Чему должно научить голосование в кнессете, которого никто не заметил
Если вы думаете, что массовая демонстрация против 50-летия оккупации (так устроители акции, сплошь израильтяне из хороших семей, квалифицируют великую победу Израиля в Шестидневной войне, не будь которой, никого из них не было бы в живых), - самое смешное, что происходило на прошлой неделе после селфи депутата Хазана с президентом Трампом, вы не все знаете.
Тремя днями раньше вас собирались лишить права на возвращение, ваше государство – национальности, день его рождения сделать днем скорби, а траурные мероприятия проводить за его же счет.
Вы этого просто не заметили. Потому, во-первых, что смелые предложения, призванные изменить характер страны и ее принадлежность, не прошли, хотя и всерьез (по крайней мере официально и юридически обоснованно) рассматривались на пленарном заседании Кнессета.
А во-вторых, потому что провал их демократическим голосованием не вызвал никакого интереса в СМИ, которые митинг на площади Рабина в честь юбилея жестокой оккупации показывали по всем экранам как главный акт народного волеизъявления.
А что было?
Сравнить накбу с поводом
В среду фракция арабского «Объединенного списка» вынесла на голосование Кнессета сразу два своих законопроекта.
Первый, предложенный Ахмедом Тиби, предусматривал придание государственного статуса Дню накбы – палестинской «Катастрофы», под которым и которой израильские арабы вместе с их зарубежными собратьями понимают создание государства Израиль, и в меру сил отмечают траур в день провозглашения этого государства, обеспечивающего (среди прочего) тому же доктору Тиби парламентскую неприкосновенность и депутатскую зарплату.
Избавляя его тем самым (тоже среди прочего) от необходимости даже заглядывать в то место, где он должен был бы добывать свой хлеб согласно полученной специальности. Я имею в виду, конечно, гинекологическую клинику, а не то, что вы могли второпях подумать.
Полагаю, что на экстравагантную законодательную инициативу отмечать на государственном уровне день образования государства как день катастрофы Ахмеда Тиби натолкнуло принятие закона НДИ о праздновании Дня Победы.
Дали «русским» отмечать свой день под государственным статусом – дайте и арабам, все должно быть по-честному. Тому, кто отождествляет Катастрофу, в которой погибло шесть миллионов безоружных евреев в Европе, с политическим и военным поражением арабов в войне, которую они сами объявили, называет тем же словом и не видит разницы между явлениями, нет смысла объяснять, что день победы над нацизмом ни для каких евреев не чужой – хоть русских, хоть нерусских. Другая логика.
Закон об отмене государства
Второй законопроект выдвинула товарищ Тиби по фракции, депутат Аида Тума Слиман.
Он предусматривал ни много ни мало изменение характера государства.
Оно, согласно новой формулировке, должно быть не «еврейским демократическим», как сейчас, а по-прежнему демократическим, но – «государством всех жителей».
Ничего экстравагантного в этой предложении нет, и вы наверняка его слышали от многих левых гуманистов, настаивающих на том же самом уже давно.
Именно на этом основании, в частности «чтобы не травмировать арабских студентов», было несколько недель назад отменено решением руководства факультета гуманитарных наук Еврейского (!) университета в Иерусалиме исполнение государственного гимна «Атиква» на церемониях вручения дипломов.
В самом деле, гуманно ли заставлять их - ладно, не петь, но даже слушать про еврейскую мечту быть свободным народом на своей земле? Разве это их мечта? Разве они считают эту землю еврейской? Учиться в еврейском вузе, одном из лучших университетов мира, за счет денег еврейских налогоплательщиков в еврейском государстве – куда ни шло.
А вот слушать гимн этого государства – невыносимая травма.
Но если представить себе, что закон, который внесла арабский депутат и с которым согласны многие ее еврейские сограждане, прошел, дело не обошлось бы только песней, даже если она гимн. Пришлось бы менять статус государства и множество его основных законов.
В частности, Закон о возвращении, благодаря которому все мы оказались здесь, следовало бы либо отменить, либо распространить и на палестинских арабов. С еврейским большинством было бы покончено моментально, как и с еврейским государством – естественным путем.
Но пока еврейское большинство не только в стране, но и в Кнессете еще существует, оба законопроекта были провалены на голосовании.
Однако самое интересное начинается именно здесь.
Голосование отсутствием
За проголосовало всего 11 депутатов. Все присутствовавшие члены арабской фракции и один – от «Сионистского (!) лагеря»: Зоир Баалуль. Неполиткорректно напоминать, но тоже араб. Это, в общем, не вызывает удивления.
Гораздо симптоматичнее – кто не проголосовал против. Фракция партии МЕРЕЦ, возглавляемая уроженкой Вильнюса Захавой Гальон (которая, не будь закона о возвращении в еврейском государстве, так и не оказалась бы ни на этой земле, ни в этом парламенте), в Кнессете присутствовала, но в зал для голосования демонстративно не вошла.
