Обменный курс ракет

В конфликте между Ираном и Израилем Москве выгоднее стоять над схваткой

---

Объявление о выходе Вашингтона из ядерного соглашения с Тегераном, чем на протяжении длительного времени угрожал президент Трамп, и последовавший обмен ударами между Ираном и Израилем стали главной темой мировых СМИ.

В контекстеТрамп закончил кризис захвата Ираном Обамы в заложники Годы лжи, предательства, выплат и преступлений, состояния, потраченного Фондом братьев Рокфеллеров и Плаушеров, эхо-камеры Бен Родоса, развернутой через средства массовой информации, скончались в один день.

Между тем характерно, что несмотря на возможность эскалации конфликта, большая ирано-израильская война и тем более прямое столкновение в Сирии не только Соединенных Штатов и России, но даже США и Ирана отнюдь не очевидны.

Анализ происходящего заставляет говорить об определенной сдержанности сторон. Не случайно Иран обстрелял не международно признанную территорию Израиля, а Голанские высоты, которые никто в мире частью этой страны официально не считает. Причем исключительно военные объекты.

В то же время конфликт Тегерана и Иерусалима отнюдь не исчерпан, а факторов, которые могут повести его в непредсказуемом направлении, достаточно.

В том числе вследствие борьбы за власть и перераспределение ресурсов в иранской элите, где местные силовики открыто противостоят людям президента Роухани. Что же до выхода США из ядерного соглашения – этот шаг Трампа нанес серьезный удар по «атлантической солидарности».

Не исключено, что его основной задачей было подчинение Вашингтону союзников по НАТО и подрыв экономического потенциала ЕС, что вызывает жесткое неприятие в ведущих европейских столицах.

Тлеющее ирано-израильское противостояние перешло в практическую фазу. Рано утром 10 мая подразделения «Аль-Кудс» нанесли ракетный удар по военным объектам на Голанских высотах.

Это событие последовало за неделями эскалации израильских атак на иранские позиции в Сирии, включая 9 мая, по цели, предположительно связанной с КСИР, в южных пригородах Дамаска.

На первоначальный иранский и сирийский залп, состоявший, по данным израильских сил обороны, по меньшей мере из 20 ракет, был дан ответ контрударами по объектам в Западной Сирии, в том числе в районе Дамаска.

Пресс-служба ЦАХАЛ сообщила, что

«Армия обороны Израиля атаковала десятки военных объектов, принадлежащих иранским силам «Аль-Кудс», на территории Сирии.

В рамках крупномасштабной атаки подверглись нападению в Сирии позиции иранской разведки, которыми управляют силы «Аль-Кудс», штаб-квартира «Аль-Кудс», военный и логистический комплексы сил «Аль-Кудс», иранский военный лагерь к северу от Дамаска, склады вооружений сил «Аль-Кудс» в международном аэропорту Дамаска, интеллектуальные системы и установки, связанные с силами «Аль-Кудс», военные посты и пункты наблюдения в буферной зоне.

Были нанесены удары по иранской пусковой установке, из которой выпущены ракеты по Израилю. ВВС Израиля атаковали сирийские установки ПВО, которые вели огонь, несмотря на предупреждение».

По данным разведывательных источников США, израильская авиация действовала из ливанского воздушного пространства, чтобы минимизировать возможные потери. По сообщению ЦАХАЛ, часть иранских ракет была перехвачена системой ПРО «Железный купол».

Иранцы реально ответили на постоянные удары израильтян, и сам

этот факт начинает новый отчет в сирийском конфликте, который усложняется противостоянием по линии Тегеран – Иерусалим.

При этом Израиль тремя днями ранее привел все свои силы на Голанах в состояние повышенной боевой готовности, включая восстановление бомбоубежищ.

Премьерская разведка

В контекстеНовые массированные удары с воздуха по Сирии неизбежны Военные обозреватели ряда изданий Земли обетованной сообщают о готовящейся иранской ракетной атаке с территории Сирии. При этом они ссылаются на источники в израильском военном ведомстве.

Премьер-министр Б. Нетаньяху приехал в Москву с явной задачей прояснить для себя позицию России и степень ее военного участия в противостоянии Ирана и Израиля в Сирии.

Главный вопрос – действия Москвы по модернизации средств сирийской ПВО, что максимально затруднит эффективность будущих воздушных ударов, а также ее возможности по удержанию Ирана от ракетных обстрелов. Но такое посредничество реально, только если Израиль откажется от профилактических бомбардировок, а он этого делать не собирается.

