Американцы уходят, курды меняют позицию
Объявление Дональда Трампа о предстоящем выводе американских войск из Сирии изменило ситуацию на севере этой страны, где идет противостояние между Турцией и курдами, поддерживаемыми Вашингтоном, причем главным бенефициаром стал Дамаск, войска которого продемонстрировали присутствие в ключевом городе этой зоны – Манбидже, куда их пропустили курды с тем, чтобы избежать его попадания в руки турок.
О том, что курдские «Силы народной самообороны» (СНС) начали вывод отрядов из Манбиджа (85 км к северу от Алеппо), 2 января сообщил телеканал «Аль-Маядин» со ссылкой на источник в Минобороны Сирии. По его информации, на первом этапе город оставили свыше 400 бойцов, которые направились в Каракозак, где находится одна из основных баз курдов. Это в 25 километрах, на восточном берегу Евфрата.
Как передало агентство САНА, отход курдов производится в соответствии с двусторонним соглашением о нормализации обстановки в северных регионах. В конце декабря подразделения сирийской армии заняли позиции вокруг Манбиджа после того, как стало известно о планах поддерживаемых Турцией вооруженных группировок начать военную операцию в этом районе.
Отряды СНС освободили Манбидж от террористов «Исламского государства» (запрещенного в России) в августе 2016 года. В марте 2017-го в ходе операции «Щит Евфрата» вплотную к городу подошли турецкие войска и союзные с ними формирования Сирийской свободной армии (ССА). Анкара добивалась от Вашингтона, оказывавшего СНС поддержку в борьбе с ИГ, вывода курдских бойцов из Манбиджа. Позднее стороны заключили соглашение о совместном патрулировании окрестностей города.
После объявленного Трампом 19 декабря решения начать вывод американских войск из Сирии Турция приступила к подготовке новой операции. В Анкаре рассчитывали занять Манбидж и присоединить его к подконтрольной ей зоне безопасности в пограничном районе между Аазазом и Джараблусом. 28 декабря курды обратились к Дамаску, призвав защитить регион от турецкого вторжения. В итоге в город вошли сирийские пограничники, а курды начали отвод своих сил.
Рассмотрим развитие ситуации в Манбидже, который стал перекрестком усилий Москвы, Тегерана, Дамаска, Анкары и Вашингтона. Город превращается в ключевой пункт, где должен быть проверен алгоритм действий сирийских правительственных сил и их союзников по установлению контроля над освобождаемыми в результате ухода американцев территориями.
Это позволит проверить способность участников переговоров в Астане сохранить данный формат и координацию усилий. Американцы утверждают, что вывод их войск из Сирии ставит перед Москвой новые задачи по налаживанию взаимодействия с Анкарой, а одно из главных испытаний – курдская проблема. Говоря проще, уходя из Сирии, Штаты пытаются спровоцировать ухудшение отношений Анкары и Москвы.
Осторожные революционеры
В контекстеСирия: тайный договор между Иерусалимом и Москвой Израиль с легкостью мог бы подорвать сирийский режим, но Израиль решил не мешать Путину в достижении стратегической цели, которую тот себе поставил, — сохранении режима Асада. А что же взамен? За это Россия предоставила Израилю свободу действий в вопросе удара по Ирану.
Население Манбиджа (в отличие от Алеппо) с самого начала поддерживало восстание, вспыхнувшее в Сирии в 2011-м. Первые манифестации начались 26 апреля того года. Основу протестующих составили интеллигенция и студенты, а сельское население и рабочие кварталы, которые были тесно связаны с соплеменниками в окрестностях города, к выступлениям не присоединились.
В итоге между сирийскими силами безопасности и оппозиционными группировками была достигнута договоренность о прекращении демонстраций. Компромисс властей с племенами обеспечил в дальнейшем беспрепятственный вывод правительственных сил из города и передачу управления им в июле 2012 года в руки местного совета.
