Израильские выборы - взгляд слева.
Предвыборные плакаты в Тель-Авиве. (Фото: «Nautilus»)
Эта статья была опубликована за день до выборов, 08.04.2019.
В середине ноября 2018 года, после того как из Газы по израильской территории было выпущено около пятисот ракет, министр обороны Израиля Авигдор Либерман подал в отставку, раскритиковав премьера Нетаньяху за слишком сдержанную реакцию. В воздухе запахло выборами.
18 ноября глава правительства Биньямин Нетаньяху выступил по телевидению и напрямую обратился к своим партнерам по правящей коалиции – останьтесь в правительстве, Израиль вскоре столкнется с непредвиденной ситуацией в сфере безопасности. На тот момент правительство выстояло, а вскоре стало известно, что ЦАХАЛ обнаружил и ведет операцию по уничтожению боевых туннелей ливанской «Хезболлы».
Однако всего через пять недель, 24 декабря, Нетаньяху заявил, что «правительство более не может эффективно работать», и назначил досрочные выборы. Заявление прозвучало незадолго до того, как юридический советник Авихай Мандельблит решил вызвать премьера на слушание перед тем, как предъявить ему обвинения по коррупционным делам 1000, 2000 и 4000.
За прошедшие месяцы из Газы были выпущены ракеты по Тель-Авиву, Иран взломал телефон главного соперника Нетаньяху, выяснились подробности таинственного решения премьера согласиться на модернизацию египетских подлодок в обход министра обороны и главы Генштаба, президент США признал суверенитет Израиля на Голанских высотах, а Россия помогла вернуть останки израильского солдата Захарьи Баумеля, погибшего в битве при Султан-Яакубе в Ливане в 1982 году.
Со стороны может показаться, что последние четыре месяца в Израиле вместили в себя больше событий, чем последние четыре года.
Но главное из них еще впереди – завтра израильтяне должны выбрать новый состав Кнессета, который определит израильскую политику на ближайшие несколько лет.
Место под солнцем
В контекстеПоголовное облысение И тут сразу вспоминается пословица — «у кого что болит, тот о том и говорит». Можно лишь удивляться тому, что для определенного рода людей тема Нетаниягу и его нахождения у власти, настолько овладела сознанием, что проникает даже в невинный, казалось бы, текст о преждевременном облысении.
Четырежды премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху уже побил рекорд Давида Бен-Гуриона, отца-основателя страны, по количеству лет у власти. Нетаньяху 69 лет, он впервые стал премьером еще в 1996 году, потом после недолгой политической ссылки занимал пост министра финансов, возглавлял оппозицию и в 2009 году вернулся в кресло премьера.
Вот уже десять лет, как он правит страной и, похоже, готов нести это тяжкое бремя еще десять.
Его сторонники, самые убежденные из которых называют себя бибистами, рады простить ему многое, даже практически всё, и убеждены, что без Нетаньяху страну ждет неминуемый кризис. Вне зависимости от того, кто баллотируется против него, они считают Нетаньяху незаменимым и несравненным. Они с восторгом наблюдают за тем, как он обнимается с Дональдом Трампом, пожимает руку Владимиру Путину и летит в далекие Чад или Оман – мусульманские страны, отношения с которыми потеплели за последние несколько месяцев.
Его противники, объединенные девизом «Только не Биби», считают премьер-министра циничным и коррумпированным манипулятором, который, не задумываясь, стравливает между собой остальных, уничтожая как врагов, так и друзей.
Им не нравится его сближение с национал-популистами Восточной Европы и тесные связи с крайне правыми по всему миру.
Его обвиняют в том, что он озабочен только краткосрочными тактическими победами и собирает голоса, искусственно раздувая угрозы.
Антикоррупционные расследования, открытые против Нетаньяху за последние два года, мало что меняют в этом раскладе. Для его сторонников эти обвинения – лишь доказательство того, что премьера преследуют.
