Чем бы она ни завершилась, помимо сугубо экономических, будет иметь и серьезные геополитические последствия
США и Китай развернули торговую войну. Началось с того, что американский президент Дональд Трамп объявил о введении с 6 июля пошлин в размере 25% и в сумме 50 млрд долларов на товары из Китая, что затронет десятую часть всего китайского импорта в США.
Точнее, 6 июля вступят в силу пошлины на 818 товаров на сумму около 34 млрд долларов. О введении пошлин на остальные 284 товара стоимостью 16 млрд долларов будет объявлено позднее.
При этом в случае ответных мер Китая Вашингтон грозится ввести дополнительные пошлины. А Пекин о таких ответных мерах уже объявил, пообещав с 6 июля обложить 25-процентными пошлинами в общей сложности 659 товаров, импортируемых из США.
В контекстеОблагать или не облагать – вот в чем вопрос Что же предпринял Китай в отместку за поднятие Трампом тарифов на сталь? Китай вместо ожидаемого всеми экономистами из вашингтонского болота повышения тарифов на американские товары, решил уменьшить 25%-й тариф на автомобили...
Трамп обосновал введение антикитайских пошлин тем, что Китай ведет торговлю нечестно и крадет американскую интеллектуальную собственность.
Насчет кражи интеллектуальной собственности — все верно. Америка давно уже не экспортирует сталь, текстиль или автомобили, а экспортирует прежде всего высокие технологии.
Однако в век развития цифровой экономики эти технологии, равно как и любую интеллектуальную собственность, оказывается достаточно просто украсть, не платя ничего владельцам.
Перед введением пошлин высокопоставленные чиновники США и КНР провели переговоры, но, очевидно, ни к каким позитивным результатам не пришли. Теоретически до введения взаимных пошлин остается еще три недели, за которые стороны попробуют договориться.
Но, судя по той позиции, которую американский президент занял в аналогичном торговом споре с Евросоюзом и Канадой, Трамп решительно настроен на то, чтобы выполнить свои протекционистские предвыборные обещания о защите американских производителей от дешевого импорта, в первую очередь китайского.
Правда, в суровых протекционистских мерах США есть определенная лазейка.
Как объявил аппарат американского представителя на торговых переговорах с КНР Роберта Лайтхайзера,
«некоторые американские компании могут быть заинтересованы в импорте определенной продукции из Китая, в отношении которой будут введены дополнительные пошлины. Поэтому им скоро будет предоставлена возможность обратиться с просьбой о выведении того или иного товара из-под действия распоряжения о введении дополнительных пошлин».
Таким образом, первый американский залп в торговой войне с Китаем может оказаться не столь всесокрушающим, каким может показаться на первый взгляд.
Все будет зависеть от того, какие именно товары будут выведены в итоге из-под дополнительных пошлин, как под давлением американского бизнеса, так и в результате не афишируемых американо-китайских переговоров.
В контекстеЗачем Трамп лишает китайцев работы Сегодня Китай поставил мировое производство под свой контроль. А поскольку именно Америка является крупнейшим потребителем китайской продукции, то она во многом зависит от любых изменений на китайском рынке — от повышения налогов в КНР, до решений компартии Китая.
Под действие американских пошлин попадают, в частности, изделия таких отраслей, как аэрокосмическая промышленность, информационные и коммуникационные технологии, робототехника, промышленное оборудование, автомобилестроение. Однако
пошлины не вводятся на товары, особенно популярные среди американских потребителей, такие как сотовые телефоны или телевизоры. Налицо явный предвыборный расчет.
Трамп хочет угодить своим избирателям и уменьшить безработицу и поднять уровень доходов в тех отраслях американской промышленности, которые испытывают особенно сильное давление со стороны иностранной конкуренции.
В то же время он не собирается убирать с прилавков те китайские товары, которые пользуются наибольшим спросом у американских потребителей, чтобы не увеличивать инфляцию и не вызвать недовольства значительной части американцев, которые в противном случае проголосовали бы против Трампа и республиканцев.
Кстати сказать, у протекционистской политики американского президента, помимо долгосрочного прицела на президентские выборы 2020 года, есть и более близкая по времени цель.
Этой осенью в США пройдут промежуточные выборы, в результате которых обновится вся Палата представителей и треть сената, а также 39 губернаторов.
И меры Трампа должны помочь республиканским кандидатам победить и удержать республиканское большинство в обеих палатах Конгресса, поскольку они в первую очередь должны поддержать те штаты, где республиканцы преобладают над демократами.
Ответные протекционистские меры КНР не столь болезненны для США, как американские — для Китая. Они касаются в первую очередь импорта американского продовольствия и морепродуктов, для которых Америка в состоянии найти альтернативные рынки. Что же касается импорта американских автомобилей, то
Трамп неоднократно заявлял, что рассчитывает на рост продаж американских автомобилей в самой Америке.
Вообще, все протекционистские меры американской администрации направлены прежде всего на увеличение продаж соответствующей продукции американского производства в самих США, поскольку из-за высокой стоимости рабочей силы американский промышленный экспорт неконкурентоспособен на большинстве рынков.
Вот китайским производителям найти в короткие сроки замену обширному американскому рынку будет гораздо сложнее.
В контекстеЕвропа боится, что инвестиции из Китая представляют угрозу для безопасности Европейские чиновники подозревают, что покупки, которые осуществляют частные китайские инвесторы, - это продолжение правительственной программы «Сделано в Китае 2025», цель которой обогнать Запад в инновациях.
Но американо-китайская торговая война, чем бы она ни завершилась, помимо чисто экономических, будет иметь и серьезные геополитические последствия. В любом случае, в результате этой войны торгово-экономические связи между США и КНР ослабнут, и взаимозависимость двух крупнейших в мире экономик серьезно уменьшится.
А это, в свою очередь, может повысить риск американо-китайской военно-политической конфронтации в бассейне Тихого океана.
Не секрет, что Китай в последние полтора-два десятка лет, значительно укрепившись экономически, постепенно переходит и к внешнеполитической экспансии, в том числе усиливая свое военно-морское присутствие в районе островов, по поводу которых у Китая существуют территориальные споры с Вьетнамом, Филиппинами и Японией.
Эта экспансия все больше беспокоит США, и в американской военной доктрине Китай постепенно выходит на первое место в качестве потенциального военного противника, оттесняя на второе место Россию и международный исламский терроризм.
В то же время, торговая война с США не обязательно толкнет Китай в российские объятья.
Емкость американского и российского рынков не сопоставима. Главное же, те китайские товары, которые будут вытеснены с американского рынка высокими дополнительными пошлинами, вряд ли смогут быстро найти себе нишу на российском рынке. Не секрет, что в Европу и США Китай экспортирует более качественные и дорогие товары, чем в Россию.
Но в любом случае новая американо-китайская торговая война не добавит стабильности ни мировой экономике, ни мировой политике.
Хотя между торговой войной и настоящей «горячей» войной — все-таки дистанции огромного размера.
* * *
Борис Соколов
«День Киев.Ua»