Попытки США и их союзников изолировать Россию и Китай терпят неудачу
Москва. (Фото: «Nautilus»)
Когда лидеры «большой семерки» собрались в июне в Баварских Альпах, они пообещали проявить неизменную солидарность с Украиной. Их коллеги из «большой двадцатки» демонстрируют гораздо меньше поддержки.
В контекстеРеформа ООН: апория или парадокс? С точки зрения современных реалий, действительно непонятно, почему, например, Россия или Франция должны иметь намного больше прав в решении судеб планеты, чем Германия или Япония, или Индия с Бразилией. И то обстоятельство, что в середине прошлого века закончилась война...
В «Группу двадцати» входят страны, на долю которых приходится примерно 85% общемирового объема производства. Таким образом, она лучше представляет наш мир и лучше отражает его интересы.
Однако к международным санкциям против члена «двадцатки» России присоединилась лишь половина участников этого объединения.
Высокопоставленные представители семерки богатых стран ездят по миру и убеждают его сильнее затянуть экономическую удавку на шее России. Их удивляет отсутствие поддержки со стороны стран «двадцатки», даже если эти страны никак не помогают Москве обходить карательные меры.
Такова неприятная реальность, с которой столкнулся госсекретарь Энтони Блинкен в ходе своего продолжительного турне по Юго-Восточной Азии и Африке. Большинство стран мира не желают следовать за США и Европой, которые пытаются изолировать путинскую Россию.
Из-за этого будет намного сложнее согласовать глобальные инициативы, такие как предложенное «большой семеркой» ограничение российских нефтяных цен. Более того, это придаст сил и смелости Путину и его важнейшему соратнику, китайскому лидеру Си Цзиньпину, при реализации их планов на международной арене.
Главным уклонистом стал Китай. За несколько недель до начала российской спецоперации на Украине Си объединил усилия с Путиным и объявил об их «безграничной» дружбе.
С началом военных действий Китай резко увеличил закупки российской нефти. В июне он потратил на покупку энергоресурсов из России на 72% больше средств, чем годом ранее.
Китай в любом случае вступил в острое противоборство с США. На этой неделе напряженность резко усилилась из-за визита спикера палаты представителей Нэнси Пелоси в Тайбэй, а также из-за спора Пекина с G-7, которая выступила с заявлением и выразила озабоченность в связи с «угрожающими действиями» КНР вокруг Тайваня.
Пекин отменил запланированную на эту неделю в Камбодже встречу между министрами иностранных дел Китая и Японии, которая является членом G-7. Токио в четверг вечером заявил, что часть баллистических ракет, выпущенных Китаем во время учений вблизи Тайваня, упала в ее исключительной экономической зоне (такое произошло впервые) и заявила протест.
Но Китай далеко не единственная страна, отвергающая просьбы осадить Кремль. Индийский премьер-министр Нарендра Моди первого июля побеседовал по телефону с Путиным и обсудил перспективы развития торговли.
Фаворит президентской гонки в Бразилии Луис Инасиу Лула да Силва заявил, что Украина виновата в идущих на ее территории военных действиях ровно столько же, сколько и Россия.
Президент ЮАР Сирил Рамафоса раскритиковал введенные под руководством США санкции. Турция сделала вывод, что санкции против России вредят экономическим и политическим интересам Анкары, о чем заявил один высокопоставленный чиновник, сославшийся на 35-миллиардные убытки из-за роста цен на энергоносители и негативные последствия для туристической отрасли.
Экономические потребности — это одна из причин сдержанности тех стран, которые часто называют глобальным Югом. Но есть и другие причины — в частности, традиционная близость и привязанность к Москве, озабоченность из-за отказа США от лидерства и недоверие к бывшим колониальным державам, которые кажутся лицемерами.
В контекстеСказ про то, как Индия Россию вслед за кораблём послала И вдруг - ну почему «вдруг» случается только что-то очень нехорошее? - сегодняшний интернет приносит ужасную весть, что «в Индии передумали покупать российскую нефть»! И даже не просто «передумали», а вот вообще - «государственная индийская нефтекорпорация исключила Urals из тендера».
США возглавляют усилия по созданию коалиции демократий против Пекина. Заместитель министра торговли США Алан Эстевез заявил в июле, что сотрудничество Вашингтона с 37 государствами с целью введения мер экспортного контроля против России является образцом для создания новой системы противодействия китайским угрозам.
Но и в этой области США и их единомышленники могут похвастаться только ограниченными успехами, поскольку члены «двадцатки», в том числе, организатор нынешней встречи Индонезия по-прежнему подписывают крупные контракты с китайскими государственными компаниями, а торговый баланс как и раньше складывается в пользу КНР.
Возьмем в качестве примера Саудовскую Аравию, которая поддерживает добрые отношения с Москвой в рамках нефтяного картеля ОПЕК+.
Она также на короткой ноге с Пекином. Наследный принц Саудовской Аравии Мухаммед ибн Салман недавно заявил, что многие китайские компании уже участвуют в его флагманском мегапроекте в Неоме.
Во время недавнего визита президента Джо Байдена в Саудовскую Аравию посол этой страны в США принцесса Рима бинт Бандар сказала репортерам, что Эр-Рияду нет нужды делать выбор между американскими и китайскими технологиями, «как нам приходится выбирать между «Макдоналдсом» и «Бургер Кингом», если они расположены на одной улице».
