Пора обновлять арсенал регулирующих органов и многое другое, уверены эксперты «Экономиста».
Cбытия на Уолл-стрит приняли такой неслыханный оборот, что компания «Нетфликс», говорят, даже планирует увековечить их в сериале. Но каким же будет сюжет? Один вариант — это движение против истеблишмента, которое сеет хаос как в финансовом мире, так и в политике. Другой — это что шаткие акции, самодовольные трейдеры и нехватка денежных средств в брокерских фирмах приводят зарвавшийся рынок к краху. Но оба далеки от истинной картины. Современные технологии делают торговлю свободной, перенаправляют информационные потоки и стимулируют новые бизнес-модели, преображая работу рынков. И, несмотря на шумиху последних недель, это сулит крупные долгосрочные выгоды.
Разумеется, не ждите, что сценаристы уделят этому внимание. Их больше волнуют 8 миллионов последователей «Уолл-стрит-Бетс» (WallStreetBets), инвестиционного подфорума на «Реддит» (Reddit), которые изобрели новую финансовую авантюру, назовем ее «роевой торговлей». Сообща в конце января они взвинтили цены на некоторые малоизвестные фирмы. Это повлекло за собой огромные потери хедж-фондов, которые ставили на падение цен. И привело к дефициту денежных средств у онлайн-брокеров, которые в случае роста колебаний обязаны предоставить обеспечение. С 28 января известнейший из них, «Робингуд» (Robinhood), занял 3,4 миллиарда долларов, чтобы удержаться на плаву.
А рой, похоже, полетел дальше. На этой неделе некоторые привилегированные акции упали, а серебро, наоборот, подскочило. Обычные правила игры на многих рынках перестали работать. В прошлом году было зарегистрировано почти 300 «спаков» — cпециализированных компаний по целевым слияниям и поглощениям. Они собрали более 80 миллиардов долларов и дали компаниям возможность провести первичное размещение акций без привычных хлопот. «Тесла» (Tesla) по стоимости вышла на пятое место в Америке. Биткойн перешел из маргиналов в мейнстрим и перевалил за 680 миллиардов долларов. Объемы торгов акциями достигли десятилетнего максимума, если не больше, а торги некоторыми деривативами просто зашкаливают.
Отчасти это связано с тем, что государственная помощь снизила уровень рискованного долга. У банков так много свободных денег, — из-за пандемии ресурсы «Джей Пи Морган чейз» (JPMorgan Chase) выросли на 580 миллиардов долларов, — что они отказывают вкладчикам. Вместо того, чтобы в карантине выучить мандаринский или открыть для себя удивительный мир Толстого, некоторые занялись внутридневными спекуляциями. Хотя душок массового помешательства несколько настораживает, поддерживать сегодняшние цены есть причины. Когда процентные ставки настолько низкие, другие активы кажутся гораздо привлекательнее. По сравнению с реальной доходностью пятилетних казначейских облигаций акции дешевле, чем до краха 2000 года.
Но нынешний ажиотаж отражает и глубинный финансовый сдвиг. В последние десятилетия торговые издержки на акции упали примерно до нуля. Первыми выиграли финансовые фонды и крупные управляющие активами — вроде «БлэкРок» (BlackRock). Теперь настал черед розничных инвесторов: на их долю в январе пришлась четверть всех торгов. Тем временем информационные потоки, откуда рынки черпают жизненную силу, разукрупняются. Новости о компаниях и экономике раньше поступали из отчетов и докладов — под строгим надзором законов об инсайдерской торговле и рыночных манипуляциях. Теперь же обширный поток мгновенных данных хлынул c тематических сайтов, промышленных обзоров и из болтовни в социальных сетях — и доступен всякому, у кого есть экран и свободное время. Наконец, мимо Уолл-стрит проходят новые бизнес-модели. «Спаки» — это бунт Кремниевой долины против стоимости и жесткости первоначального размещения акций. «Робингуд», техническая платформа из Калифорнии, заключает сделки через «Цитадель» (Citadel), брокера в Чикаго. В обмен на бесплатную торговлю пользовательские сделки направляются брокерам, которые, как и в «Фейсбуке», платят за сбор данных.
Развал рынков — это не временная причуда. В будущем этот процесс лишь усилится. Компьютеры уже умеют группировать корзины неликвидных активов и применять алгоритмы для определения цены на похожие, но не идентичные активы, еще больше облегчая торговлю. Резко растет доля облигаций, которые торгуются через ликвидные биржевые фонды при посредничестве нового поколения маркетмейкеров вроде компании «Джейн-стрит» (Jane Street). Новые конкуренты вроде «Зиллоу» (Zillow) пытаются сделать продажу жилья делом быстрым и дешевым, и со временем грядут доли в коммерческой недвижимости и частном капитале.
На бумаге эта цифровизация сулит огромные перспективы. Больше людей получат дешевый доступ к рынкам, смогут напрямую владеть широким спектром активов и сами голосовать за то, как ими управлять. Стоимость капитала для сегодняшних неликвидов упадет. Будет легче подыскать риски сообразно своему аппетиту.
Но финансовый прогресс нередко сумбурен. Новшества могут повлечь за собой кризисы, как это было с бумом структурированного кредитования в 2007-09 годах. То, как быстро в соцсетях распространяется дезинформация и всякая зараза, настораживает. Трудно понять, как базовые активы оправдывают рост цен за последние несколько недель. Некоторые опасаются, что влиятельные фирмы, которые хранят данные инвесторов, могут сами ими воспользоваться. После авантюры с фирмой «Робингуд» политики как справа, так и слева уже забеспокоились насчет убытков розничных инвесторов, неверно оцененных активов и риска финансовой нестабильности, если рыночная инфраструктура не справится, когда инвесторы повалят из одного актива в другой. Что характерно, единственный крупный фондовый рынок, где господствуют технически продвинутые розничные инвесторы — это Китай. Правительство его сдерживает благодаря цензуре и целому ряду механизмов контроля за ценами и поведением инвесторов.
Хотя в Америке такой вариант, к счастью, невозможен, арсенал регулирующих органов все же пора обновить. Надо дать понять, что спекулянты — как дилетанты, так и профи — все равно понесут убытки, вопреки симпатиям политиков. В сетевой политике царит сумасбродство, потому что она не требует прямых затрат. На рынках же, напротив того, убытки действуют как дисциплинирующая сила. Если самые пустые из сегодняшних активов рухнут, счет может потянуть на 2 триллиона долларов. Для фондовой биржи стоимостью 44 триллиона это болезненно, но не катастрофично.
Ждите второй сезон
Правила насчет инсайдерской торговли и манипуляций тоже пора обновить, чтобы обуздать новые потоки информации. Глупость, жадность и инстинкт убийцы — это еще куда ни шло. Обман, включая дезинформацию, — нет. Данные, которые могут повлиять на цены, должны быть широко доступны. И «сантехнику» тоже пора подлатать. Американская система торговых расчетов работает с двухдневной задержкой, — это порождает несоответствие во времени, которое чревато нехваткой денежных средств. Чтобы выдержать сбой, система должна справляться и с более оперативной торговлей, и со стремительно расширяющимся диапазоном активов. В драме «Нетфликс» герои внутридневной торговли вроде пользователя «Реддит» Roaring Kitty («Ревущая киска») столкнутся со злыми профессионалами с Уолл-стрита. За кадром же, в настоящей финансовой революции, может выиграть гораздо больше народа.
* * *
Редакционная статья
«ИноСМИ»
«The Economist»