Кто именно? Да все – от прессы, которую он считает враждебной, до полиции, прокуратуры и юридического советника правительства, которые «продались левым» и травят премьера и его страну. Те же, кто мечтает об уходе Нетаньяху, цитируют наизусть пункты из обвинительных заключений, где ему инкриминируют использование служебного положения, получение взяток и мошенничество.
Чем громче звучат обвинения в коррупции, тем сильнее гудит растревоженный рой сторонников премьера. Там повторяют как мантру одну простую мысль: «Демократия – это власть большинства, а большинству Нетаньяху по вкусу, со всеми его прегрешениями. Следовательно, Нетаньяху может оставаться у власти, даже если ему придется предстать перед судом».
В последние недели Нетаньяху курсирует между мировыми столицами и в каждой из них одерживает своего рода победу.
В Вашингтоне он целует Трампа, после того как тот подписал указ о признании израильского суверенитета над Голанскими высотами. В Маскате, улыбаясь, фотографируется с султаном Омана Кабусом. А в Москве проникновенно смотрит на президента Путина, который объявляет, что российским военным удалось найти в Сирии захоронение пропавшего без вести израильского солдата.
Но и внешнеполитические триумфы мало что меняют в настроениях израильского общества. Для сторонников они лишь еще одно подтверждение политического гения премьера, для противников – его очередная циничная манипуляция. Два этих лагеря согласны только в одном – Нетаньяху, как никто другой, умеет работать со СМИ и общественным мнением.
Генерал и джентльмен
Также по темеСайт Вадимира Бейдера Перевод с предвыборного
Главный противник Нетаньяху на этих выборах тоже человек незаурядный. В 2013 году генерал-лейтенант Бени Ганц, командующий Генштабом Армии обороны Израиля, отслужил на этом посту положенные по израильским законам три года. Но премьер Нетаньяху продлил полномочия Ганца еще на год, отметив его отличную работу и выдающиеся личные качества.
Четыре года спустя гражданин Бени Ганц объявил, что намерен баллотироваться на парламентских выборах 2019 года. Он сформировал новую партию – «Хосен ле-Исраэль», а затем создал блок еще с двумя партиями: «Телем», во главе которой стоял тоже бывший начальник Генштаба и министр обороны Моше (Боги) Яалон, а также «Йеш Атид» во главе с Яиром Лапидом. Завершающим штрихом к коалиции стал третий по счету бывший начальник Генштаба – Габи Ашкенази.
Этот блок получил название «Кахоль-Лаван» и вскоре вырвался вперед по всем опросам.
В глазах многих израильтян Бени Ганц оказался не менее достойным кандидатом на должность премьера, чем Биньямин Нетаньяху. Это немалое достижение, потому что на прошлых выборах ни один из предшественников Ганца так и не смог убедить избирателей, что способен заменить Нетаньяху.
Высокий, статный и молчаливый Бени Ганц кажется квинтэссенцией израильского патриота. Вырос в кибуце, сделал отличную военную карьеру, прекрасный семьянин и отец четырех детей. Более того, по сравнению с Нетаньяху, которого от бесчисленных обвинений в коррупции защищает целая батарея адвокатов, Ганц чист, как новорожденный младенец.
В начале предвыборной кампании многим казалось, что чистые руки и военное прошлое делают Ганца непобедимым. Но Нетяньяху удалось разрушить это впечатление.
В предвыборных роликах правящей партии «Ликуд» Ганца обвинили в том, что у него нет политического опыта, что созданная им компания «Пятое измерение» разорилась, что он плохо говорит по-английски (в отличие от Нетаньяху, который учился в американской школе, а затем в колледже, Ганц никогда не жил в США) и волнуется во время интервью.
Апогеем стал слив информации журналисту 12-го израильского телеканала Амиту Сегалю о том, что иранские спецслужбы взломали телефон Ганца. Тогда Ганц уже не был военным, и, по его словам, никаких секретов в телефоне не было, а за кибербезопасность в стране вообще отвечает премьер-министр, но в тот момент единственное, о чем говорили СМИ, был телефон Бени Ганца и его возможные секреты.
