Удастся ли ему?…
Буэнос-Айрес. (Фото: «Nautilus»)
В ноябре исполнится год с тех пор, как большинство аргентинских избирателей отдали голоса лохматому профессору Хавьеру Милею – анархо-капиталисту и политическому хулигану, грозившему порубить бензопилой старую элиту и сжечь Центробанк.
В контекстеТрудно оспорить стопроцентный провал социализма Независимо от того, видны они сразу или нет, реформы Милея создают бесчисленные возможности, демонтируя наименее продуктивную часть экономики Аргентины: её бюрократию.
Оценить успехи и неудачи Милея за прошедшие месяцы довольно трудно. Число аргентинцев, живущих за чертой бедности, выросло до 53%, а количество нищих достигло 18% - такой кошмар наблюдался только во время экономического краха 2001 г. ВВП страны сократился на 3,4%, а уровень потребления снизился более чем на 10%.
Милей прав, говоря, что резкое падение экономики и уровня жизни порождено бездумной экономической политикой перонистских правительств, но аргентинцам от этого не легче.
При этом Милею удалось сбить инфляцию, это страшного врага Аргентины, до 3,5% в месяц. Быстрыми темпами осваивается огромное нефтегазовое месторождение «Вака Муэрта» в Патагонии, и в его разработку вкладываются такие гиганты, как Shell. Иностранные инвесторы интересуются также литиевыми месторождениями, и запасами меди.
Если эти процессы продолжатся, добыча полезных ископаемых потеснит производство продуктов питания, исторически составлявших основу аргентинской экономики.
Однако эти успехи пока не затрагивают повседневную жизнь аргентинцев. Бесплатные столовые, особенно в депрессивных регионах, не справляются с потоком желающих поесть; в Буэнос-Айресе бездомные стали неотъемлемой частью городского пейзажа; рабочие протестуют против массовых увольнений, а студенты митингуют против сокращения финансирования университетов.
Довольно долго аргентинцы, несмотря на лишения, поддерживали новации Милея, но сейчас их терпение начало иссякать.
Исследование, проведённое университетом Торкуато-ди-Теллья, показало, что поддержка правительства Милея в сентябре упала на 15%, что стало самым резким падением за девять месяцев его правления. Опрос консалтинговой компании Proyeccion показал, что позитивные взгляды на правительство Милея упали до 44,8%, а негативные выросли до 50,7%.
Сергей Любарский Политика Хавьера Милеи — это ошеломляющий успех
Милей считал, что снятие административных барьеров и дебюрократизация откроет шлюзы, через которые бизнес, включая малый, кинется инвестировать во всё и вся, а иностранцы выстроятся в очереди, чтобы попасть на аргентинский рынок. Но этого пока не происходит.
Более того, за восемь месяцев этого года валовые внутренние инвестиции в среднем снизились на 21,5%.
Бизнес-пресса оценивает отношение бизнеса, аргентинского и зарубежного, к реформам Милея как «осторожный оптимизм». Этот оптимизм настолько осторожен, что инвестировать в Аргентину эти оптимисты не спешат.
Аргентинский бизнес вырос в условиях зависимости от бюрократии, привык к ней, и просто не умеет работать в других условиях. Уже век среди предпринимателей принято «решать проблемы через Каса Росада (президентский дворец)», а в провинциях – через губернаторов.
Тем более, что в ряде провинций реальная власть принадлежит олигархическим кланам – Киршнерам в Санта-Крусе, Менемам в Ла-Риохе, Родригес Саа – в Сан-Луисе, Ромеро – в Сальте, Саади – в Катамарке.
В контекстеСпасибо Аргентине! Когда социалисты намереваются обложить налогом «всё, что движется» (а то и что «не движется»), и потратить все это на «государственные проекты» по «ускорению роста», стоит напомнить, что это официальная политика в стране.
Милей мечет громы и молнии в адрес олигархических кланов, но победить их не может: они слишком укоренены в своих провинциях, слишком сильно связаны с ними местные элиты. Провинции в Аргентине имеют очень высокую степень автономии – выше, чем штаты США или Бразилии, и вмешиваться в их дела федеральному центру очень трудно.
