суд решил, что он вправе распоряжаться жизнью граждан в Израиле, он должен понимать, что и отношение к нему будет как ко всем другим властям. Суд не выше закона и обязан подчиняться всем демократическим ограничениям, как любой другой институт. Судьи являются людьми и не могут быть выше всякой критики».
Дершовиц упомянул случай, когда Верховный суд США вмешался в процесс определения результатов выборов в 2000 году и назначил пересчет.
«Тогда я резко раскритиковал судей, - сообщил он, объяснив: «Нельзя съесть торт, оставив его при этом целым. Если суд вступает в активную игру на политической арене, он должен быть готов к критике. Если судьи не могут быть подвергнуты критике, они не должны вмешиваться в подобные вопросы и таким образом влиять на жизнь граждан. Я понимаю мотивы Аарона Барака, решившего создать конституционную систему, в которой суд служит балансом для правительства и Кнессета. Было бы просто замечательно, если бы Израиль принял конституцию в 1948 году. Однако в сегодняшнем Израиле, в условиях существующей политической структуры, подходу Барака трудно найти оправдание. На деле он создает лишь еще больше трудностей и проблем».
Продолжающийся кризис
В контекстеКакой БАГАЦ нужен Израилю? Сочетание ощущения всесилия с искаженной интерпретацией Основного закона «Права и свободы человека», отсутствие конституции и Основного закона о законодательстве сформировали Высший суд, который иногда функционирует как «сверхсущность», а не как суд.
Другим выступающим на этом мероприятии стал бывший министр юстиции профессор Даниэль Фридман, рассказавший об отношениях между Кнессетом и правительством. По его словам, в Израиле сложилась уникальная ситуация, при которой
«несмотря на то, что у нас нет конституции, мы находимся в состоянии перманентного конституционного кризиса».
Политический кризис последнего года, по мнению профессора Фридмана, по крайней мере, частично
вызван правовой революцией, инициированной и осуществленной под руководством Аарона Барака,
создавшей ситуацию, в которой «правовые круги оказались глубоко вовлечены в политическую сферу».
По словам профессора Фридмана,
«Верховный суд и генеральный прокурор стали ключевыми игроками на политической арене и в некотором смысле даже вообще контролируют ее. При этом все попытки ограничить правовое вмешательство были устранены и подавлены. Идея о том, что далеко не все должно быть предметом судебного разбирательства попросту исчезла из общественного сознания. Более того кто угодно может обратиться в Верховный суд по любому общественному вопросу, и буквально каждое правительственное назначение открыто для оспаривания в суде. Наконец, идея о том, что мнение юридического советника правительства обязывает правительство – это очень далеко идущее, опасное утверждение».
Фридман также упомянул об еще одном прецеденте в сфере юридического представительства, согласно которому правительство не имеет права быть представленным в суде без разрешения юридического советника правительства. Он назвал это
«законом, не существующим ни в одной стране мира и являющимся вопиющим попранием норм честной правовой процедуры».
По поводу того, что суд может лишить Нетаниягу права формировать правительство вопреки победе, одержанной на выборах, проф. Фридман заметил, что
«хотя закон в этом вопросе предельно ясен, Верховный суд считает, будто бы он вправе толковать и обсуждать эту ситуацию».
Подобное утверждение, по словам Фридмана, фактически означает, что
суд напрочь отменяет принцип презумпции невиновности, а выдвигаемое обвинение (еще до решения суда) объявляет доказательством виновности.
Израильский форум по вопросам права и свободы
Адвокат Джонни Грин, исполнительный директор «Израильского форума по вопросам права и свободы», инициировавший мероприятие, рассказал порталу «Мида» о том, что задачей форума является «продвижение консервативного правового мировоззрения, основанного на принципах судебной сдержанности, индивидуальных свободах, разделении властей и ограничении полномочий государства».
«В рамках этих усилий, - сообщил Грин, - мы проводим углубленные мероприятия, посвященные сложным юридическим вопросам». По его словам,
«мнение профессора Дершовица, которого трудно назвать консерватором или человеком правых взглядов, наглядно демонстрирует, насколько далеко израильская правовая система отошла от базовых и принятых норм в демократическом и свободном мире».
«Мы продолжим вносить вклад в диверсификацию правового дискурса в Израиле, - пообещал Грин, - обеспечивая при этом платформу для аргументов и представлений, которые обычно не слышны в публичной сфере».
* * *
Амир Леви
«Мида»
Перевод: Александр Непомнящий
«9tv»