Китайская экспансия может проходить по нескольким сценариям
На вид такая «мирная армия»... (Фото: «Nautilus»)
Центральная Азия – совершенно естественное и очевидное направление китайской экспансии («Острые углы Шелкового пути»). Причин для этого множество.
В контекстеВзяты в пленум Многие явления, в которых обвиняют Си его зарубежные критики, на самом деле имеет более глубинные причины, чем стилистика правления властолюбивого генсека, а многие элементы его курса – лишь последовательное воплощение идей, которые в китайском руководстве являлись и являются предметом негласного консенсуса.
Страны региона – бывшие советские республики, не такие устоявшиеся, как большинство других. Поэтому лишать их независимости (особенно де-факто) гораздо проще, чем в иных потенциальных случаях.
Они малонаселенные, по крайней мере в сравнении с Китаем, поэтому легко поглощаются демографическим путем.
Они владеют огромными запасами различных полезных ископаемых, но экономики, построенные на природных богатствах, весьма слабы. Поэтому завоевывать их экономическим путем для Китая, во-первых, очень выгодно, во-вторых, просто.
Кроме того, центральноазиатские республики имеют незначительный либо ничтожный военный потенциал, который для гигантской НОАК не проблема.
В чисто географическом плане регион представляет собой огромный естественный мост из Китая в Европу (коей официально является часть Казахстана, расположенная к западу от реки Урал) и на Ближний Восток. Кроме того, он обеспечивает выход в «мягкое подбрюшье» России от Астрахани до Барнаула.
Поэтому Центральная Азия исключительно важна для реализации стремительно растущих геополитических амбиций Китая, особенно для строительства «Одного пояса – одного пути».
Экономическая и демографическая экспансия КНР идет давно и весьма успешно.
Для нее Пекин уже приспособил, в частности, структуры ШОС («Организация содействия китайской экспансии»). Поэтому, вполне вероятно, военные усилия Китаю вообще не понадобятся. Но исключать, разумеется, ничего нельзя.
Армии Таджикистана и Киргизии («Потешная гвардия») настолько слабее НОАК, что их нет смысла брать в расчет. Проблемой для китайцев здесь может стать лишь высокогорье Тянь-Шаня и Памира. Но при имеющемся соотношении сил не помогут никакие горы.
Тем более что в Киргизии и Таджикистане уже и так множество китайцев (пока как бы гражданских). Душанбе как член «Урумчийской четверки», возможно, уже дал добро на размещение китайских военных объектов.
ВС Казахстана («Лицензия на стабильность») – сильнейшие в Центральной Азии. Правда, против них Китаю вполне хватит сил из состава Западного командования и Синьцзянского ВО НОАК.
Тем не менее казахстанская армия может создать китайцам хоть какие-то проблемы. К тому же весьма велика территория республики, ее оккупация сама по себе займет время.
Ситуация для потенциальных агрессоров и здесь осложняется рельефом местности. Из Китая в Казахстан имеются лишь достаточно узкие проходы. Северный – вдоль реки Черный Иртыш, вокруг озера Зайсан, которое становится серьезным препятствием для наземных сил вторжения.
Далее к югу – Джунгарские ворота. В августе 1969-го НОАК уже попробовала через них пройти, что привело к бою у озера Жаланашколь («Как Китай помог Германии захватить советский газовый кран»). Препятствиями для наступающих здесь станут озеро Алаколь, а затем огромный Балхаш. Самым южный и наименее удобный – проход вдоль реки Или, которая затем впадает в Балхаш.
В контекстеПерегибы Шелкового пути Уехать куда-либо без ведома и разрешения госорганов сейчас в Синьцзяне невозможно. Это касается и передвижений даже внутри Китая. Чиновники местных администраций регулярно совершают обходы квартир, проверяя, на месте ли все прописанные.
Условия местности позволяют организовать во всех указанных районах достаточно сильную оборону и нанести интервентам ощутимые потери. Тем не менее победу казахстанской стороне это не обеспечит, просто отсрочит поражение.
Артиллерия и авиация (при необходимости ракетные войска) НОАК рано или поздно пробьют любую оборону, а безразмерные механизированные части и соединения обойдут любые искусственные и естественные преграды и вырвутся на оперативный простор, где остановить их уже не будет никакой возможности. Если же Китай предварительно возьмет под контроль территорию Киргизии, это облегчит НОАК путь в Казахстан в обход всех вышеописанных узких мест.
После чего появление китайских войск в Европе станет делом одной-двух недель.
ВС Узбекистана («Многовекторный тупик») и Туркмении («В плену нейтралитета») сильнее таджикских и киргизских, но слабее казахских. Впрочем, если остальные страны региона падут под китайскими ударами, у Ташкента и Ашхабада вряд ли возникнет желание сопротивляться.
Тем более что эти две страны не входят ни в какие военные блоки и не имеют ни формальных, ни реальных союзников, спасать их некому даже теоретически.
Казахстан, Киргизия и Таджикистан – члены ОДКБ («ОДКБ для России – музей Советского Союза»). Союзники у них есть. Главный из них – Россия, в регионе развернуты наши войска.
«По совместительству» она «стратегический партнер» Китая. Соответственно Москве надо будет делать выбор между союзниками. Впрочем, вряд ли хоть кого-нибудь в России обрадует появление НОАК в Европе – под Астраханью и Волгоградом, а также под Челябинском, Тюменью, далее везде. И придется принимать решения очень тяжелые и неприятные. Но это будет уже совсем другая история.
Впрочем, если китайцы придут под Астрахань и Волгоград мирным путем (что, надо сказать, гораздо вероятнее варианта военного), Москва вряд ли сможет этому хоть как-то воспрепятствовать.
Тем более она не помешает бескровному проникновению Китая в страны Центральной Азии, не граничащие с Россией. А последствия будут, в общем, одинаковыми. И весьма печальными.
Заголовок газетной версии – «Граница с КНР – под Астраханью?».
Продолжение темы – «Китай и Россию сближает угроза гибридной войны».
* * *
Александр Храмчихин
- заместитель директора Института политического и военного анализа
«Военно-промышленный курьер»