Если же иранские обстрелы будут повторяться,

это поставит на повестку дня проведение сухопутной операции ЦАХАЛ на северной границе Израиля с перспективой прямого столкновения с иранцами и ливанцами.

С другой стороны, сам визит Нетаньяху в Москву на празднование Дня Победы, его проход с президентом Владимиром Путиным в рядах «Бессмертного полка» должны бы продемонстрировать «близость позиций».

Это сигнал для Ирана и США. Отъезд премьера за рубеж на фоне полной боевой готовности в связи с предполагаемым иранским ударом выглядел странным, если бы израильское руководство ждало серьезной войны. Однако обмен ракетами был предсказуемым. До последней по времени эскалации боевых действий израильские и американские источники подчеркивали растущую вероятность того, что иранцы ответят военным путем.

Тегеран увеличил поставки техники и вооружения в Сирию. И неоднократно предупреждал, что удары Израиля по его позициям в Сирии не останутся без ответа.

При этом Иран склонен избежать крупной войны с Израилем, тем более что он пытается укрепить свои позиции в Сирии и сохранить боеготовность ее правительственных сил. Для него в первую очередь важна окончательная зачистка оплотов антиасадовской оппозиции в центральной и южной частях страны с переносом основной тяжести военных усилий не на израильское направление, а на провинцию Идлиб и регион восточнее Евфрата.

Именно там решается вопрос саудовского присутствия в Сирии, что приоритетно для Ирана по сравнению с израильским направлением – для создания «шиитской дуги». Иерусалим в долговременном вооруженном конфликте с Тегераном также не заинтересован.

Ракетно-бомбовый спектакль

Де-факто Иран и Израиль разыграли на сирийской арене впечатляющий спектакль с целью донести до мирового сообщества свои позиции. Главное – это ядерная сделка с Ираном (СВПД), выход из нее США и политическая изоляция американцев со стороны их союзников.

Это тревожит Израиль. Демонстрация «разведдокументов», организованная Нетаньяху накануне решения Вашингтона по выходу из СВПД с обвинением Ирана в нарушении условий сделки, никакого воздействия на ЕС не оказала. ЕС может проигнорировать санкции США.

Провоцируя иранцев, израильтяне поддерживали высокий градус напряженности, осложняя для европейцев защиту СВПД на фоне «агрессивных действий» Тегерана.

Нанесение им ударов по израильским целям должно было ужесточить позицию США, стимулируя Америку на прямое противостояние Ирану в Сирии.

Эксперты полагают, что самостоятельно на серьезные военные действия против Исламской Республики Израиль не готов, что он продемонстрировал в годы администрации президента Обамы.

Это в Пентагоне просчитывали, откуда и относительно «спокойная» реакция Вашингтона на описываемые события. Соединенные Штаты не комментируют нанесение ударов иранскими силами «Аль-Кудс» по передовой линии Армии обороны Израиля на Голанах и рекомендуют обращаться по этому поводу к правительству Израиля.

Это означает дипломатическую поддержку. Иранцы продемонстрировали Европе возможные последствия выхода США из СВПД и негативно отреагировали на шаги израильского премьера по демонстрации его растущего «понимания» с Москвой. По ряду данных, за этой акцией стояли сторонники «жесткой линии» из КСИР.

По оценке американских аналитиков, Иран и Израиль вряд ли попытаются расширить конфликт за пределы сирийского пространства, но остается риск того, что боевые действия между ними выйдут из-под контроля. Они полагают, что дипломатический подход к Москве не дал результатов.

Но крайне важно не доводить в Сирии до конфликта с Россией, при этом поддерживать тесное сотрудничество с Соединенными Штатами и занимать более агрессивную позицию в отношении Ирана. Последний раунд ударов и контрударов между Израилем и Сирией представляет серьезную эскалацию конфликта, открывая Иерусалиму путь к активизации его усилий против присутствия своего оппонента в Сирии.

Пока есть риск того, что боевые действия между Ираном и Израилем перейдут на ливанский театр или потенциально втянут в него Россию и США.

На востоке Сирии, по данным Пентагона, участились стычки между поддерживаемыми США отрядами «Сирийских демократических сил» (СДС) и шиитским ополчением. Иранская и сирийская ПВО рискуют перепутать самолеты возглавляемой Соединенными Штатами коалиции с самолетами израильских ВВС. Проиранские боевики в Сирии могут нанести удар по силам США.

Приоритетом России в этой ситуации, несомненно, будет деэскалация конфликта между Ираном и Израилем, учитывая риски, которые он представляет для российских сил и целей в Сирии.

