Сможет ли Россия сохранить пилотируемую космонавтику
Международную космическую станцию планируется эксплуатировать как минимум до 2030 года, заявил 5 апреля руководитель полета российского сегмента МКС Владимир Соловьев.
Окончательное решение по этому вопросу предстоит принять в ближайшие месяцы на уровне «Роскосмоса» и NASA. При этом в свете новостей о нарушении герметичности российского модуля «Звезда» рассматривается несколько вариантов развития событий.
И в худшем из них, по словам экспертов, Россия вовсе лишится возможности отправлять своих космонавтов на орбиту.
«Профиль» разбирался в тревожной ситуации, сложившейся накануне 60-летия исторического полета Юрия Гагарина.
В ожидании «Науки»
Участие в Международной космической станции (МКС) – главная опора российской космонавтики сегодня. И важнейшие новости в юбилейном году будут связаны с МКС. На станцию наконец должен отправиться лабораторный модуль «Наука».
Строить его начали в середине 1990-х, а пристыковать к российскому сегменту планировали не позднее 2007-го.
Затем в конструкции обнаружился брак (загрязнения в топливной системе), потребовались ремонт и модернизация.
В 2019 году глава «Роскосмоса» Дмитрий Рогозин сообщил, что «Науку» нужно запустить до лета 2020-го, иначе «придется все перебирать» из-за истечения срока годности узлов.
То есть модуль выработал свой ресурс, еще стоя на земле.
И стоит до сих пор: ориентировочно запуск состоится в июле, но дата будет уточняться после завершения испытаний.
Если все пройдет успешно, через несколько месяцев после «Науки» будет запущен узловой модуль «Причал». В планах также фигурирует Научно-энергетический модуль. Контракт на его постройку был заключен в 2012 году, вывод планировался в 2016-м. Сейчас называется другой срок: 2024 год.
План трещит по швам
Таким образом, с задержкой на 10–15 лет Россия приближается к достройке своего сегмента МКС. Не поздно ли? Официально срок эксплуатации станции истекает в 2024 году. Предполагалось, что он будет продлен до 2028-го.
Но об этом России еще предстоит договориться с США, которым принадлежит большинство модулей МКС.
Во-первых, в атмосфере упреков и санкций на земле дружить в космосе все труднее. Во-вторых, в ближайшие годы американцы сконцентрируют усилия на Луне (программы «Артемида» и Lunar Gateway), и околоземная орбита станет им менее интересна.
Запасной вариант – отстыковка российского сегмента от МКС и формирование на его основе новой орбитальной станции. Но тут могут вмешаться непредвиденные обстоятельства. В 2019 году на МКС зафиксировали утечку воздуха, а спустя год определили ее причину – трещины в обшивке российского модуля «Звезда». Дмитрий Рогозин признал, что МКС «пора на пенсию», а в РКК «Энергия» спрогнозировали «лавинообразный выход из строя» ее элементов после 2025 года.
В марте стало известно, что речь идет уже о том, как дотянуть станцию до конца текущего срока: между россиянами и американцами нет согласия, как предотвратить расползание трещин. Официальные переговоры между «Роскосмосом» и NASA должны начаться в мае.
Орбитальный переезд
Есть и третий вариант – строительство совершенно новой станции на высокоширотной орбите. В конце прошлого года такой вариант предложила РКК «Энергия».
В феврале название «Российская орбитальная станция» промелькнуло в документах, публикуемых «Роскосмосом» на сайте госзакупок. Других деталей пока нет.
«Высокоширотная станция – здравая идея, – комментирует «Профилю» историк космонавтики Вадим Лукашевич. – МКС вращается вокруг Земли так, что северные широты – все, что выше Москвы, – с ее борта не видны. С новой станции можно будет мониторить всю Россию, включая Арктику и Севморпуть – стратегически важные регионы.
Проблема в том, что российские модули МКС на новую орбиту переместить нельзя, так как у них нет двигателей.
А способны ли мы создать новую станцию? Когда СССР строил «Мир», на орбиту выводилось по одному крупному модулю в год. Но это СССР на пике могущества, совершавший по 100 запусков в год. А мы одну «Науку» строим 20 лет. Судите сами».
«Только на поддержание российского сегмента МКС в год уходит примерно $400 млн, 25–30% бюджета «Роскосмоса», – развивает тему руководитель Института космической политики Иван Моисеев. – Для новой станции потребуются суммы другого порядка.
В Федеральной космической программе на 2016–2025 годы они не заложены. Видимо, предполагалось, что МКС будет работать после 2025-го.
В итоге производство новых орбитальных модулей в Центре Хруничева было закрыто, и, если сейчас принимать решение о новой станции, несколько лет уйдет только на перезапуск мощностей».
Куда летим?
Теоретически можно пойти по простому пути: сделать новую станцию беспилотной. «В пользу этого решения есть аргумент: с начала 1970-х люди выжали все из присутствия на околоземной орбите, – рассуждает Лукашевич. – Теперь можно оставить мониторинг Земли автоматическим аппаратам, а самим двигаться на Луну и далее. Но проблема в том, что Россия пока не двигается, так что без орбитальной станции нашим космонавтам вообще некуда будет летать».
«Если дело пойдет к завершению работы МКС в 2024 году и ее затоплению, нам придется надолго сворачивать пилотируемую космонавтику, – подтверждает Моисеев. – Надо было раньше принимать решения».
Стоит ли запускать в этой ситуации модуль «Наука»? В составе МКС он, похоже, просуществует недолго.
«Из-за выявленных загрязнений и ремонта «Наука» перестала быть дозаправляемой, поэтому в качестве базового блока новой станции не годится, – утверждает Моисеев. – Что с ней будут делать, вопрос открытый. Увы, если создавать космические аппараты с такими задержками, на момент пуска они будут не нужны».
* * *
Иван Дмитриенко
«Профиль»