Такой подход к внешней политике дал толчок борьбе за влияние. Канцлер Германии Олаф Шольц специально пригласил Аргентину, Индонезию, Индию и ЮАР, которые воздерживаются от введения антироссийских санкций, на состоявшийся в конце июня и посвященный Украине саммит G-7.
Такой поединок мягкой силы можно было лицезреть в прошлом месяце в Африке, когда министра иностранных дел России Сергея Лаврова похвалили за российские технологии атомной энергетики. Он воспользовался этой возможностью и подчеркнул, что Россия издавна поддерживала африканские освободительные движения, а потом заявил, что причиной продовольственного кризиса являются санкции, но отнюдь не российская блокада украинского зерна в портах, снимать которую Москва начала только недавно.
Москва подкрепила заявление Лаврова шквалом репортажей СМИ. Французский президент Эммануэль Макрон во время своего африканского турне осудил Россию за то, что она ведет на континенте «гибридную мировую войну нового типа».
Китай действует в Африке аналогичным образом. По очереди с африканскими странами раз в три года он проводит Форум сотрудничества Китая и Африки. Его обычно посещает китайский руководитель, встречающийся с глазу на глаз едва ли не со всеми главами государств.
Когда форум проходит в Пекине, там расстилают красную ковровую дорожку для всех гостей. К крошечной Экваториальной Гвинее на нем относятся так же, как к Нигерии. Вашингтон такое внимание к гостям не проявляет никогда.
Китай знает, что у каждой африканской страны есть голос в ООН и ее органах, и это знание приносит ему дипломатические дивиденды.
В этом году США направили в Совет по правам человека письмо, в котором осудили Пекин за якобы имеющие место нарушения прав человека в Синьцзян-Уйгурском автономном районе. Его подписали 47 стран, в основном европейские союзники Америки. Куба ответила заявлением в поддержку Китая, которое подписали 62 государства, в основном с глобального Юга.
В контекстеСвобода и её защита - это главное Пространства, с которыми европейские политические силы тесно взаимодействуют - заливские монархии, Китай, Индия, Иран, это зачастую лютые тоталитарные, либо недемократичные, мизогинные, ксенофобские государства.
Решение Блинкена поехать седьмого августа из Азии в ЮАР, а затем в Демократическую Республику Конго и Руанду очень похоже на попытку перехватить инициативу у Китая и у России.
Правящий в ЮАР Африканский национальный конгресс поддерживает тесные деловые отношения с Россией. Миллиардер и олигарх Виктор Вексельберг стал самым крупным денежным донором АНК, о чем свидетельствует его последняя декларация. А инвестиционная компания АНК Chancellor House владеет долей в его южноафриканской марганцевой шахте.
Байден заявил, что в декабре будет приветствовать африканских лидеров в Вашингтоне на саммите, который «будет строиться на наших общих ценностях, позволяющих развивать новое экономическое взаимодействие». На встрече будут обсуждаться вопросы готовности к пандемиям, климатических изменений и продовольственной безопасности, и она, по словам Байдена, «укрепит американо-африканскую приверженность демократии и правам человека».
Но, как рассказала Мария Репникова, работающая доцентом в Университете штата Джорджия и занимающаяся проблемами глобальных коммуникаций, прагматичное применение Китаем мягкой силы с упором на образование и рабочие места, сопровождающееся демонстрацией технических достижений и успехов в борьбе с бедностью, зачастую находит у глобального Юга больший отклик, чем внимание США к ценностям.
В своем интервью Репникова, написавшая книгу «Китайская мягкая сила», рассказала, что Москва использует иные подходы для сближения с глобальным Югом.
Она выступает от его имени и в качестве его защитницы. У Китая охват шире, сказала Репникова, но Россия очень много работает над своими интерпретациями и повествовательными линиями, используя социальные сети и язык дипломатии.
Такой подход Россия использует не только в отношении Африки, но и в отношении Азии и Латинской Америки, отметила она. Россия поставляла туда свою вакцину от COVID-19, а Китай проводит там крупные инвестиции.
Демонстрируя редкое пренебрежение к Украине, южноамериканский торговый блок МЕРКОСУР отклонил просьбу Владимира Зеленского выступить на его встрече в конце июля.
Президент Индонезии Джоко Видодо придерживается традиционной линии на неприсоединение, несмотря на требования отказать Путину в приглашении на саммит «двадцатки», который состоится в ноябре. Он пригласил на Бали как российского президента, так и украинского.
Пока Джоко Видодо ездил в Москву и Киев, китайский Фонд Шелкового пути подписал сделку о передаче в новый суверенный фонд Индонезии инвестиций на сумму в три миллиарда долларов.
Это было самое крупное вложение Китая, зафиксированное IntelTrak за период с первого по 15 июля.
По мнению Репниковой, последние события указывают на то, что борьба за влияние усиливается. Поэтому остается мало шансов убедить государства изменить свои позиции — «если только им не предложат что-то очень значительное».
* * *
Алан Кроуфорд, Дженни Марш, Энтони Сгваззин
«ИноСМИ»
«Bloomberg»