США также настроены на деэскалацию конфликта, который угрожает вовлечением их в широкомасштабные военные столкновения в Сирии, что Вашингтону не нужно. Его цель – сохранение относительной зоны стабильности в регионе восточнее Евфрата с созданием там альтернативных Дамаску структур исполнительной власти среди местных суннитов. Для этого нужны время и отсутствие локальных столкновений.

С другой стороны – израильтяне своими ударами оттягивают проиранские силы на юг Сирии, а не на регион восточнее Евфрата.

Но Израиль, видимо, не готов к постоянному конфликту на Голанах в дополнение к сектору Газа и Южному Ливану.

Больше озабоченности!

В контекстеНад иранской мирной хатой... После того, как выход Трампа из позорной обамовско-керриевской сделки горячо поддержали не только саудиты и Биби с Либерманом, но и израильская оппозиция в лице Лапида и Ливни, в солнечном Вашингтоне нашелся великий знаток, который лучше, чем правительства и оппозиция этих стран знает, в чем заключается их безопасность!

Основные вопросы дискуссии политологов в международных СМИ: ударят ли США по Ирану?

Будет ли полномасштабная война в регионе?

Приведут ли действия США к власти в Иране «ястребов» из КСИР, которые возобновят ядерную программу?

Погрузится ли регион в хаос, которым на расстоянии будут управлять США, уйдя с Ближнего и Среднего Востока?

Удастся ли США подчинить себе ЕС?

Что делать в такой ситуации России?

Похоже, что Вашингтон не будет в настоящее время наносить удары по иранским целям ни в самой Исламской Республике, ни в Сирии. Это очевидно в период до 4 ноября, когда антииранские санкции будут возобновлены: американцы не для того их вводят, чтобы воевать. Тем более что их удары ничего не решают и ни на что повлиять не смогут.

Основной упор политики США на иранском направлении заключается не в военном воздействии, а в попытках экономического удушения страны и стимулирования социальных волнений на фоне экономических трудностей.

Без США никто из их союзников воевать с Ираном в полной мере не будет.

Такой конфликт означает, помимо потерь в людях и в экономическом потенциале, отказ от диверсификации экономики, которую провозгласили КСА и ОАЭ.

Это справедливо и по отношению к Израилю, стремящемуся участвовать в противостоянии с Ираном только вместе с США, что он и пытается в конечном счете достигнуть за счет стимулирования Вашингтона к выходу из СВПД и превентивному удару.

Такие шаги пока купируются Пентагоном, выступающим против любых военных операций минимум до тех пор, пока проиранские силы не начнут активно действовать против американских военных в регионе. Это главная гарантия того, что наносить удары по Ирану США в среднесрочной перспективе не собираются, несмотря на все прогнозы и риторику иранских руководителей.

Иранцы, европейцы и американцы будут искать пути достижения удобного для себя компромисса до 4 ноября. В Тегеране же станут ждать, не выходя из ядерной сделки, и зондировать позицию европейцев. Разговоры о приходе к власти «ястребов» из КСИР в Иране пока не имеют под собой оснований.

Последняя их попытка усилить позиции во властной архитектуре ИРИ в период недавних социальных волнений провалилась.

Лидер ультраконсерваторов и бывший президент Махмуд Ахмадинежад до сих пор находится под домашним арестом. Фронда КСИР была подавлена верховным лидером ИРИ аятоллой Али Хаменеи, никогда не допускавшим абсолютного доминирования во власти КСИР как основного конкурента духовенства Ирана в борьбе за верховную власть, которым являются именно они, а не реформаторы.

Те и окрепли-то благодаря попыткам клерикалов использовать их в борьбе за власть с силовиками.

Что до ЕС, характерны слова президента Роухани. В телефонном разговоре с Ангелой Меркель он произнес:

«Я призываю Европейский союз, в частности Францию, Великобританию и Германию, проявить твердую позицию, чтобы гарантировать иранские интересы в рамках заключенного соглашения».

Это касается таких вопросов, как продажа нефти, газа, нефтепродуктов и банковские отношения. Меркель подтвердила, что Берлин привержен соглашению по атому, пока Иран продолжает выполнять собственные обязательства. Она также высказалась за начало в расширенном составе государств переговоров с Тегераном о его баллистической ракетной программе, а также о действиях в регионе, в том числе в Сирии и Йемене.

Министр экономики и финансов Франции Брюно Ле Мэр, комментируя решение США о выходе из ядерной сделки по Ирану с последующим восстановлением санкций в отношении Тегерана, сказал в эфире радиостанции «Европа 1»:

«Настало время перейти от слов к действиям с точки зрения экономического суверенитета».