Также вскоре выяснилось, что три генерала, бывшие начальниками Генштаба, мечтают создать правительство с арабскими партиями, отдать все спорные территории палестинцам и прогнуться под Евросоюз. А сам Бени Ганц ходит к психологу и якобы принимает медикаменты против депрессии, поэтому такому человеку нельзя доверять самую важную должность в стране.
Молчуну Бени Ганцу пришлось отправиться в прямой эфир и начать встречаться с журналистами. Иногда эти интервью ему удавались, иногда нет.
В СМИ начали появляться записи его личных разговоров с другими лидерами «Кахоль-Лаван», а также с доверенными лицами. Раздражение, недоверие и разочарование, которые вправе испытывать люди, даже если они являются кандидатами в премьер-министры, стали достоянием общественности.
Леонид Млечин: «Рецепт победы от Нетаньяху»
Личности и стратегии
За последние четыре года Нетаньяху удалось примирить непримиримых и сосредоточить в своих руках немалую власть. До недавних пор, помимо премьерства, он также исполнял обязанности министра иностранных дел и главы Минздрава, а в начале срока еще и министра связи. После ухода Авигдора Либермана в ноябре 2018 года Нетаньяху, тяжело вздохнув, взял еще один портфель – министра обороны.
Правые, крайне правые и две ультраортодоксальные партии не раз угрожали развалом коалиции, но дело до этого так и не дошло. Нетаньяху дал каждой сестре по серьге: религиозным партиям – право вето по всем вопросам религии и государства; представителям поселенцев – щедрые бюджеты и новые дома в поселениях, а также портфели министров образования и юстиции; партии «Наш дом Израиль» – престижный, но, как оказалось, малоэффективный портфель министра обороны.
С точки зрения оппозиции, все это был настоящий кошмар. Министр юстиции Айелет Шакед, а также другие министры кабинета все эти годы вели скоординированную атаку против Верховного суда, приближенные Нетаньяху подрывали позиции генерального инспектора полиции, который не помешал своим подчиненным расследовать обвинения против премьера, а затем генерального прокурора и юридического советника правительства, хотя их в свое время назначил сам Нетаньяху.
В системе светского образования добавилось религиозного контента, а летом 2018 года был принят противоречивый Закон о национальном характере страны, вызвавший возмущение у оппозиции и национальных меньшинств – арабов и друзов.
Однако нынешние выборы в Израиле – не о коррупции, забуксовавшем «мирном процессе», атаках на судебную систему или социоэкономической ситуации. Да, в больницах не хватает койко-мест, по уровню образования страна откатывается назад, а имущественный разрыв постоянно растет. Но не эти темы стоят на повестке дня.
Всех занимает только один вопрос – личность будущего премьера. Может ли кто-то заменить Нетаньяху?
Способен ли бывший начальник Генштаба руководить государством? Может ли политик, которому, возможно, вскоре придется предстать перед судом, продолжать управлять страной?
У правящей партии «Ликуд» уже который раз нет политической платформы – это совершенно не волнует ее избирателей. У нового блока «Кахоль-Лаван» платформа есть (там обещают всем всё), но многие ли ее сторонники знакомы хотя бы с основными пунктами?
Все это не важно – борьба не выходит за пределы противопоставления личностей – Биби или Бени, то есть по самому благоприятному для Нетаньяху сценарию.
Ветер перемен
В контекстеБункер и наказание за него Нетаниягу играл в «бункер». Он не дерзал перейти от обороны к наступлению. Он предпочел не побеждать и не одолеть власть судебной системы вообще и БАГАЦа, в частности. Он выбрал не разгромить спрута ультралевых амутот.
Последние опросы, опубликованные в конце прошлой недели, предрекают победу правому лагерю, что в целом соответствует изменениям в израильской демографии и общественном сознании.
