Самая израильская победа Израиля
Четвертая операция в Газе уже произошла. Мы этого не заметили. Потому что обычных ее признаков не было. Сирены не будоражили страну, не пришлось прятаться в бомбоубежищах, резервисты не получали приказов о срочной мобилизации, войска не входили в сектор, и мальчики, слава Богу, не гибли.
Но операция произошла, и ХАМАС потерпел в ней сокрушительное поражение. Не окончательное, но тяжелое, стратегическое.
Именно так, а не как локальный эпизод следует воспринимать уничтожение диверсионного тоннеля ХАМАСа в ночь на воскресенье.
Презентация тщеты
В контекстеКак бороться ХАМАС? Сделать его лидеров несчастными Террористическая организация сделала тела убитых в качестве предмета торга, планируя совершить обмен с израильской стороной и таким образом освободить десятки своих заключенных в тюрьму террористов, а также в качестве предварительного условия для мирных переговоров.
Дело не в том, что этот тоннель был одним из самых замысловатых – вел не только на израильскую территорию, но и на египетскую, пролегал не только под КПП Керем-Шалом, но и под единственным газопроводом, снабжающим сектор газом.
Хотя все это само по себе интересно и много говорит, как о надежности хамасовских лидеров в качестве партнеров по переговорам (они сейчас стараются заслужить благосклонность египетского руководства всеми силами, но тоннель на Синай, где оно ведет войну со своими злейшими врагами из ИГ, – роют), так и об их заботе о собственном народе.
Для Газы, якобы находящейся в блокаде, Керем-Шалом и газопровод – «дорога жизни», как для ленинградцев Ладога во время их блокады.
Вот ее-то ХАМАС и подставил под удар своим тоннелем. Даже безжалостные к гражданскому населению ленинградские вожди времен войны на такое не могли бы пойти. А ХАМАС – пошел.
Дело и не в том, что разрушение этого тоннеля – событие из ряда вон выходящее. Как раз нет. Это уже четвертый диверсионный тоннель из Газы, обнаруженный и уничтоженный тем же способом и, что еще важнее, — по той же технологии.
А вот эта технология и эта тенденция, свидетельствующая, что как три предыдущие, так и все последующие, будут неизбежно, с приборной точностью, выявлены и уничтожены, — как раз и есть главное. Не произошедшее, а именно происходящее означает, что главная карта ХАМАСа в Газе, на которую у него было все поставлено, — бита.
Это полный крах хамасовской стратегии последних лет.
Все, на что он тратил основные свои средства и силы, мобилизовывал сотни жителей Газы, заставляя их вгрызаться в почву круглыми сутками семь дней в неделю за высокую, по понятиям анклава, зарплату, обрекая все население сектора на лишения, нищету, дефицит всего и экологическую катастрофу, — оказалось не просто зарыто в землю, но и погребено под обломками тоннелей — бесполезных, никому не нужных и никому не страшных, разрушаемых простым нажатием кнопки. Полная тщета! Псу под хвост.
Операционный эффект без операции
Также по теме«Детали» Так убивали врагов Израиля «News UA» Сирийский Ящик имени Пандоры
Помнится, после первой операции в Газе – «Литой свинец», в 2009-м, я брал интервью у тогдашнего министра обороны Эхуда Барака. Он буквально сиял, рассказывая подробности. И по праву – мне и до него, другие собеседники, авторитетные специалисты, авторитетные генералы запаса, рассказывали, с аргументами и примерами, что эта операция в военном отношении была проведена блестяще.
А вот политические результаты «Литого свинца» оказались никакими: ХАМАС уцелел, его главари, отсидевшись в бункере под детским отделением больницы в Газе, отделались легким испугом. «Ну, хорошо, спросил я Барака, — не для того, чтобы сбить самодовольство, но чтобы понять логику, — а где результат?»
Он не смутился ни капли, и объяснил суть оборонной доктрины Израиля, сформулированной, по его словам, еще Бен-Гурионом.
Нам не удастся добиться вечного мира с соседями, уничтожить всех своих врагов – нет и не должно быть такой задачи, она невыполнима. Единственное, чего мы можем достичь военным путем, – обеспечивать спокойствие народу Израиля в перерывах между войнами, и стремиться убедительными победами увеличивать продолжительность этих периодов тишины. Чем сокрушительнее победа – тем дольше продлится затишье.
