Похоже, у него получается
Буэнос-Айрес. (Фото: «Nautilus»)
Президент Аргентины Хавьер Милей отметил годовщину пребывания в должности. К этой дате он приурочил мероприятие Конференции консервативных политических действий (CPAC), проведённое в Буэнос-Айресе.
В контекстеХавьер Милей между взлётом и падением Уменьшение зарплат и социальных пособий какая-то часть населения готова терпеть, но только недолгое время. Но теперь и те, кто приветствовал Милея, месяцами недоедает, и не видит света в конце тоннеля.
В столичном отеле Hilton царила атмосфера настоящего триумфа. Вступительную речь произнесла Лара Трамп, невестка Дональда Трампа; среди гостей находились Эдуардо Болсонару, сын бывшего президента Бразилии Жаира Болсонару, лидер испанской ультраправой партии Vox Сантьяго Абаскаль, парламентарии правого толка из Перу, Мексики, Уругвая и Чили, известный мексиканский либертарианец-бизнесмен Рикардо Салинас Плиего, и многие другие.
Болсонару-младший торжественно объявил Хавьера Милея «лидером мирового уровня», благодаря чему «крупнейшее собрание консерваторов в мире - здесь, в Буэнос-Айресе».
По мнению ряда экспертов и многих мировых СМИ, Милей в настоящее время является признанным мировым лидером правоконсервативного течения.
За год правления Милей продемонстрировал, что не зря размахивал бензопилой во время предвыборной кампании. Он девальвировал песо (правда, заменить его долларами не удалось), сократил государственные расходы на 30%, закрыл девять из 18 министерств, уволил 30 тысяч госслужащих, остановил проекты общественных работ, отказался повышать пенсии, урезал финансирование государственных университетов, сократил субсидии на энергетику и транспорт.
Это вызвало массовые протесты и забастовки, которые, впрочем, довольно быстро сошли на нет. Количество бедных выросло с 42 до 53%, что является самым высоким показателем в истории Аргентины с XIX века.
Однако популярность президента, снизившаяся было до 47%, к декабрю вновь поднялась – до 57%. Почему бы это?
В контекстеАргентина идёт направо Теперь же Аргентина разделена на три лагеря: перонистский, правый и ультраправый. Хотя, конечно, в реальности правые и ультраправые – это если не один лагерь, то единый суперблок. Потому, что голоса Милея вполне могут перейти Буллрич и наоборот, а голоса того и другой никогда не достанутся перонистскму кандидату.
Например, потому, что официальный уровень бедности в Аргентине значительно выше, чем почти во всех прочих странах Латинской Америки.
Минимальная пенсия в $300 мала для развитых и богатых стран, а для Латинской Америки она очень даже хороша. В результате чего часть официально признанных «бедняков» таковыми не являются.
Милею удалось главное – сбить инфляцию до 2,6% в месяц, что уникально для аргентинской экономической истории.
Инфляция всегда больно бьёт именно по бедным (у богатых имеются валютные счета), и снижение инфляции они чувствуют очень быстро. Уже почти год сохраняется профицит бюджета. Налоговая амнистия быстро привлекла $19 миллиардов в банки Аргентины.
Простые аргентинцы также ощущают уменьшение преступности: правительство Милея сняло нелепые ограничения на деятельность полиции, которые при перонистских правительствах просто не давали возможности поддерживать порядок.
В город Росарио, превращённый наркомафией в один из основных пунктов перевалки наркотиков, были введены войска, которые действуют по «сальвадорскому» образцу, т.е. крайне жёстко.
В результате уровень насилия в этом городе, который сравнивали с колумбийским Медельином и мексиканским Сьюдад-Хуаресом, резко снизился (хотя и не доведён до «приличного» уровня).
Сергей Любарский Почему Аргентина обнищала?
Во время предвыборной кампании Милей обещал разорвать отношения с Китаем и Бразилией, мотивируя это нежеланием иметь дело с «проклятыми коммунистами». Но, став президентом, он сбавил обороты.