После того как оппозиция взяла город под контроль, были созданы Революционный и Военный советы. Они представляли 17 разных групп. В состав Революционного совета вошли представители интеллигенции – юристы, инженеры, врачи. Он играл важную роль в поддержании порядка и оказании услуг после ликвидации государственной власти. Безопасность обеспечивалась революционной полицией. Должностные лица продолжали выполнять обязанности, работала торговля.
Это означает наличие институтов гражданского общества и механизма межэтнического консенсуса, обеспечивающего преемственность власти.
Отряды ИГ вознамерились установить контроль над городом в апреле 2013-го, попытки продолжались около полугода. В итоге исламисты сумели войти в Манбидж и закрепиться в ряде районов. Оппозиционные группы договорились об объединении. В состав единых вооруженных сил тогда вошли «Бригады аль-Таухид», «Бригады Ислама», «Ахрар Сирия» и «Джунуд аль-Хар» во главе с Абу Аззамом. Им удалось выбить сторонников ИГ в начале января 2014-го.
После подхода подкреплений ИГ сумело через 15 дней установить контроль над городом. Отряды оппозиции отошли в Каракозак, куда сейчас выводятся курды, что означает существование давних связей и системы координации между ними.
Турецкие аналитики считают важной особенностью развития ситуации в Манбидже то, что в нем не было вооруженных столкновений, когда город брался под контроль оппозицией или ИГ. Это пример отлаженного аппарата преемственности власти с поддержанием порядка и обеспечением основных услуг. Город не был ареной боев и разрушений, пройдя испытание быстро и успешно с точки зрения наличия и сохранения гражданского общества и низовой административной организации.
Это привело к тому, что по мере нарастания конфликта в Сирии сюда устремился поток мигрантов. При этом не было проблем во взаимоотношениях оппозиционных групп и курдов из РПК и ДС, пока последние не попытались атаковать арабские отряды в Таль-Рифаате в 2015 году.
США и курды уговаривали оппозицию в Манбидже поддержать операцию создаваемых «Сил демократической Сирии» (СДС). В числе выдвинутых арабами условий были вывод отрядов курдов из Таль-Рифаата, Манбиджа и района плотины Тишрин, возращение захваченных товаров и возможность племенным ополчениям вернуться в районы постоянного проживания. Тогда достичь компромисса не удалось, и курды из ДС при поддержке США захватили город без поддержки арабских сил сопротивления.
Создали здесь свои структуры управления и безопасности вместе с теми представителями групп оппозиции, которые пошли на соглашение.
Под знаменами прагматизма
Основой первых протестных выступлений против правящего сирийского режима были средний и высший класс города, образованное молодое население, которое по-прежнему значительно представлено в крупных политических и военных группах Манбиджа на низовом уровне. При этом никакой этнической дискриминации. Различные кланы и лидеры одного и того же племени могут быть на стороне конкурирующих групп.
Многие поддерживали правящий режим, который был самой сильной стороной в городе в начале конфликта, из прагматических соображений и не принимали участия в восстании.
В прошлом Дамаск эффективно использовал племена для обеспечения безопасности. Им были предоставлены полномочия и привилегии на местном уровне, вожди традиционно избирались депутатами парламента. Сейчас племена ближе к ССА, их формирования составляют значительную ее часть. Но в конечном итоге позиция арабских племен будет зависеть от возвращения им прежнего уровня привилегий и определяться прежде всего прагматизмом.
Пирамида военной иерархии в Манбидже до недавнего времени выглядела так: вершину составляли члены РПК турецкого происхождения, родом из Кандила, не говорящие по-арабски. Сирийские курды, члены ДС из Африна и Айн аль-Араб (Кобани), находятся на второй ступени. Курды, проживающие в Манбидже, – на третьей. Арабское население, которое курды пытались инкорпорировать в СДС, – на низовом уровне.
