Что сейчас самое важное
Александр Непомнящий отвечает на некоторые актуальные вопросы.
I. Беннет правее Нетаниягу?
В контекстеСкажи мне, кто твой советник… Нынешние советники Саара, оказавшиеся не особо успешными во вбивании клина между Трампом и республиканскими избирателями, откровенно презирали тех, на кого была нацелена их деятельность.
Став частью коалиции, Беннет, окажется связан её сдержками и противовесами и ограничен в продвижении правой повестки дня точно так же, как и Нетаниягу.
При этом, те стороны его характера, в которых он явно проигрывает Нетаниягу, например, порывистость и подверженность сиюминутным тенденциям, будут уменьшать его способность продвигать собственную правую линию.
Беннет может стать хорошим подкреплением справа лишь в коалиции с Нетаниягу.
В альтернативной же коалиции — в союзе Лапида, Саара, Либермана и радикально левых или ультраортодоксов, он окажется в буквальном смысле пятым колесом, напрочь лишённым реального влияния.
II. Саар правый?
Личные взгляды Саара (как, к слову, и прочих представителей его списка) вторичны по отношению к избранной им политической позиции.
Саар выступает, как центрист, опирающийся на левые голоса.
Поскольку возможность коалиции с Нетаниягу он отверг, ему придётся лавировать вместе с левыми, а потому ждать от него большей «правизны», чем от Нетаниягу не стоит.
При этом он менее талантлив, чем Нетаниягу, как государственный деятель, дипломат и экономист и не имеет международного статуса, а это в данный момент, учитывая вызовы, стоящие перед Израилем – экономические, военные и дипломатические, более чем важные умения.
III. Нетаниягу не правый?
В контекстеБеньямин Нетаниягу, COVID и израильская пресса Чем успешнее Нетаниягу борется одновременно с эпидемией внутри Израиля и с арабским бойкотом на международной арене - тем большее негодование он вызывает у ряда своих соотечественников - среди них, кроме Штрасслера и других одиозных левых журналистов, ныне оказались бывшие соратники Биби Нафтали Беннет, Зеэв Элькин и Гидеон Саар.
Нетаниягу успешно создал и продолжает формировать стратегическую правую повестку дня, даже несмотря на то, что он не выполнил часть своих конкретных тактических обещаний.
Его политика, по сути, уничтожила левую парадигму, а вслед за ней и сам левый лагерь как реальную политическую альтернативу.
Поскольку Нетаниягу показал, что можно проводить правую политику без войн, без бойкотов Израиля и без обрушения экономики.
Его политика, фактически, уничтожила идею «государства для палестинских арабов» как первоочередную, требующую немедленного решения путем создания полноценного (а не «условного») государства и ценой колоссальных уступок.
Его политика убедила лагерь суннитских государств в преимуществе сотрудничества с Израилем, даже в ущерб поддержке палестинских арабов.
Его политика приблизила реализацию суверенитета в Иудее и Самарии, превратив в легитимную политическую идею, получившую в обществе широкую поддержку.
Заявление, будто бы «Нетаниягу предпочел нормализацию суверенитету, то есть, левую идею правой» — ошибочно, поскольку на деле никакого противопоставления нет.
Напротив, нормализация стала подкреплением правой идеи, наглядно показав, что левые лозунги про «сначала палестинские арабы, и только потом региональный мир» несостоятельны.
Кроме того, она не только нейтрализовала левую мантру про «мир возможен только ценой территориальных уступок палестинским арабам», но в значительной мере подвигнула суннитские страны «закрыть глаза» на реализацию наших интересов в Иудее и Самарии.
Осознав, насколько отношения с Израилем им важнее палестинских арабов, эти страны больше не требуют прекратить строительство в Иудее и Самарии, не выступают с осуждением «апартеида», и, возможно, в конечном счете не будут против осуществления там, по крайней мере, частичного суверенитета.
Его политика вывела Израиль в ранг сильных государств, сделала региональной державой. Теперь ЕС и демократам гораздо сложнее навязывать нам политику извне.
В контекстеРозовые иллюзии и серая реальность Вообще по мне подобные скачки, из минпроса в Кирию (минобороны), вызывают в памяти фразу Бисмарка о том, что войну против Франции выиграл школьный учитель: осталось только найти ту выигранную Беннетом войну.
Наконец, нагло сшитые против Нетаниягу дела выявили для многих порочность юридической системы.
Даже при том, что сам он прямо с ней не боролся, косвенно его личная история стала частью борьбы с этой системой. Множество людей прежде не обращавшие на это внимание увидели, как она работает, как кланы чиновников и политических радикалов навязывают свою повестку вопреки выбору общества.
До сих пор эта опасность осознавалась лишь узким кругом людей, теперь об этом заговорили все.
Иными словами, даже не ведя открытую борьбу с системой, Нетаниягу сумел поставить на общественную повестку дня необходимость ее реформирования.
IV. Что сейчас самое важное?
Важнейшей на сегодня стоящей перед Израилем задачей является противостояние трём главным угрозам:
— крайне враждебной администрации США,
— экономическим последствиям эпидемии и
— иранской ракетно-ядерной программе.
В прошлом именно Нетаниягу доказал, что способен минимизировать потери в подобных кризисных условиях. Остальные же, его конкуренты, напротив, показали, что скорее не пригодны к подобным испытаниям, поскольку не обладают ни необходимым опытом, ни способностями.
А потому для того, чтобы уберечь Израиль от понуждения к территориальным и политическим уступкам несовместимым с дальнейшим существованием страны, от краха экономики и от возникновения перманентной угрозы ядерного удара, важно обеспечить создание правой коалиции во главе с Нетаниягу.
* * *
Александр Непомнящий
«Израиль. Реперы бытия»