Так, традиционно перонистская Ла-Риоха, спасаясь от инфляции и роста цен, ввела собственную квази-валюту – и Милей ничего с ней сделать не может.
В Конгрессе Милей проталкивает свои законопроекты с огромным трудом: его движение «Свобода наступает» имеет лишь немного депутатов, а правые и правоцентристы, с которыми оно сотрудничает, не всегда поддерживают его.
Милей опирается на поддержку слабой и разношёрстной партии, но больше – на настроения неорганизованных масс. Симпатии которых очень изменчивы, и могут испариться, превратившись в ненависть. Примеров этого в Латинской Америке множество. Он не имеет поддержки ни профсоюзов, ни общественных организаций.
Хуже того: у Милея испортились отношения с вице-президентом Викторией Вильярруэль, представляющей сильное провоенные сообщество, и выступающей против осуждения военного режима 1976-83 гг.
Конфликт с ней произошёл из-за хороших слов, сказанных Милеем в адрес Великобритании и лично премьер-министра Маргарет Тэтчер, пославшей в 1982 г. войска для изгнания аргентинского десанта с Фолклендских (Мальвинских) островов. А соглашение между Великобританией и Аргентиной по Фолклендским островам, включающее в себя возобновление полетов на острова, и организацию поездок родственников солдат, погибших на Фолклендских, окончательно рассорило Вильярруэль с Милеем.
Самая большая ошибка Милея заключается в том, что он ведёт себя так, будто аргентинцы проголосовали за его комплексный пакет либертарианских мер. Но это не так: некоторые аргентинцы поддерживают отстранение от власти старых кланов, антикоррупционные меры, и беспощадную борьбу с преступностью.
А уменьшение зарплат и социальных пособий какая-то часть населения готова терпеть, но только недолгое время.
Но теперь и те, кто приветствовал Милея, месяцами недоедает, и не видит света в конце тоннеля.
В контекстеКто сыграет Кристину де Киршнер в голливудском блокбастере? 6 декабря 2022 года суд первой инстанции приговорил вице-президента Аргентины Кристину Киршнер по делу о коррупции к шести годам тюрьмы и лишил пожизненно права занимать государственные должности.
Не одобряет большинство аргентинцев и избыточную, на их взгляд, дипломатическую активность Милея. Он летает по миру ради поддержки своих единомышленников - в США Дональда Трампа, в Бразилию – Жаира Болсонару (при этом наговорив гадостей о президенте страны Луле да Силве), в Испанию – ультраправого Сантьяго Абаскаля (и походя оскорбляет премьер-министра Педро Санчеса).
При этом в Аргентине реформы идут с трудом, а во многом стоят на месте. Это деморализующе действует на его сторонников.
Проблема Милея в том, что он, при всём своём либертарианстве и ультраевропеизме – типичный латиноамериканский каудильо.
Он – единоличный локомотив своих реформ, в одиночку сражающийся за свои идеалы.
Которые невозможно воплотить в жизнь без демократических процедур, без одобрения Конгрессом, парламентами провинций и губернаторами. А все эти структуры неодобрительно относятся к размахиванию бензопилой.
Каудильо – одинокий волк, у него нет союзников и соратников, у него только враги и клиенты. Любая структура, создаваемая каудильо, состоит из подданных вождя, подобно пеонам, слепо преданным своим «полковникам». Такая организация способна разорвать врага, но она неустойчива, и в случае потери вождя просто рассеется.
В целом, кое-каких успехов Милей всё-таки достиг, но, во-первых, они гораздо меньше запланированных, а во-вторых основная часть населения пока их не почувствовала. В принципе со временем экономический рост Аргентины в результате реформ должен ускориться.
Вопрос только в том, выдержит ли аргентинское общество, и сколько времени оно согласится терпеть лишения в расчете на светлое завтра.
И сможет ли Милей преодолеть свою каудильистскую сущность, и приступить наконец к формированию не персоналистского движения, где все смотрят на него как на Бога, а нормальной политической силы, с внятной программой, и состоящей из идейных соратников, а не слепой массы фанатов.
* * *
Евгений Трифонов
«Дзен»