Враги и их общий знаменатель
В Питере до пандемии процветал необычный ресторан: там каждый вечер наступало 31 декабря. Он так и назывался: «Новый год». Многим нравилось: Дед Мороз, Снегурочка без ограничений, мордой в салат – без необходимости поиска повода или причины, стабильность и предсказуемость.
Примерно та же история с Афганистаном. Та же «Здравствуй, ****, Новый год!» Только цикличность иная.
В контекстеАфганистан после США США явно теряют интерес к Ближнему Востоку и примыкающему к нему Афганистану. Полностью его они, конечно, не утратят – слишком важно соседство этой части Евразии с Россией и Китаем. Но Вашингтон больше не будет брать на себя ответственность за ситуацию на земле.
В Афганистане идёт межнациональная война, ошибочно именуемая гражданской. Идёт уже полвека, с тех пор, как в 1973 году двоюродный брат короля Захир Шаха при поддержке левого офицерья сверг кузена. Захир Шах, в точности, как последний президент страны, отрёкся от престола, мотивируя капитуляцию нежеланием проливать афганскую кровь.
Впрочем, он, возможно, просто устал королевать: на престол он воссел в один год с Гитлером. Тем более что и напрягаться ему особо не пришлось: он как раз отдыхал с семьёй в Италии, там и остался. Мухаммед Дауд стал президентом. Страна не колыхнулась: член королевской семьи перехватил власть, обычное дело.
Дауд выступил с программой, в которой выдвинул задачу полного реформирования общества. Для начала почему-то отменил суд и Королевский совет.
В экономике была поставлена цель укрепить роль госсектора, осуществить земельную реформу «в интересах большинства народа». В социальной области – улучшить условия труда, ввести всеобщее бесплатное начальное образование, содействовать «развитию прессы и демократических изданий», обеспечить равные права женщин. Короче, не зря его называли в народе красным принцем.
Кстати, по отношению к конкурентам он тоже действовал без монархических сантиментов: рубил головы направо и налево, давил танками, бомбил с воздуха и взрывал напропалую. Будто был двоюродным братом Троцкого.
В конкурентах, скажем прямо, нехватки не было. Дело в том, что новый монарх, пусть и в кавычках, опирался на очень узкий круг сторонников. В своём правительстве Дауд сам занял посты премьер-министра, министра обороны и иностранных дел. В состав правительства вошли ещё четыре офицера – сторонники крыла Парчам НДПА (кто помнит эти чёртовы буквосочетания?!). Остальные посты президент распределил между родственниками и клиентами.
Дальше пошла жара, та самая, что держит страну на огне гражданской войны уже 50 лет. Власть атаковали слева и справа. Коммунисты и исламисты, монархисты и радикалы.
Первый большой заговор раскрыли уже через месяц после переворота. Его главарь, разумеется, покончил с собой в тюрьме.
Второй переворот планировался на декабрь, через три месяца после свержения короля. Там тоже одни настучали на других и как-то самоубились, все остальные бежали в Пакистан. Среди бежавших окажутся полевые командиры, дравшиеся потом с советскими и с талибами, и с американцами: Гульбеддин Хекматияр, Ахмад Шах Масуд, Мохаммад Раббани.
Теперь они уже всегда будут в деле. Как и всегда, за повстанцами будет стоять Пакистан.
Ресторан «Новый год» открылся тогда и больше уже не прерывал работу. Понятное дело, Дауда свергли. Естественно, те же, кто его привёл к власти – красные. Для этого крыло Парчам под давлением Кремля на время объединилось с крылом Хальк всё той же Народно-демократической партии Афганистана (НДПА).
Непосредственным толчком к свержению режима Дауда послужило убийство одного из лидеров Парчам Мир Акбара Хайбара 17 апреля 1978-го. Его похороны превратилась в политическую манифестацию. Её возглавили лидеры НДПА, которые обвинили режим в убийстве видного марксиста.
В ответ Дауд отдал приказ об аресте руководства партии, и 26 апреля семь её руководителей, в том числе Нур Мохаммад Тараки и Бабрак Кармаль, оказались в тюрьме.
Всё могло ещё сложиться удачно – и эта парочка, по доброй традиции, покончила бы жизнь традиционным для противников Дауда самоубийством. Но Апрельская революция – чтоб ей! – уже стучала в стены Президентского дворца. Танковой бригадой, что его охраняла, командовал офицер из Парчама. Гвардией Дауда тоже. Авиация оказалась на стороне Парчама.
Также по темеРИА «Новости» Огненный «Шторм». Почему дворец Амина не устоял перед спецназом КГБ «Газета.ru» «Уничтожить любыми средствами»: как взорвали статуи Будды в Афганистане «Germania.one» В Берлине афганцы убили сестру за то, что она жила как немка « Как сообщает www.germania.one
Всё случилось быстро: Дауда и семью пристрелили, завернули в ковры, вывезли из Кабула и закопали, не оставив меток.
