Пекин должен раскрыть истинный уровень своего ВВП, а также размер напрасно потраченных инвестиций.
19-й Съезд Коммунистической партии Китая, закончивший свою работу в прошлом месяце, указал на то, что новая администрация Си Цзиньпина будет сдерживать рост долгов за счет отказа от долгосрочных экономических целей страны, а также за счет снижения показателей увеличения валового внутреннего продукта.
Как правило, аналитики исходят из того, что представленные изменения параметров ВВП отражают движение в области жизненного уровня и уровня производительности. Однако в Китае ситуация другая. От местных правительств ожидают роста расходов на любую необходимую величину для обеспечения выполнения поставленных перед страной задач, и делается это независимо от того, является ли этот путь эффективным, или нет.
В контекстеДоложили расстановку Теперь Си уже не первый среди равных и не CEO China Inc., а сильный император, который после двух слабоватых предшественников восстанавливает позиции своей красной династии. Главный вопрос в том, будут ли следующие пять лет посвящены еще большей консолидации режима или Си использует свою власть для проведения назревших реформ.
Рост ВВП — это не то же самое, что рост экономики. Рассмотрим в качестве примера две завода, которые имеют одинаковую стоимость их строительства и производственной деятельности. Если первый выпускает полезные товары, а второй производит ненужные товары, заполняющие его складские помещения, то только первый будет способствовать росту соответствующей экономики. Однако оба завода будут обеспечивать рост ВВП и будут делать это одинаковым образом.
Вместе с тем, большая часть экономик в мире имеют в своем распоряжении два механизма, применение которых направлено на то, чтобы данные ВВП соответствовали общим экономическим показателям. Во-первых, это строгие меры бюджетного ограничения, устанавливающие лимиты для бюджета и выталкивающие из экономики компании, впустую использующие инвестиции, еще до того, как они будут в состоянии серьезно исказить экономику.
Во-вторых, это фактор рыночного ценообразования при подсчете ВВП, который состоит в следующем: если списываются плохие долги, вызванные впустую потраченными инвестициями, то тогда компонент ВВП на основе добавленной стоимости и общие показатели роста сокращаются.
Но в Китае ни один из этих механизмов не работает. Плохие долги не списываются, а правительство не получает жестких бюджетных ограничений. Именно правительственный сектор несет основную долю ответственности за ошибочное направление инвестиций, столь характерное для недавних показателей роста китайской экономики.
Последствия очевидны, даже если большинство экономистов удивительным образом отказываются их признавать. Любой человек, верящий в существование значительного количества впустую потраченных инвестиций в Китае, должен признать, что представленные показатели роста ВВП завышают данные о реальном увеличение богатства за счет отказа признать существующие плохие долги. Если бы они были корректным образом списаны, то, по некоторым оценкам, рост ВВП Китая оказался бы ниже 3%.
Исторические прецеденты дают представление о возможной величине подобного завышения. Так, например, японская экономика в 1980-е годы имела искажения, похожие на нынешние китайские. Хотя они не были даже близко столь же экстремальными, Япония, тем не менее, страдала от очень низкой доли потребления в ВВП, а также от чрезмерной зависимости от инвестиций, которые к 1980-м годам в значительной мере использовались неправильно.
В начале 1990-х годов представленный ВВП Японии составлял 17% от совокупного глобального показателя, и тогда мало кто сомневался в том, что стремительно развивающаяся экономика этой страны станет к концу столетия крупнейшей в мире. Но когда кредитный рост стабилизировался, доля Японии в глобальном ВВП начала быстро сокращаться, и с того момента она уменьшилась почти на 60%.
То же самое произошло с бывшим СССР. Его экономика росла после окончания войны такими быстрыми темпами, что к концу 1960-х годов она составила 14% глобального ВВП, что сопоставимо с сегодняшними китайскими показателями, и многие тогда ожидали, что Советский Союз обгонит Соединенные Штаты. Однако спустя два десятилетия доля СССР в глобальном ВВП сократилась более чем на 70%.
Приведенные примеры могут показаться шокирующими, но Япония в 1980-е годы и СССР в 1960-е годы, как и Китай сегодня, не имели механизмов для учета впустую потраченных инвестиций в данных по ВВП. В пиковые моменты показатели роста этих стран были сильно завышены, поскольку плохие затраты не списывались, и приводились завышенные данные, когда уровень долга стабилизировался. Последствия очевидны. Чудо китайского роста исчерпало свои возможности. И теперь только за счет роста долгов эта страна может выполнить свои цели в области ВВП. Возможно, именно поэтому председатель Си стремился подчеркнуть такие более значимые цели как увеличение доходов домохозяйств. Какие бы ни были причины, аналитики не должны воспринимать рост ВВП в качестве индикатора основных экономических результатов. Накапливание непроданных и невостребованных товаров или строительство неиспользуемых аэропортов могут повысить показатели ВВП в рамках не признающей плохих долгов системы, но это не отражается на общих экономических результатах.
* * *
Майкл Петтис
«ИноСМИ»
«Financial Times»