Почему борьба за заложников идёт вразрез с их освобождением
Баннер с портретами заложников на здании концерна «Рафаэль». (Фото: «Nautilus»)
Есть две стратегии, которые могут привести к освобождению заложников. И, как мне кажется, протестующие выбирают в первую очередь ту, что ближе их политическим взглядам.
Начнём со стратегий, которые, на мой взгляд, интересуют большинство участников протестов.
В контекстеПодлое шоу нелюдей Даже в нацистской Германии были немцы, которые спасали евреев. Ни один житель Газы не спас ни одного заложника. Многие, многие «невинные» жители Газы принимали участие в похищении и убийстве, и еще больше людей вышли сегодня и 7 октября, чтобы отпраздновать возвращение еврейских младенцев в гробах.
Первая — та, что звучит на митингах под лозунгом: «Всех — сейчас».
Смысл прост: согласиться на условия ХАМАС и немедленно прекратить войну. Разумеется, большая часть СМИ предпочитает умалчивать о цене, которую придётся заплатить за такую сделку.
Напомню, что в обмен на заложников Израиль будет вынужден:
Обязаться не возобновлять военные действия, причём под международными гарантиями США. (Любые разговоры о возможности возобновления войны — либо заблуждение, либо сознательная ложь. Так же говорили и в случае с Осло, размежеванием, выводом из Ливана… История показала, чем это заканчивается.)
Уйти из сектора Газа.
Оставить ХАМАС у власти.
Открыть для ХАМАС беспрепятственный доступ к КПП Рафиах.
Восстановить сектор Газа за свой счёт (пункт, который, по моему мнению, можно было бы и исключить, но он имеется).
По сути, именно этого добиваются сторонники лозунга «всех — сейчас». Хорошо хоть, что они отказались от формулы «мир — сейчас», поняв, что мира в нынешней реальности просто не будет.
Проблема этой стратегии в том, что она откладывает лишь следующую бойню — ценой куда большего числа жертв, чем все нынешние заложники. Да и общество, судя по данным опросов, в большинстве своём ей не симпатизирует.
Примечательно, что ни один исследователь не рискнул провести опрос, честно назвавший бы цену такой сделки. Даже Мано Гева, прекрасно понимающий ситуацию, этого не делает. Но Смитсоновский институт — сделал, и его результаты однозначны: большинство израильтян против. Против и правительство, и электорат коалиции.
В контекстеТайные причины дружбы с ХАМАСом Палестинские террористические группировки сектора Газа откровенно заявили, что рассматривают решение Ирландии, Норвегии и Испании как награду за резню 7 октября и многолетний террор против Израиля.
Вторая стратегия — силовое давление на ХАМАС.
Под его воздействием он вынужден освобождать заложников частями, чтобы ослабить натиск. Этот путь уже доказал свою эффективность: освобождены более 80% похищенных.
Однако и у него есть противники — значительная часть протестующих и СМИ. В их интерпретации силовой сценарий — это не решение, а «проблема». Их подход — заложники, но только на их условиях.
Чтобы понять их логику, можно провести простой эксперимент. Спросите у протестующего: «Представьте, что завтра всех заложников вернут. Но в обмен Биньямин Нетаньяху останется премьером ещё четыре года. Согласны?»
Это на словах они за «любую цену». А на деле — зависают, как старый компьютер. Я сам задавал этот вопрос друзьям, в том числе и тем, кто думает иначе. Один честно ответил: «Да, согласен».
Остальные — замялись, и по выражению их лиц было видно: речь идёт вовсе не о заложниках.
Можете мне не верить — тогда попробуйте сами. Даже медийные лидеры мнений в прямом эфире попадались в ту же ловушку.
Поэтому утверждаю: для большинства протестующих приоритет — политические цели, а вовсе не судьба похищенных.
Они уверены, что прекращение войны приведёт к падению правительства.
Сознательно они это делают или нет — неважно. Важно, что своей шумной кампанией они подрывают вторую стратегию, которая работает.
В контекстеНенависть без границ Если бы мир безоговорочно потребовал освобождения заложников, не было бы и ситуации в Газе. И в этом смысле для меня одинаково преступны и те, кто на кампусах, и этот стрелявший, и Пирс Морган. Люди, не сумевшие увидеть цивилизационный конфликт – и не принявшие сторону цивилизации в этом конфликте.
А ХАМАС делает выводы: похищения — это мощный рычаг давления, способный вызвать бурю в самом Израиле, и привлечь симпатии в мире. ЦАХАЛ захватывал документы, где эта тактика чётко описана. И она работает.
Несмотря на это, протестующие и СМИ продолжают усиливать позиции ХАМАС — причём прекрасно осознавая это.
Если мы хотим, чтобы «силовая стратегия» сработала, ЦАХАЛ и переговорщики должны действовать в условиях тишины. Давление должно быть направлено на ХАМАС, а не на правительство.
Мы не прекратим войну, пока ХАМАС не будет уничтожен. Этот выбор сделан, и его не изменит недовольство части оппозиционного электората.
А протесты в их нынешней форме — это не помощь, а препятствие для освобождения заложников.
Некоторые убеждены: «Если бы не протесты, то и сделок бы не было». Это миф. Сделки были и без них. При всей критике правительства, считать, что оно не заинтересовано в освобождении людей, — абсурд. Военные операции в центральных районах сектора Газа откладывались именно из-за риска для жизни заложников.
За два года стало очевидно: военное давление ломает ХАМАС, а использование заложников в медийной повестке лишь помогает ему.
Но по факту, протесты только поднимают «цену» похищенных, и ХАМАС этим умело пользуется.
P.S.
На любом курсе по ведению переговоров учат простому правилу: чтобы заключить выгодную сделку, нужно показать, что она для тебя не черес чур критична. Это не значит, что тебе всё равно — но, если другая сторона видит твою отчаянную зависимость от неё, цена возрастает.
* * *
Сеня Вальдберг
«Facebook»
Перевод: «Наутилус»