По мнению Барака, в «Литом свинце» удар ХАМАСу был нанесен такой силы, что террористам понесенного урока хватит надолго. Это и есть результат.
Мне неизвестно, является ли эта доктрина рабочей до сих пор. Помню только, что когда нынешний министр обороны Либерман во время операции «Несокрушимая скала» спорил со своим предшественником и премьером, требуя свержения власти ХАМАСа в Газе, его аргументы были именно такими: промежутки между операциями в секторе стали слишком короткими – надо устранять причину, раз наши реагирования на следствия оказываются неэффективными.
Достижение военной победы выражается в лишении противника способности к сопротивлению и возможности воевать. Именно потому нельзя считать победными ни Вторую Ливанскую войну, ни операцию «Несокрушимая скала». В обоих случаях жало не было вырвано, стимул у противника остался.
Найденное и реализуемое израильской системой безопасности кардинальное решение проблемы диверсионных тоннелей, публичная презентация которого состоялась в начале нынешней недели, обеспечивает тот самый деморализующий врага фактор, которого нам не удалось достичь в двух прошедших войнах.
Вот почему я и говорю, что новая операция в Газе уже состоялась. Без мобилизации резервистов, ввода войск, подвергания опасностям обстрелов тыла.
Эффект от нее будет именно такой, как от военной операции, – увеличение периода затишья.
Это самая израильская победа Израиля в его истории – чисто технологическая, за счет еврейского ума, без крупномасштабных боевых действий.
Право на ультиматум
В контекстеТони Блэйр и другие радетели ХАМАСа Если бы в 2007 году Израиль и США продолжали бы умиротворять исламистов, то боевики ХАМАСа продолжали бы убивать евреев, а его «политические лидеры» разъезжали бы по европейским столицам и выступали бы на ПАСЕ...
Но это победа не только военная. Не менее значимы и политические последствия. Чтобы распознать их, следует оборотиться назад, в период, предшествующий серии ликвидации тоннелей.
В октябре прошлого года египтянам удалось усадить за стол переговоров ФАТХ и ХАМАС. Оба они ненавидят друг друга не меньше, чем каждый из них Израиль.
Но сели и заключили очередное соглашение о примирении, которое, конечно, не будет работать, как и все предыдущие, однако не о том речь. Важнее другое.
Ненавидящий администрацию в Рамалле ХАМАС, который десять лет назад сбрасывал ее представителей с крыш многоэтажек в Газе, предложил ей взять на себя управление гражданской жизнью в секторе. Из этого тоже ничего не выйдет, но важен сам факт предложения.
Зачем ХАМАС это сделал? Не из любви к презираемым противникам, конечно, а от безвыходухи. ХАМАС убедился, что сам не в состоянии справляться с проблемами оккупированной им территории. Он – банкрот.
И обанкротился в первую очередь на сооружении тоннелей – самой приоритетной и самой дорогой части своей военной инфраструктуры.
Конечно, несопоставимо по масштабам, но по схеме вполне: с ХАМАСом произошло то же самое, что когда-то случилось с Советским Союзом, подорвавшим свою экономику, а затем и страну в попытке поднять неподъемную для нее гонку вооружений с гораздо более сильным в экономическом и технологическом отношении противником.
Несколько лет ХАМАС закапывал в землю все свои средства, готовясь к войне, которую он обречен был проиграть, не позволяя себе тратиться на жизнеобеспечение сектора. Сейчас там экономическая, экологическая и гуманитарная катастрофа. Но все для фронта, все для победы…
Одним своим технологическим решением (дорогим, затратным, но посильным для развитой, процветающей экономики) Израиль превратил эти траты, усилия и жертвы в прах.
ХАМАС в Газе надорвался на стратегии тоннелей так же, как СССР в противостоянии стратегической оборонной инициативе США. Это тихая, но убедительная победа Израиля. Не случайно выдвинутая Либерманом на днях стратегия в отношении к ХАМАСу из шести пунктов так напоминает по тону ультиматум побежденному.
А вы говорите – тоннель. Сколько их еще будет, а сколько ни будет – все обречены.
* * *
Владимир Бейдер
Сайт Владимира Бейдера