Очередное правительство Нетаньяху в коалиции с крайне правыми и религиозными партиями означает повторение последних четырех лет.
Его министры снова будут пытаться ограничить полномочия Верховного суда, продолжат атаковать судей, прокуроров, полицию и вообще всех тех, кому предстоит расследовать и, возможно, допрашивать и судить Биньямина Нетаньяху.
Во внешней политике продолжится сближение с крайне правыми партиями в Европе и Латинской Америке, совместная работа с суннитскими режимами Ближнего Востока против Ирана и стагнация в отношениях с палестинцами.
Нетаньяху верит в управление конфликтом, отрицая возможность его урегулирования.
Сегодня перед выборами он намекает на возможность аннексии Западного берега или значительной его части. Трудно сказать, является ли это обещание частью предвыборной кампании или реальными планами. За прошедшие четыре года Нетаньяху отклонял законопроекты правых партий и своих однопартийцев, направленные на аннексию города Маале-Адомим и территории на Западном берегу.
Если Бени Ганцу все же удастся сформировать правительство, ему придется работать не с анемичной, а с воинственной и жесткой оппозицией, готовой до последнего биться с «партией генералов».
Смогут ли бравые генералы, часть которых верит, что с палестинцами можно договориться, а другая часть убеждена, что Израиль не должен отдавать им ни пяди земли, изменить хоть что-то в арабо-израильском конфликте?
И если этого не смогут сделать они, люди, которые вели за собой солдат в Ливан и Газу, отдававшие приказы об уничтожении террористов вблизи и вдалеке от Израиля, понимающие, что силой добиться решения конфликта невозможно, то возможно ли это вообще?
Учитывая, что единственный вариант отделиться от палестинцев на Западном берегу – это эвакуация оттуда 100 тысяч поселенцев, по силам ли эта задача тем, кто боится даже намеком упомянуть формулу «два государства для двух народов» или слово «эвакуация»?
Вполне возможно, что объединить поляризованное общество вокруг идеи «территории в обмен на мир» больше не удастся. В 1990-х годах Ицхак Рабин заплатил за эту попытку своей жизнью – был убит студентом-фанатиком, свято верящим в то, что территории важнее человеческой жизни.
Затем «солдат №1», Эхуд Барак всего за полтора года потерял политическую поддержку, не сумев объединить за идею «мирного процесса» даже ближайших соратников.
В 2000-х годах «бульдозер» Ариэль Шарон вывел из Газы израильские поселения и армию в одностороннем порядке. По словам многих его соратников, он сделал это, понимая, что попытка договориться обречена на провал из-за растущей силы поселенческого лобби и несговорчивости палестинской стороны. Сейчас ситуация стала еще сложнее.
Кампания по делегитимации левого лагеря и идеи мирного процесса, которая ведется уже много лет, удалась.
У большинства израильских избирателей оценка кандидата в премьер-министры напрямую зависит от вопроса, собирается ли он отдавать территории или их часть палестинцам. Поэтому можно предположить, что руки «партии генералов» будут связаны, даже если им удастся совершить невозможное и сформировать очередное правительство.
Тем, кто в Израиле ждет существенных перемен – в государственной или общественной сфере, – придется запастись терпением, редким товаром на Ближнем Востоке. Третья мировая война не начнется, если к власти завтра вновь придет Биньямин Нетаньяху, и мир не рухнет, если кресло премьера займет Бени Ганц.
Скорее эти выборы важны для ситуации внутри самого Израиля – на кону независимость судебной системы, доверие к работе полиции, Генпрокуратуры и юридического советника правительства. То, что меньше всего обсуждается до выборов, станет ключевой темой после них. Не исключено и то, что через короткое время – полтора-два года – Израиль вновь пойдет на выборы, уж слишком неустойчива сегодня политическая система.
И споры вновь пойдут вокруг личностей, а не идеологий, которые они собираются претворить в жизнь.
* * *
Ксения Светлова
- арабист, депутат Кнессета
Московский центр «Carnegie»