Очень скоро похожий сценарий вымел из дворца Тараки (его, как императора Павла, придушили подушкой), затем убийцу Тараки – Хафизуллу Амина.
Этого вынесли уже советские: сначала тогдашние петровы-бошировы его отравили, но советские же врачи, не знавшие о приказе, вкололи антидот; после послали на штурм Дворца «Альфу», она там всех, кто попал под руку, перебила, в том числе малолетнего сына Амина.
Единственным выжившим в этом ряду камикадзе оказался хитрый Кармаль. Он с первых дней у власти ушёл в запой и не выходил из него до смерти.
В коматозном состоянии его заменили главой афганского гестапо Наджибом. (Его, кстати, в первом сезоне этого сериала талибы повесили в Кабуле.)
А вот Кармаль открутился от своей участи с помощью русской водочки. Он спился на подмосковной вилле и мирно умер в апартаментах на Ленинском проспекте от цирроза печени.
Бабрак был похоронен в Хайратоне и после смерти удостоился очень необычной чести. Пришедшие к власти в сентябре 1997 года талибы добрались и до его могилы. Они собирались выкинуть тело в реку, но, вскрыв гроб, испугались не на шутку: экс-лидер страны лежал нетронутый тленом. Советские специалисты из московской ЦКБ знали толк в бальзамировании. Талибы заорали: «Святой!» – и в страхе зарыли могилу…
А гражданская война между тем продолжалась. Ушли советские, остались афганские, Наджиб стал Мохаммадом Наджибуллой, но ни его, ни власть талибы не пощадили.
Пришли в Кабул талибы – национальные полевые командиры взялись штурмовать город и взрывать всё, до чего можно дотянуться. Власть радикальных исламистов ни дня не была полной, легитимной и мирной. Они воевали до взятия Кабула и после того, как столица перешла к ним.
Чуть позже мы узнаем, что 20 лет под американцами наверняка окажутся лучшими в новейшей истории Афганистана. Война, конечно, не прекращалась и на день. Но на этой земле другого и не ведают.
Со всем тем, американцы и союзники воевали не так, как советские. Не было зачисток целых районов, сожжённых деревень, ковровых бомбардировок. Конечно, периодически лётчики и навигаторы ошибались – бомбы сыпались на мирных жителей. (Хотя мирные жители Афганистана – это некий фантом. Откуда там быть непричастным после четырёх десятилетий гражданской войны?!)
Воевали все и со всеми, но при американцах женщинам, детям и инвалидам доставалось меньше, чем при советских. Оружие стало точнее и умнее, да и правила изменились.
В контекстеАфганистан: вывод сил НАТО После того как «Талибан» захватил под контроль погранзаставу Шерхан-Бандар на территорию Таджикистана отступило более 130 афганских военнослужащих. Аналогичная ситуация произошла в районе Шортепа, когда 50 афганских военных отступили на территорию Узбекистана.
Но гражданская, как её называют иностранцы, война и тогда всё равно не знала пауз.
Потому что её топливо – давний межнациональный конфликт. Надо помнить, что талибы – этнически в основном пуштуны. Пуштуны – это почти половина населения страны, 42 процента или около того. И за ними Пакистан.
А есть ещё таджики. Их почти треть в стране. И они воины, а не дворники или таксисты, как могло бы показаться россиянам. Талибы для них – исконные враги. А дальше идут хазарейцы, узбеки, туркмены…
У каждого народа – свои командиры, базы, земли, патроны и покровители. И каждый хочет в Кабул, как тот мальчик из песни про Тамбов.
Пока был общий враг – они моджахеды, сунниты, мусульмане, афганцы. С прошлой недели они – жёсткие конкуренты.
Впрочем, и под ними есть один общий знаменатель. Говоря словами Арафата, матка афганской женщины. Той самой – забитой, несчастной, запакованной и униженной. И она – основа всех афганских побед. Под бомбами и обстрелами, без медицины, еды, воды и покоя эта матка выдаёт по 7,5 ребёнка на семью (в Европе – 1,6). Десятилетие за десятилетием.
Вы знаете, как велико было население Афганистана в 1979 году (тогда прошла единственная нормальная перепись)? 13,5 млн человек.
Вы помните, что случилось с этой страной за следующих 40 лет. И какова оценка численности афганцев на 2019 год? 34 млн.
Всё понятно? У афганского ресторана «Новый год» дефицита посетителей не будет. И, кстати, таджики растут быстрее пуштунов. Соотношение 40:30 меняется не в пользу «Талибана». Так что талибы могут не расслабляться. Как и все мы.
* * *
Арсений Каматозов
«Русская Германия»