Что это значит для будущего региона?
Израиль не только опресняет воду, но и бережёт её. (Фото: «Nautilus»)
Еще не так давно Израиль мог иссохнуть. Но сегодня страна обрабатывает больше питьевой воды, чем ей нужно - и использует ее как дипломатический товар, - пишет немецкое издание Die Zeit.
В контекстеМы Иордании нужнее, чем она нам Мир с Иорданией не является преимуществом для Израиля, потому что король Абдалла II призывает мир помочь в создании палестинского государства в Иудее и Самарии и позволить Израилю решить проблему палестинского государства, которое могло бы стать террористическим государством.
Израиль является одной из ведущих стран в области очистки воды. В общей сложности 70% домохозяйств снабжаются водой из моря с помощью пяти станций. Кроме того, очистке подвергается более 80% сточных вод, которые потом используются в основном для нужд сельского хозяйства.
В настоящее время Израиль производит больше воды, чем требуется его 9,3 млн жителей, и недавно начал использовать этот дефицитный ресурс в качестве дипломатического товара: в рамках соглашения, заключенного в июле, правительство Израиля согласилось поставлять 100 млн кубометров воды соседней Иордании.
Больше, чем когда-либо прежде. Что это значит для будущего региона?
Израиль имеет выход к двум морям, Средиземному и Красному, и располагает единственным пресноводным озером в регионе - Тивериадским озером. Оно питает реку Иордан, часть которой впадает в Мертвое море и является пограничной рекой между Израилем и Иорданией и проходит через оккупированный Израилем Западный берег реки Иордан.
После основания государства молодая страна забирала большую часть воды непосредственно из озера и из верхнего течения реки, оставляя палестинцам и иорданцам только нижнюю, более соленую часть, чего было слишком мало.
В Израиле же, наоборот, воды не жалели, орошали ею поля и буквально заставляли расцветать пустыни, - отмечает издание.
В контекстеО мирном договоре с Иорданией Когда читаешь текст договора, подписанного в результате этих острых желаний в октябре 1994, создается впечатление, что у нас была война с Иорданией и мы проиграли. Покойного короля Хуссейна в чем-то винить трудно - дают, бери.
В прошлом, говорят эксперты, сознательное отношение к воде в Израиле проявлялось слабо - этот вопрос привлек внимание лишь тогда, когда нехватка воды превратилась в экзистенциальный кризис: в начале нулевых годов все природные запасы были исчерпаны, и страна грозила иссохнуть.
Правительство оказалось перед выбором: покупать воду у Турции или инвестировать в технически неразвитое и дорогое на тот момент приобретение - установки для опреснения воды.
Параллельно с установками все больше и больше стартапов разрабатывали измерительные системы для управления водными ресурсами, а правительство запустило большую рекламную кампанию, чтобы побудить население экономить воду.
Знаменитых актрис и моделей, таких как Бар Рефаэли, можно было увидеть по телевизору, с кожей на лице, высохшей, как земля в пустыне. Это сработало, сегодня каждый ребенок выключает кран, когда чистит зубы.
Сегодня очищается так много воды, что для Тивериадского озера, истощенного за десятилетия, планируется построить новый водопровод - он будет использоваться не для забора пресной воды из озера, а наоборот, для снабжения его опресненной морской водой.
Опресненная вода также будет поступать на палестинские территории, Западный берег реки Иордан и сектор Газа, по прямым трубопроводам.
С 1994 года Иордания получает из Израиля 50 млн кубометров питьевой воды в год. В то время Израиль и королевство заключили мирный договор - поставки воды Израилем закреплены в мирных соглашениях, - поясняет Die Zeit.
Но если Израиль с тех пор смог сам производить все больше и больше питьевой воды, то в Иордании засухи и изменение климата усугубляют ситуацию уже многие годы. В одном только 2021 году королевству будет не хватать 300 млн кубометров.
Поэтому в начале года в Израиль была направлена просьба удвоить ежегодное количество поставляемой воды в течение следующих пяти лет.
В контекстеПалестина настроена непримиримо Американский план ни у кого в арабском мире энтузиазма не вызывает. Особенно в Иордании, Египте и у палестинцев. Для иорданцев главная проблема – беженцы. Бедуины – оплот иорданской армии и администрации – отказываются передавать власть палестинцам.
Одед Эран не является экспертом по очистке воды, но он эксперт по дипломатическим отношениям с соседней арабской страной. (...) Первый запрос был получен старым правительством при Биньямине Нетаньяху, но у него были плохие отношения с Иорданией, - говорит Эран, бывший посол Израиля в Иордании и бывший директор Израильского института национальной безопасности.
Сначала, по его словам, Нетаньяху проигнорировал просьбу, и ответил на нее лишь незадолго до окончания срока своих полномочий.
Конкретное соглашение появилось только при новом правительстве. Таким образом, недавно напряженные отношения между двумя странами были стабилизированы.
Нехватка воды на Ближнем Востоке, о которой исследователи мира и конфликтов предупреждают уже несколько десятилетий, является одним из самых больших факторов риска в регионе, - указывает издание.
Прогнозируется, что войны будущего будут вестись не только за землю, но прежде всего за этот жизненно важный ресурс. Теперь сделка между Израилем и Иорданией показывает альтернативу водному конфликту.
По мнению политического консультанта Эрана, это соглашение может стать началом нового подхода к отношениям друг с другом. Пока что Иордания все еще рассчитывает построить свой собственный канал через Саудовскую Аравию и Красное море, - говорит он.
Но математически это не имеет смысла, затраты на это будут выше, чем на получение воды напрямую через Израиль.
Эран не видит здесь односторонней зависимости - наоборот. У нас есть вода, но по мере того, как меняется климат, нам требуется все больше солнечной энергии, для которой у Иордании есть территории в пустыне, которых нам не хватает. Вода в обмен на солнечную энергию, сотрудничество вместо конфликта.
Нужно подождать, но я думаю, что то, что мы наблюдаем здесь, может стать моделью для всего региона, - говорит эксперт.
* * *
Штеффи Хенчке
«Die Zeit»
«InoPressa»