Россия начинает понимать, как трудно быть в Дамаске между Ираном и Израилем
Усиливающееся напряжение между Ираном и Израилем и нарастающие по силе ракетно-бомбовые удары Армии обороны Израиля (ЦАХАЛ) по иранским объектам и базам в Сирии поставили Москву в крайне неприятное положение.
Российская политика на Ближнем Востоке строилась в последнее время на одновременном сбалансированном партнерстве сразу и с Ираном, и с Израилем. Москва сумела занять уникальное положение в регионе, поддерживая близкие связи с ярыми противниками: Саудовской Аравией и Катаром, с Турцией и Египтом, с курдами и их многочисленными противниками, с иранцами и арабами и т.д. Но стать при этом истинным региональным арбитром и всерьез потеснить США не получилось — слишком уж велик разрыв в военно-технических, финансовых и логистических возможностях у РФ с США. Теперь же, когда два российских «партнера» — Иран и Израиль готовы всерьез вцепиться друг в друга, удерживать сбалансированную позицию между ними будет трудно, если вообще возможно.
В контекстеСирия: Бой после победы Последние потери российской авиагруппы в Сирии показывают всю призрачность будто бы достигнутой Асадом победы. У сирийского президента просто нет достаточных сил даже для контроля ряда жизненно важных районов страны. Поэтому борьба будет продолжаться до свержения Асада.
Россия ввела войска в Сирию в сентябре 2015-го по просьбе властей Дамаска и Тегерана для совместного силового подавления сирийской оппозиции и радикальных исламистов. Вначале было объявлено, что это будет чисто воздушная кампания, но одними ВКС выполнить задачу не получилось, и в Сирию отправили силы спецопераций, военную полицию из мусульманских республик, поехали волонтеры-наемники и всякие советники-специалисты укреплять Сирийскую Арабскую Армию (САА) президента Башара Асада. Даже с учетом частной военной компании («ЧВК Вагнера») общий контингент сил в Сирии так и остался где-то меньше 10 тысяч человек.
Реальная оккупация Сирии даже на временной основе явно никогда всерьез не рассматривалась. Очень не хотелось повторения афганского кошмара 80-х годов, нет на то ни ресурсов, ни амбиций.
Москву вполне устраивает ограниченное присутствие на средиземноморском побережье Сирии. Нужно, чтобы в Дамаске был дружественный режим, гарантирующий это присутствие.
Старый советский пункт снабжения ВМФ в Тартусе, где раньше простаивала практически без дела плавреммастерская, теперь стал базой ВМФ, где сейчас на постоянной основе развернуты две новые подлодки и другие боевые корабли Средиземноморской эскадры под названием: «Постоянное оперативное соединение ВМФ РФ в Средиземном море». Дизель-электрические подлодки проекта 636.3 Б-268 «Великий Новгород» и Б-271 «Колпино», вооруженные крылатыми ракетами «Калибр», приписаны к Черноморскому флоту, но так пока до него и не дошли, а остались базироваться в Тартусе. Силы ВКС на базе в соседнем Хмеймиме сейчас бомбят противников Асада и всяких исламистов, но основная их задача — поддержка и прикрытие «оперативного соединения ВМФ» в Восточном Средиземноморье в противостоянии с ВМФ США и их союзников по НАТО.
Проиранские силы (шиитские ополчения) были введены в Сирию также с целью спасения Асада и разгрома суннитских повстанцев, но дальнейшие стратегические цели у Ирана более амбициозные. Общая численность иранских сил в Сирии свыше 80 тысяч человек. Это командиры и специалисты из Корпуса стражей исламской революции (КСИР), бойцы ливанской «Хезболлы», волонтеры-наемники из Афганистана (хазарейцы) и Ирака. КСИР повсеместно развертывает военные базы и, как утверждают, планирует расселять шиитских добровольцев в Сирии для изменения этнорелигиозного состава населения.
Российское присутствие в Сирии не рассматривается в Израиле как угроза национальным интересам. В прошлом декабре председатель комиссии Кнессета по иностранным делам и безопасности от правящего «Ликуда» Ави Дихтер, бывший спецназовец и контрразведчик, директор Шин-Бет (израильская ФСБ), министр внутренней безопасности и министр по защите тыла, заявил во время визита в Москву: «Россия нам не враг, мы не видим никаких проблем с ее военным присутствием в Сирии».
«Раз уж Россия «сверхдержава и наш союзник» приняла стратегическое решение о присутствии на Средиземном море, — добавил Дихтер, — добро пожаловать». Но иранцев в Сирии ЦАХАЛ терпеть не будет.