Военную структуру, созданную РПК/ДС, можно условно разделить на две группы. Первая – Военный совет Манбиджа. Был создан по итогам заседания, состоявшегося 2 апреля 2016 года. Все его члены – уроженцы города. Это смешанная сила арабов и курдов, но у первых меньше бойцов и командные посты им не предоставляются. Крупнейший вооруженный отряд совета – «Группа по охране границ». В ее состав входят:
«Джунуд аль-Харамейн», формируется из арабов, живущих в Манбидже. Лидер группы – Ибрагим аль-Баннави, заместитель главы Военного совета Манбиджа;
«Бригада Шамси Шимал», смешанная группа арабов и курдов из Манбиджа. Командование состоит из курдов. Высший административный уровень привержен идеологии РПК, однако арабы и часть курдов дистанцируется от нее;
«Катаиб Tувар Манбидж», лидер – Хафаль Мустафа;
«Шухада аль-Кубба», дислоцирующаяся на востоке Евфрата, входит в структуру СДС, но по сути это арабская племенная милиция, которая защищает исключительно собственные деревни;
«Сообщество бригад Евфрата» (относительно небольшие по численности группы);
«Бригады освобождения Ефрата» и «Бригады р-на Заза».
По оценкам турецких аналитиков, сомнительно, что арабы в Военном совете Манбиджа тесно связаны с СДС. Они взаимодействуют, но скорее вынужденно, сами же СДС могут быстро распастьс, в зависимости от баланса сил в городе, точнее, от наличия в нем американских и курдских подразделений.
Вторая – структуры РПК. Они до недавнего времени обладали реальными полномочиями и принимали решения в Манбидже. Вся военная администрация там сформирована членами РПК турецкого происхождения, ни один из которых не говорит по-арабски. С учетом ополченцев из Африна число членов РПК/ДС в Манбидже составляло на лето 2018 года около 350–400 человек. РПК располагает лагерями рядом с плотиной Тишрин в пределах границ Манбиджа и в окрестностях Аль-Хафсы.
Основная часть сил курдов дислоцировалась недалеко от центра города, там же располагался спецназ РПК. Самой влиятельной фигурой в Манбидже является командир РПК Джамиль Мазлум.
В пользу Дамаска
В контекстеКуда приводят мечты Что касается мировой реакции, то она стала достаточно предсказуемой. Резко осудила референдум «антикурдская четверка» (Иран, Ирак, Сирия и Турция). Подавляющее большинство западных стран уклонились от четких оценок, призвав стороны мирно решить конфликт.
Позиции Тегерана в Манбидже пока слабы, но можно предполагать, что группы, связанные с иранцами, усилятся с укреплением правящего режима в сельских районах Алеппо и окрестностях Ракки. Сейчас эти ополченцы действуют в координации с РПК/ДС, но существует высокая вероятность конфликтов между ними в будущем. Спецслужбы Тегерана и Дамаска пытаются сформировать местную милицию, подобную структуре «Аль-Хашед аш-Шааби» в Ираке. Эти усилия пока не слишком успешны.
Ополчение, собранное при поддержке КСИР и сирийских спецслужб, действует между Манбиджем и Аль-Хафсой. Все его бойцы (около 100) – из племени бубенн. Аль-Маши связан с Дамаском и Ираном, но эксперты утверждают, что его единственная цель – защитить свои земли. Отношения между этой группой, Ираном и режимом Асада чисто прагматические, и она при наличии необходимых условий может легко изменить позицию. Еще одна проиранская группа – «Фавдж Раад аль-Махди» состоит из уроженцев Манбиджа.
Ее лидер – Муаммар аль-Дандан (Абу Фатиха). Другое название этой группы – «Полк племен Манбиджа». Абу Фатиха – араб-суннит, но склонен к шиизму. Официально он придерживается идеологии сирийского национализма.
Дамаск не имеет серьезных военных сил в Манбидже, однако там много агентов сирийских спецслужб, которые периодически организуют прямые переговоры представителей тех или иных сил с иранцами или эмиссарами Асада.
