Бразильский поворот
Более года во главе Бразилии стоит Жаир Болсонару. Именно бразильский президент выступает флагманом «правого поворота» Латины. В госуправлении и экономике, социальной сфере и культурном измерении. Проявляется это и на внешнеполитическом поле.
В бразильской дипломатии происходят серьёзные изменения политико-идеологического плана.
В контекстеЧто происходит в Латинской Америке? Латиноамериканские левые исторически тесно связаны с Россией и некоторыми исламистскими / антиизраильскими движениями (тогда как Израиль это близкий друг и союзник нашего региона) любят грязные методы и являются сторонниками антиамериканизма, что в контексте Латинской Америки является вредным абсурдом.
С самого начала Болсонару заявил о готовности активно поддержать Вашингтон против «социалистической оси». Новая бразильская администрация приветствовала отказ эквадорских властей от «социализма-XXI» времён Рафаэля Корреа и вызвалась кредитовать реформаторское правительство.
Бразилия решительно поддержала восстание Боливии, приведшее к отставке Эво Моралеса. Болсонару и его министры жёстко критикуют кубинские и никарагуанские порядки, обвиняют режимы Кастро и Ортеги в диктаторском правлении и нарушениях прав человека.
Бразилия однозначно возглавляет группу латиноамериканских стран, поддерживающих в Венесуэле лагерь демократической оппозиции во главе с Хуаном Гуайдо.
«Для Мадуро нет места на празднике демократии. Все страны мира должны объединиться, чтобы освободить Венесуэлу», – говорит министр иностранных дел Бразилии Эрнесту Араужу.
В конце февраля Араужу и госсекретарь США Помпео выступили с совместным обращением. От имени Бразилии и США они потребовали от РФ и КНР прекратить военную, политическую и финансовую помощь режиму Николаса Мадуро.
Хотя направить бразильских военных на восстановления венесуэльской демократии Болсонару пока не готов.
Консерватизм XXI века – путеводная звезда политики Жаира Болсонару. Бразильские правые призывают к консолидации всего консервативного движения Западного полушария.
По их инициативе ещё в ноябре 2018 года, даже до инаугурации Болсонару, состоялся первый Консервативный саммит Америк. Форум выразил солидарность с внешней политикой Соединённых Штатов и лично с Дональдом Трампом.
После вступления Болсонару в президентскую должность курс на стратегический союз с США был однозначно подтверждён. Причём ради союза с США, отмечает бразильский политолог Марселу Безерра, «Бразилиа вынуждена пойти на серьёзные уступки во внешнеэкономическом плане, приняв тарифные требования и ограничения, навязываемые Вашингтоном».
Но идеологическая составляющая для Болсонару важнее. Ибо, по его словам: «Соединённые Штаты были и остаются естественным лидером свободного мира».
Пожалуй, Жаир Болсонару по своей идейной мотивированности больше подходит в лидеры свободного мира, чем Дональд Трамп…
В контекстеУвижу ль я Бразилию… Что действительно его объединяет с Трампом, так это всеобщая ненависть леволиберальных СМИ, которые рассматривают каждое высказывание Болсонару под микроскопом, и воют над «несчастной Бразилией» как над телом родимого усопшего.
При таком раскладе более чем логично, что бразильская дипломатия видит своими союзниками в испаноязычной Америке такие страны, как Колумбия и Чили. Восстанавливается альянс с Парагваем, где у власти правые наследники Альфредо Стресснера, большого друга Бразилии.
Борьба за влияние на Парагвай издавна являлась конфликтным участком отношений Бразилии с Аргентиной, главным конкурентом в региональной геополитике.
Между Бразилиа и Буэнос-Айресом вообще грядут большие сложности после поражения на последних аргентинских выборах праволиберала Маурисио Макри, являвшегося союзником Болсонару (хотя правизна взгляды Макри гораздо умереннее, чем бразильского лидера).
«Аргентинцы сделали плохой выбор», – заявил Болсонару после подведения итогов голосования, принесших победу неоперонистам. В какой-то мере аргентинскую неудачу компенсировали выборы в Уругвае, где неожиданно победил консерватор Луис Альберто Лакалье Поу.
В отличие от времён правления Лулы и Дилмы, сегодня Бразилия гораздо сдержаннее относится к межгосударственным интеграционным организациям типа БРИКС. Сам Болсонару ещё в период избирательной кампании дал понять, что сохранит участие Бразилии, но ровно настолько, насколько это будет соответствовать её национальным интересам.
Заметны перемены бразильской внешней политики и на «внерегиональных» направлениях. Похоже, нынешние власти прагматичнее предшественников смотрят на перспективы участия в Совете Безопасности ООН в качестве постоянного члена. Зато готовы активнее действовать в отношении «поднимающихся» азиатских держав, например, Индии.
Особо подчёркивает Болсонару важность японского направления.
Качественно пересматривается ближневосточная политика Бразилии. Президент Болсонару вслед за американским коллегой принял решение перенести бразильское посольство в Государстве Израиль из Тель-Авива в Иерусалим.
Министр Араужу не раз высказывался в том смысле, что Израиль – страна, очень близкая Бразилии.
В контекстеНикарагуа: кресла под супругами шатаются Глава государства находится у руля правления три срока подряд по 5 лет, не считая переходного этапа после падения диктатуры и первого демократического мандата. И продолжает цепляться за власть. На всякий случай подключил супругу. Люди устали от этой пары, требуют фундаментальных перемен.
Отдельная и весьма любопытная тема – отношение к Китаю. По очень многим компонентам КНР превратилась в ведущего внешнеторгового партнёра «южноамериканской сверхдержавы». Продвигаясь в президенты, Болсонару обещал «поставить заслон на пути красной экспансии» – ограничить активность китайских компаний в Бразилии.
Однако в прошлом году Болсонару посетил Пекин с иными словами: «Китай – великая держава, которая играет решающую роль в мире». Торговое сотрудничество с Китаем, по оценке Болсонару, приоритетно для Бразилии.
Разумеется, теперь нет и речи о бразильско-китайском политическом сотрудничестве. Тем более, об идейной близости.
Однако заметим, что для того же Трампа китайская опасность носит прежде всего экономический характер. Но эксперты не видят причин удивляться «оппортунизму» Болсонару в на этом направлении.
Ведущие промышленные и сельскохозяйственные корпорации Бразилии просто не могут развиваться без контрактов с китайской стороной.
Российское экономическое присутствие для Бразилии не столь важно, как китайское. Хотя со стороны президентской команды Болсонару и звучат ритуальные пожелания «укреплять отношения, прежде всего в экономической сфере».
Однозначно, Бразилиа больше не союзник Москве, как при прежних администрациях. Жаир Болсонару негативно оценивает реальную роль Кремля в мировой политике.
Бразилия не признаёт присоединения Крыма к РФ (на это, впрочем, не рискнула пойти и Дилма Руссеф). Довольно жёстко бразильская дипломатия оценивает действия РФ в Сирии. Наряду с политикой иранских аятолл.
Ввязаться в войну за Атлантикой кремлёвские «новые дворяне» пока не успели. Но очевидна их ставка на «коммуно-социалистические» режимы Кубы, Венесуэлы и Никарагуа. То есть, именно на те правительства, которые наиболее враждебны нынешней крайне правой Бразилии.
А Жаир Болсонару явно не из тех политиков, которые склонны подобное прощать.
* * *
Роман Рудин
- специально для «В кризис.ру»
«В кризис»