В контекстеПланы мести Израилю: как нашкодить в Сирии? Причиной такой желательной для России войны, по мнению автора, может стать «очередной израильский авианалет на Сирию или прилет новых “Томагавков” со стороны Израиля». «В ответ Сирия запустит свои ракеты по израильским городам. Могут взлететь одновременно десятки беспилотников»...
Российское оружие и советники помогли восстановить боевой потенциал сирийских ПВО, и Москва обещала прислать еще ракет, включая комплексы С-300, после американо-британо-французского ракетного налета 14 апреля. Под прикрытием сирийского зонтика ПВО иранцы смогут развернуть оперативно-тактические ракеты собственного производства (с использованием северокорейских технологий), накрывающие по дальности всю территорию Израиля. Непримиримая борьба «с сионизмом» — одна из основных идеологических основ иранского режима и в то же время вполне прагматичная популистская политика завоевания симпатий масс суннитов в регионе, где персы-шииты никогда не были особо популярны. Иран видит себя, а вовсе не Россию доминантной силой в регионе после вытеснения США или ослабления их роли, а противостояние с Израилем — способ добиться искомого.
Только в апреле удары (предположительно) ЦАХАЛ уничтожили в Сирии несколько иранских баз. Погибли несколько десятков специалистов и начальников КСИР и сирийские военные.
Москва громко протестовала после удара США и союзников 14 апреля, когда никто не погиб, но об ударах ЦАХАЛ не сказано практически ничего.
Президент Владимир Путин и премьер-министр Биньямин Нетаньяху, российский и израильский генштабы и начальники военных разведок поддерживают регулярные контакты, но сколько будет продолжаться эта идиллия — непонятно.
Израиль опубликовал трофейные документы, из которых вроде следует, что иранская ракетно-ядерная программа была намного более продвинутой, чем ранее предполагалось. Дональд Трамп обещал, что после 12 мая пересмотрит соглашение по иранской ядерной программе, оно же — Совместный всеобъемлющий план действий (СВПД). Путин настаивает, что СВПД «должен неукоснительно соблюдаться всеми сторонами».
Тегеран обещал возобновить ядерную программу, если Трамп откажется от СВПД, и еще обещал отомстить евреям за удары по базам КСИР в Сирии.
Советские боевые части ПВО были впервые развернуты в Сирии, когда американцы высадились в Ливане в 1982-м. ЦАХАЛ тогда избегал прямых боевых столкновений с нашими военными, но с САА, в составе которой было множество (как сейчас) наших советников и специалистов, воевали не стесняясь. Сотни советских офицеров были убиты или ранены в боях с ЦАХАЛ в Сирии и Ливане, в том числе умерли три генерала. Сегодня ЦАХАЛ самостоятельно, без США или других союзников, наносить удары вглубь территории Ирана по объектам ракетно-ядерной промышленности в обозримой перспективе вряд ли станет, но по передовым объектам КСИР (и САА) в Сирии удары продолжатся.
В контекстеСирия тревоги мировой Боевые действия против «Ахрар аш-Шам» на данный момент прекращены. «Радикалов» заметно меньше, чем «умеренных», но в среднем они более боеспособны и мотивированы. Теперь же они сведены в одну группировку.
Российские советники и специалисты могут снова попасть под огонь, и тогда непонятно, что делать? Как в прошлый раз засекретить потери лет на 20 или публично все объявить и втянуться в прямой военный конфликт с Израилем?
Израиль вполне устраивает Асад в Дамаске и русские в Сирии, если они будут контролировать Асада и заодно сведут на нет иранскую угрозу. Но ни Асад, ни тем более КСИР Кремлю неподконтрольны, и политика близкого партнерства с евреями, которую обычно связывают с Путиным, непопулярна в российских военных и дипломатических кругах. В российском Генштабе понимают, что без проиранских бойцов и иранских нефтедолларов режим Асада быстро и неминуемо рухнет, и никакие ВКС не помогут, а базы в Тартусе и Хмеймиме, которые стоили так дорого, будут потеряны. ЦАХАЛ традиционно рассматривается в качестве проамериканской силы, а нынешние партнерские отношения с евреями как временная прихоть начальства. Мол, если Пентагон подчеркнуто остерегается прямых столкновений с нашими в Сирии, то и ЦАХАЛ остережется, если проявить твердость.
Но для Вашингтона ничто в Сирии не относится к жизненно важным интересам, а для Израиля решается вопрос существования страны и народа. В боевой готовности и военно-технически ЦАХАЛ намного превосходит и ВКС, и САА, и КСИР вместе взятые в Сирии, на море, на земле и в воздухе. В израильском Генштабе уверены в собственных силах.
Одно пока хорошо: в будущих возможных российско-ирано-сирийско-еврейских стычках применение ядерного оружия сторонами всерьез не рассматривается.
* * *
Павел Фельгенгауэр
«Новая газета»