Европа, по словам министра, не должна быть вассалом США.

Ле Мэр сообщил, что в конце мая встретится с британским и немецким коллегами, чтобы «посмотреть, что можно сделать в ответ на решение США». И отметил, что европейские страны уже ведут работу над тем, чтобы наделить Европу финансовыми инструментами, которые позволят ей быть независимыми от США.

Он напомнил, что в 1996 году Советом ЕС было принято постановление о защите союза от воздействия экстерриториальных санкций. «Это превращает Соединенные Штаты в экономического жандарма планеты, и я считаю, что это неприемлемая ситуация», – сказал министр.

Что до России, любой серьезный конфликт на Ближнем Востоке автоматически играет на долгосрочный интерес Москвы как экономически (поскольку уходят с рынка источники углеводородов для Европы и Азии, которые американский сланцевый газ и сжиженные газы компенсировать не смогут), так и политически. В такой ситуации акцентируются возможности РФ как военной супердержавы и гаранта спокойствия границ той или иной страны, не говоря уже об активизации экспорта оружия. При этом конфликт напрямую Россию не затрагивает, но определяет конец системы однополярного мира.

Из этого следует ответ на вопрос, что делать Москве: ничего более чем то, что она делала до сих пор: стояла над схваткой, доводя до логического результата свою линию поведения в Сирии. СВПД – вопрос взаимоотношений между США, ЕС и арабским миром. Основная задача российских дипломатов тут – говорить правильные слова и выражать озабоченность. Во всем прочем работают иные формы дипломатии, прежде всего военно-политической, как в Сирии и Афганистане. Благо, играть на европейском недовольстве США или стать мостом для Европы в Иран, как к этому призывают некоторые отечественные эксперты, у России не получится.

В первой ситуации – не та степень критичности отношений в атлантическом блоке. США остаются ключевым партнером Евросоюза, несмотря на разногласия в том числе по торговым вопросам и в свете их выхода из ядерной сделки с Ираном.

Главную роль тут играет объем экономических потерь от лояльности Вашингтону.

Как только они вкупе с иранскими издержками, пошлинами на алюминий, сталь и автомашины, ростом собственных расходов на оборону и прочим начнут превышать уровень взаимной торговли с США, степень лояльности начнет слабеть в геометрической прогрессии.

Во второй – Европа не нуждается в России для организации отношений с Ираном.

Дональд Трамп пытается восстановить полное доминирование Вашингтона над европейскими и арабскими союзниками США. Это стратегия, а не тактика.

Поэтому разговоры об уходе американцев с Ближнего Востока бессмысленны. Пока там есть Россия, никуда они из региона не уйдут. Это вопрос геополитики.

Другое дело, что Трамп как бизнесмен прежде всего старается финансировать это пребывание за счет союзников, и многое из того, что он делает, объясняется именно этим. Что не учитывается экспертами, которые пытаются объяснить его деятельность, опираясь на мнения политологов и дипломатов о том, как должны строиться международные отношения исходя из традиционных представлений о «правилах игры», выработанных ими самими.

Президент Трамп между тем традициями не скован. Он предприниматель, причем авантюристического типа. Именно это привело его к власти вопреки всем прогнозам и сопротивлению не только его политических противников, но и лидеров партии, от лица которой он пошел на выборы. Причем победа окончательно убедила его в том, что его курс правильный, поскольку ведет к необходимым ему результатам.

В отношениях на международной арене он действует точно так же, как в спекулятивном бизнесе: повышает и понижает ставки, блефует, обрушивает ожидания партнеров, когда считает это выгодным.

Трамп не обращает внимания ни на что, кроме конечного результата, а если он оказывается иным, чем ожидалось, с легкостью заявляет, будто добивался как раз того, что произошло, и именно таковой идет на пользу Соединенным Штатам, просто этого никто пока не понял.

Достаточно вспомнить историю с противостоянием Катара и «арабской четверки», которое он спровоцировал, получив прибыль от обеих сторон, заключивших с США военные контракты и взявших на себя беспрецедентные финансовые обязательства перед Вашингтоном вопреки их искреннему убеждению, что каждый из американских партнеров получит от президента Трампа то, что хотел.

Нет сомнений, что и в ситуации с Ираном он имеет в виду отнюдь не то, что выдвигает на первый план.

Статья построена на материалах эксперта ИБВ Ю. Щегловина.

Евгений Сатановский

- президент Института Ближнего Востока

«Военно-промышленный курьер»