Как стратегия выхода из ЕС привела к политической буре в Лондоне
Политическая тряска, которая продолжается в Великобритании с момента референдума о членстве в ЕС в июне 2016 года, похоже, достигла своего апогея.
Тереза Мэй, став премьер-министром, долгое время выступала за жесткий «брексит» – с выходом из единого рынка и таможенного союза ЕС, с полным освобождением от межнациональных механизмов контроля.
В контекстеЕвродиктат Европарламент сегодня больше заинтересован в собственном выживании, чем в выживании своих членов. Он думает, что Брексит и Дональд Трамп это не более чем кратковременные потрясения, которые закончились, потому что во Франции победил Макрон.
Но Мэй все-таки не доктринер, а прагматик. Под нараставшим нажимом британского бизнеса и сторонников сохранения тесных связей с ЕС внутри кабинета она в последнее время изменила свою позицию.
Тем более, что времени для результативного завершения переговоров с Брюсселем остается совсем мало.
Поворотным моментом стало 12-часовое заседание кабинета в пятницу в загородной резиденции премьера Чекерс. На нем с подачи министра финансов Филипа Хэммонда – лидера проевропейского лобби во власти – был согласован план взаимодействия с ЕС после формального выхода страны из сообщества, который близок к сценарию мягкого «брексита».
В принятом документе не упоминается ни единый рынок, ни таможенный союз, но говорится о создании зоны свободной торговли с ЕС для промышленных и сельскохозяйственных товаров, для чего Британия «будет стараться, чтобы ее правила в сфере торговли соответствовали нормам ЕС».
Также в документе содержится идея создания «совместной таможенной территории» (эвфемизм для сохранения членства в таможенном союзе), что позволит выйти из тупика в вопросе о режиме сухопутной границы между Ирландией и Ольстером.
При этом, в соответствии с новым планом, у Британии сохранится возможность свободного заключения торговых соглашений вне зоны ЕС.
Наконец, говорится о том, что Британия выйдет из юрисдикции Европейского суда, однако будет учитывать его решения в некоторых областях.
В контекстеОтомстить за Брексит Конечно, точных расчетов по размерам «счета», который Брюссель намерен представить Лондону, нет, но уже сейчас говорят, что Британии скорее предложат заплатить брошенной Европе порядка 60 млрд евро.
До этого относительный авторитет Терезы Мэй в важнейшем для страны вопросе «брексита» базировался на постоянном поиске баланса в правительстве между сторонниками жесткого и мягкого выхода, что вызывало недовольство в ЕС и тормозило переговоры с Брюсселем.
Сделанный премьером выбор в пользу курса на сохранение тесных экономических связей с ЕС вызвал публичный бунт лидеров антиевропейского лагеря.
Утром 9 июля стало известно, что подал в отставку министр по вопросам выхода Великобритании из Евросоюза Дэвид Дэвис. На протяжении своей долгой политической карьеры Дэвис всегда был убежденным евроскептиком, а в последние месяцы он по сути уклонялся от ведения переговоров с Брюсселем.
Еще больше шума наделала последовавшая днем отставка министра иностранных дел Бориса Джонсона, который был главной звездой кампании за выход из ЕС перед референдумом. В своем письме об отставке Джонсон в свойственной ему театральной манере заявил, что премьер-министр ведет Британию в «полубрексит», который обернется «статусом колонии».
На Даунинг-стрит, 10, видимо, ждали подобного хода событий. Назначения сменщиков Дэвиса и Джонсона произошли в тот же день. Пост министра по вопросам выхода из ЕС получил Доминик Рааб, который занимал пост министра по вопросам жилищной политики.
44-летний Рааб активно участвовал в кампании за выход из ЕС. Вместе с тем, хотя Рааб и имеет черный пояс по карате, он является гораздо менее сильной и самостоятельной фигурой, чем Дэвис.
На пост министра иностранных дел назначен близкий союзник премьера Джереми Хант, более пяти лет возглавлявший министерство здравоохранения. Перед референдумом он выступал за сохранение членства в Евросоюзе.
В контекстеТеррор в Лондоне: Урок от Израиля Министр иностранных дел Борис Джонсон заявил, что Израиль должен придерживаться двухгосударственного решения. Должен сделать все возможное, чтобы порадовать ХАМАС, ООП и всех тех, кто намерен разрушить Израиль… вместе с западной цивилизацией.
После кадровых изменений позиции сторонников гибкого компромисса с ЕС в кабинете усилились. Проблема Терезы Мэй в том, что правительство не имеет большинства в Палате общин, а внутри консервативной фракции немало жестких евроскептиков, которые сильно недовольны последними событиями и поведением премьер-министра.
Однако сейчас они вряд ли бросят вызов лидерским позициям Терезы Мэй. Для этого у них нет ни достаточного числа голосов во фракции, ни четкого плана действий по «брекситу», ни объединяющего лидера.
Дэвид Дэвис уже заявил, что продолжает поддерживать Мэй в качестве лидера партии, а Борис Джонсон наделал слишком много промахов за недолгое пребывание во главе Форин-офис.
Решающий для премьер-министра момент наступит поздней осенью. К концу октября должно быть подписано полномасштабное соглашение с ЕС по условиям будущих взаимоотношений.
Но это соглашение должно быть рассмотрено и утверждено в парламенте.
Лидеры евроскептиков среди заднескамеечников-тори уже заявляют, что если нынешняя позиция кабинета по переговорам с ЕС не изменится, они будут голосовать против. Тогда правительству консерваторов придется уповать на поддержку части лейбористов.
Иначе к дате выхода из ЕС 29 марта 2019 года у Британии не будет соглашения с Брюсселем, и выход окажет разрушительное воздействие на экономику.
* * *
Александр Ивахник
– руководитель департамента политологического анализа Центра политических технологий
«Политком.Ru»