Пришло время сказать правду
Минарет. (Фото: «Nautilus»)
В этом месяце (июнь 2023 года) число убитых в арабском секторе Израиля с начала года перешагнуло символическую черту в сто человек.
Если, не дай Бог, тенденция будет продолжаться сегодняшними темпами, то к концу 2023 года число убитых в арабском секторе перешагнет отметку в двести. Эта цифра не укладывается в голове.
Просто для сравнения - поскольку еврейский сектор примерно в четыре раза больше арабского, число убитых (около 200) соответствует восьмистам убитым в еврейском секторе за год. Как воспримет еврейское общество это жуткое количество убитых за один только год?
В контекстеЦена власти «правительства перемен» «Год террора», - так в ШАБАКе характеризуют итоги уходящего года. В частности, в 2022 году в Иудее и Самарии было совершено значительно больше терактов, чем годом ранее... В 2021 году погибло в терактах 18 человек. В 2022 году от рук арабских убийц погибло 29 человек.
Учитывая эти данные, возникает очевидный вопрос: каковы причины невообразимого уровня убийственного насилия в арабском секторе? И на этот вопрос есть несколько ответов.
Обвиняют полицию, и приводят на то ряд причин. Начиная с того, что она не действует как следует в деле конфискации незаконного оружия, оно также не прилагает достаточных усилий для расследования убийств в арабском секторе; винят насилие, исходящее от «реабилитантов ШАБАКа» (палестинских коллаборационистов, которые были расселены в арабских поселениях), и которые получают иммунитет за преступное поведение; указывают на то, что недовольная системой образования арабская безработная молодежь слоняется по улицам и становится легкой добычей криминальных вербовщиков - а также другие причины, ориентированные на государство и его институты.
Встречается утверждение, что ЦАХАЛ намеренно позволяет арабам врываться в склады с боеприпасами и воровать их содержимое, дабы арабы убивали друг друга, и поэтому до недавнего времени ШАБАК не вмешивался в расследование кражи боеприпасов…
Успех ШАБАКа в обнаружении похитителей боеприпасов и оружия, украденных на юге в течение этого месяца, подкрепляет утверждение сектора в том, что, когда государство хочет, оно знает, как бороться с преступными группировками.
ШАБАК можно задействовать в уголовных расследованиях в арабском секторе - с одной стороны, и имеется готовность части общественности принять подобное требование. Это основано на верном утверждении, что оружие, используемое сегодня для преступных действий, завтра может быть обращено против безопасности государства.
Хотя я не отрицаю значения всех этих причин, я хотел бы здесь обратить внимание и на некоторые культурные особенности, способствующие насилию в арабском секторе.
Первым фактором является трайбализм, иначе –родственные связи. Правило на арабском языке гласит: «Я и мой брат против двоюродного брата, а я, мой брат и двоюродный брат против иностранца».
Смысл этой поговорки в том, что вступление в борьбу основывается на семейном родстве, и действительно мы видим, что преступные группировки в арабском секторе обычно строятся на семейных рамках, например: семья Абу Латиф в деревне Рама, вражда между семейством Джуариш и семейством Хараджа, и многое другое.
В контекстеАрабский террор и бессилие израильской власти Общей ненависти было достаточно, чтобы сплотить правительство Беннета-Лапида и поддерживать его до сих пор. Вот только ненависть — это не контртеррористическая стратегия.
Сила криминальной семейной структуры проистекает из её сплоченности и лояльности друг к другу. Человек не предает членов своей семьи, поэтому полиции очень сложно вербовать агентов для слежки за ними внутри семейной группы. Деятельность на семейной основе дает членам банды чувство силы за счет поддержки, которую они оказывают друг другу, и это чувство увеличивает их уверенность и страх, который они вызывают у окружающих. Он вызывает абсолютное молчание у всех, кто что-то знает о преступной группе или её действиях. Все жители района боятся рассказывать что-либо, поскольку опасаются мести, которая будет жестокой и кровавой.