Чем проявила максимальную для сионистской партии поддержку законопроектам по отмене сионистского характера государства.
МЕРЕЦ очень четко обозначил свою сторону в противостоянии. Проголосуй они за - как быть с вывеской этой партии как еврейской и сионистской? Проголосуй против - как смотреть в глаза избирателям, значительная часть которых согласна с отменой еврейского характера государства, и своим арабским братьям? Так что усесться между стульями – самое место и самое время.
Никакой сенсации в этом, конечно, нет. Есть только момент истины. МЕРЕЦ – наиболее последовательная и непримиримая левая партия. Она левее многих в этом лагере, но суть его всего выражает с максимальной откровенностью. То, что у так называемых умеренных левых на уме, у нее – на лице, во всех действиях.
У левых давно не осталось своей социальной идеологии. Вся она – политическая, и вся сосредоточена на умиротворении арабов.
Так формулируются «общечеловеческие» ценности в этом лагере. Поиски любви и признания у арабов – их панацея.
В отношении арабов эта любовь безответна. И МЕРЕЦ, как передовой отряд левых, испытывает это на себе первым. Перед выборами Захава Гальон пыталась договориться о разделении «остаточных голосов» с самым близким по своей политической платформе движением – арабским «Объединенным списком». Те с гневом отвергли это предложение, объявив, что не желают заключать никаких союзов с сионистской партией.
По логике, надо было бы сделать из этого выводы.
Но последовательные левые отличаются как раз тем, что готовы пренебрегать логикой, если она противоречит их идеям.
Они обречены на безответную любовь.
«Красная карточка»
Именно потому у левых нет никаких шансов вернуться к власти. У МЕРЕЦа достаточно стабильный электорат (впрочем, как и у арабов). Их избиратель будет с ними всегда, лишь частично перетекая в смежные левые партии и обратно. Вместе с отдельными политиками.
Так, «архитектор Осло» Йоси Бейлин, достигший своих главных высот в «Аводе», в период упадка родной партии вышел из нее и вскоре возглавил МЕРЕЦ.
Яэль Герман сделала политическую карьеру в МЕРЕЦе, но перешла в «Еш атид», получив почетное третье место в списке Лапида, а затем и пост министра здравоохранения. Некоторые наиболее яркие депутаты от «Аводы» (нынешнего «Сионистского лагеря») по взглядам, высказываниям и поведению – чистые мерецники, но пока парламентская скамья в Сионлаге длиннее, чем в МЕРЕЦе, им на ней просторнее.
Если ситуация изменится (а так оно и будет на следующих выборах) – перейдут без всякой ломки, не испытывая никаких неудобств. Массово перетекает сегодня от «Аводы» к «Еш атиду» ее электорат.
Все это миграции внутри лагеря – как рыбные косяки в одном пруду. На общее количество избирателей, готовых голосовать за левых, это никак не влияет. Разве что прибьются те, кто готов обманываться предвыборной риторикой, как уже было, когда, например, Эхуд Барак в 1999-м собирал голоса, глубоко упрятав свою левизну под боевым прошлым, и тут же вытащил ее, едва став премьером.
Тот же трюк почти с тем же эффектом совершили Эхуд Ольмерт и Ципи Ливни в 2005-м.
Разве можно было за предвыборной риторикой разглядеть их последующую левизну? А нужно было.
Готовым и впредь обманываться надо в качестве сыворотки правды смотреть на МЕРЕЦ. Многие склонны не замечать эту маленькую теперь партию, считая их смешными маргиналами.
Неправильный взгляд. На МЕРЕЦ надо смотреть не в отдельности, а как на часть системы сообщающихся сосудов, чем и является левый лагерь. Перетекание из одного в другой (как политиков, так и электората) – не случайное явление, а условие существования. Или – энергии, если вспомнить значение слова «мерец». Так они сохраняют общую массу и общую силу.
МЕРЕЦ – не ошметки безбашенных леваков. Она - их квинтэссенция.
Все, к чему стремятся левые и чем они неизбежно становятся, но боятся признаваться заранее, МЕРЕЦ демонстрирует с предельной честностью.
Все, что мы хотим знать про них, можно увидеть по этой партии.
Вот почему шансов на возвращение к власти у левых нет. По существующему раскладу, никакая левая партия, даже называющая себя «партией центра», не сможет сформировать коалицию, не пригласив в ее состав либо арабов, либо МЕРЕЦ, а то и обоих.
Про первых все понятно, да они и сами не пойдут. Должно быть понятно и с МЕРЕЦом. На любой намек союза с ней должна последовать «красная карточка» от избирателей.
Так что, когда вас в следующий раз перед выборами будут пугать левой угрозой, - не бойтесь. Ее нет, она – между стульев, как МЕРЕЦ на голосовании в минувшую среду.
* * *
Владимир Бейдер
«9tv»