В Манбидже на сегодня нет структур ССА, но многие уроженцы города принимали активное участие в операции Турции «Щит Ефрата». Можно отметить значительное число аффилированных с ССА лиц в Военном совете Манбиджа. Поскольку эта структура координирует действия различных групп сопротивления, местные жители принимают участие в заседаниях Военного совета независимо от того, за кого сражаются. Уроженцы Манбиджа присутствуют в отрядах ССА в основном в Джараблусе.
Протурецкие группы «Лива Шималь», «Ахрар аш-Шам», «Бригада Султан Мурат», «Файлак аш-Шам» и «Армия Ахфад» в большинстве сформированы как раз выходцами Манбиджа. На сегодня примерно 25 тысяч его уроженцев живут на сирийской территории, которую взяла под контроль Турция в результате операции «Щит Ефрата». А сколько на территории самой Турции, неизвестно.
По оценке турецких аналитиков, у курдов из РПК/ДС нет шансов сохранить военное и политическое доминирование, когда закончится американская опека. Структура, созданная РПК/ДС в Манбидже, опирается на военную поддержку и интересы США, но не на согласие местного населения. Приоритетный сценарий развития ситуации для Турции – возращение контроля над городом правительственным силам.
При этом РПК передаст Манбидж Дамаску в обмен на сохранение позиций в областях, которые имеют для курдов более важное, стратегическое значение. В случае вступления в город правительственных войск его, как ожидается, покинет минимум половина населения.
Основная ставка Дамаска делается на примирение племен в Заевфратье. Летом 2018-го 70 представителей племен из Алеппо, Ракки и Хасеке заявили, что сформировали новую власть, чтобы очистить восток Сирии от держав, поддерживающих курдов и ССА. Это демонстрирует, что Асад готов использовать племенную дипломатию, чтобы превратить Заевфратье в опасную для США и их союзников зону. Соединенные Штаты хотят ослабить давление Турции, не отказываясь окончательно от поддержки РПК/ДС.
Анкара вынуждена решать проблему курдов путеём компромисса с США и Россией, ища баланс между ними. Москва поднимала этот вопрос на прошедших в конце 2018 года двусторонних консультациях глав военных ведомств. США и Турция пока консенсуса не достигли.
Статья основана на материалах эксперта ИБВ Ю.Щегловина.
Справка «ВПК»
Изначально Манбидж был заселен черкесами. С 50-х годов в город пошла интенсивная арабская миграция, особенно после строительства плотины Тишрин. Начался отток черкесов в другие города Сирии, а с начала 90-х – в Россию. На сегодня черкесов в городе – около одного процента населения. Манбидж как крупный торговый центр принимал и других мигрантов, в том числе курдов и туркоманов. Сейчас он преимущественно суннитский и арабский.
До начала сирийского конфликта население составляло почти 200 тысяч человек плюс в окрестностях жили 300 тысяч селян. В итоге интенсивной миграции во время гражданской войны на конец 2017-го население города достигло 600 тысяч человек. Приблизительное соотношение этнических групп: арабы – 85–90 процентов, курды – 3–5, туркоманы – 6–8, черкесы, как уже говорилось, – 1. До войны в городе была значительная армянская диаспора, эмигрировали все. Пока только одна армянская семья вернулась в город.
Крупнейшая племенная группа – бубенн. В районе Манбиджа ей принадлежат 75 деревень. Бубенны сосредоточены в восточных и западных сельских районах Манбиджа, а также вокруг плотины Тишрин. Самое большое племя после бубенна – Бени Саид. Оно в основном живет на восток от Евфрата. Другое крупное племя – Аль-Вальда сосредоточено в 40 деревнях в районе Аль-Хафса.
Когда ИГ захватило город, его население сократилось до 50 тысяч человек. При этом в сельских районах Манбиджа число жителей изменилось незначительно. Горожане выехали в основном в Алеппо и Африн, а также в Турцию. После того как территорию взяли под контроль РПК/ДС, пошел обратный процесс: на сегодня здесь 300 тысяч жителей. Арабское население города в основной массе идеологию ИГ не разделяло.
* * *
Евгений Сатановский
- президент Института Ближнего Востока
«Военно-промышленный курьер»