И тут возникает интересный абсурд: полиция набрала в штат арабских полицейских, и неплохо интегрировала их в работу - особенно в арабском секторе, чтобы обслуживать его людьми, хорошо понимающими культуру и социальные особенности населения. Однако оказывается, что, когда следователем по делу о насилии является араб, готовность общества сотрудничать с ним ниже, нежели, когда следователем является еврей! И причина этого проста: арабский следователь воспринимается как человек, который принадлежит к другому клану, а посему дача ему информации рассматривается как предательство клана свидетеля, и дача информации другому клану, сопернику, клану следователя. С другой стороны, еврей-следователь не живет в клане или родовой системе, и поэтому он не будет использовать информацию ненадлежащим образом - и не будет подвергать опасности допрашиваемого.
Клановость вызывает напряженность и на экономической основе. Бывают случаи, когда глава совета выделяет свои ресурсы своему клану, и поэтому иногда видно, что тот, кто выигрывает тендер на девелоперские проекты (мощение дорог, прокладка водопровода и канализации, строительство общественных учреждений и т. д.), является родственником главы совета. Другой клан может пригрозить победителю тендера отказаться от него, чтобы он занял его место, а если он не согласится, то рискует быть убитым.
Еще одна социальная черта — крайняя строгость чести. Если представитель одного клана что-то говорит, или предпринимает действия по отношению к лицу из другого клана, дело может дойти до уличной драки с гибелью и ранениями между двумя кланами.
Более серьезно - и взрывоопасно, когда высказывание, а тем более поступок члена одного клана направлено на девушку или женщину из другого клана. Проблема кровной мести типична для арабских обществ, и по сей день присутствует в жизни многих представителей арабского сектора, в дополнение к убийству женщин за то, что называется «позором семьи».
Еще одна интересная деталь, связанная с насилием в арабском секторе, заключается в том, что оно встречается в основном среди мусульманской общественности.
Она ограничена в друзской общине, и обычно отсутствует в христианской общине, даже в сельской. Снижение уровня насилия среди друзов связано с высоким чувством сплоченности из-за истории сообщества, преследуемого мусульманским большинством в регионе, а также из-за военной службы, которая дает членам общины чувство ответственности перед Государством и его законами.
Христианская община, как правило, не склонна к насилию из-за идей мира и прощения, присущей ее религии, и в результате уровня образованности её представителей, которое на протяжении поколений давало им профессиональный, экономический, социальный и политический статус, что избавляло их от необходимости прибегнуть к насилию.
Однако же в Ливане – стране, созданной для защиты христианского населения, эта публика на протяжении десятилетий была не менее жестокой, чем другие общины.
В контекстеБедуинский сейсмограф Не переживайте, ничего такого не будет. РААМ, как это вообще свойственно нашим «двоюродным братьям», чувствует дрожь у нас в коленках лучше любого сейсмографа! И прекрасно понимает, что Лапид с Беннетом и «подадутся», и «продавятся».
Важное замечание, касающееся бедуинской части сектора, связано с характерным для него феноменом покровительства («защиты»). Традиционно бедуин кочевал и скитался по пустыне, поэтому он не работал, а жил за счет кражи сельскохозяйственной продукции у фермеров и имущества у горожан.
Чтобы интегрироваться в современное общество, бедуин должен адаптировать к себе современные модели жизни, такие как получение образования и профессии, упорядоченной работы, организационная устроенность и сотрудничество с иностранцами.
Есть достаточно бедуинов, которые успешно проходят этот процесс модернизации, но хватает и других, которые останавливаются на занятии вымогательством (покровительственных сборов), что на самом деле является рэкетом.
В заключение важно отметить, что утверждение о том, что государство не борется с насилием в арабском секторе всей мощью полиции и ШАБАКа, является верным, но, с другой стороны, также следует сказать, что культурные особенности усиливают и усугубляют насилие в арабском секторе, и что причины эти нельзя игнорировать. Полиция и ШАБАК не являются организациями, предназначенными для внедрения культурных изменений. Такие перемены несёт обществу оно само, его лидеры и элита, а также система образования, управляемая поощряемая государством.
В Коране (глава 13, стих 11) говорится: «[Даже] Бог не меняет того, что лежит между людьми, пока они не изменят того, что лежит между ними».
* * *
Мордехай Кейдар
- израильский политолог, ученый в области арабского языка и ислама
Перевод: «Nautilus»
«Макор ришон»