И вот уже строится гигантский трубопровод, который будет перекачивать аргентинскую нефть с суперместорождения «Вака муэрта» в Бразилию. В результате Аргентина стала третьим экспортёром нефти в Латинской Америке, обойдя Колумбию.
Аргентина впервые начала экспортировать пшеницу в Китай, потеснив традиционных поставщиков в эту страну. Китайский автопроизводитель Chery планирует построить в Аргентине завод по производству электромобилей и аккумуляторов стоимостью $400 миллионов.
В контексте«Трамп из пампасов» Популярность Хавьера Милея во многом обусловлена сложной экономической ситуацией, в которой Аргентина находится уже несколько лет, особенно после пандемии. Годовая инфляция в стране составляет 143%, более 40% аргентинцев живут за чертой бедности.
С конца лета начинает оживать аргентинская экономика. Сельское хозяйство, избавленное от бюрократических запретов, демонстрирует внушительный рост. Быстро растёт добыча нефти, газа, лития и меди. Ожило автомобиле- и тракторостроение: аргентинские трактора появились на рынках многих стран.
Электромобили национального производства Volt Motors пытаются конкурировать на внутреннем рынке с китайскими.
Аргентина также планирует расширить производство геостационарных спутников связи для стран Латинской Америки. Возобновилось строительство солнечных и ветровых электростанций: по возобновляемой энергии Аргентина планирует в ближайшие годы выйти на первое место в Латинской Америке.
Перед конференцией CPAC Милей удивил аргентинцев, презентовав ядерный план по строительству компактных атомных электростанций, которые будут поставлять чистую энергию центрам обработки данных для искусственного интеллекта (деятельность, потребляющая много энергии) – это призвано превратить страну в важного игрока в сфере ИИ.
Ядерная отрасль в Аргентине была довольно развитой в 1970-80-х – аргентинцы даже строили реакторы за рубежом (в Перу, Алжире, Египте и Австралии), но потом она пришла в упадок. Но сохранились технологии, есть работающие АЭС и квалифицированные специалисты. Дело за финансированием, которое президент обещает обеспечить.
Сергей Любарский Политика Хавьера Милеи — это ошеломляющий успех
Впервые со времени крушения военного режима в 1983-м Аргентина приступила к модернизации армии. Приобретены современные истребители F-16; уже много лет ВВС страны не имели не одной (!) машины в лётном состоянии.
А модернизированные при участии израильских компаний танки ТАМ национального производства рекламировал сам Милей.
В контекстеСпасибо Аргентине! Когда социалисты намереваются обложить налогом «всё, что движется» (а то и что «не движется»), и потратить все это на «государственные проекты» по «ускорению роста», стоит напомнить, что это официальная политика в стране.
В общем, по истечении первого года президентства Милею есть что предъявить и соотечественникам, и правым силам в мире. «Милей ведет мир вперед в новый золотой век свободы, я действительно в это верю», - сказал Бен Шапиро, консервативный комментатор, на конференции CPAC.
Всё это выглядит ободряюще для Милея и его единомышленников. Но далеко не факт, что всё запланированное удастся реализовать: на «анархо-капиталистическом» пути Аргентины очень много препятствий.
Одно из них – политика: аргентинцы привыкли к социальному государству, и с большим трудом свыкаются с тем, что все их проблемы придётся решать самим.
Пока популярность Милея держится на недавних воспоминаниях о безудержном росте цен, хаосе на улицах и ужасной преступности, от чего страна отошла в последние месяцы. Но если не начнётся заметный рост зарплат и количества рабочих мест, «революция повышенных ожиданий», которая сейчас происходит в Аргентине, сменится «революцией обманутых надежд».
Что вполне возможно, особенно если учесть, что важная часть электората Милея – это люмпен-пролетарии, симпатии которых очень быстро перетекают с ультраправого фланга в ультралевый и наоборот.
В контекстеВывел ли Хавьер Милей Аргентину из рецессии? Независимо от того, видны они сразу или нет, реформы Милея создают бесчисленные возможности, демонтируя наименее продуктивную часть экономики Аргентины: её бюрократию.
Милей получил власть при абсолютно пустой казне и огромных долгах, и «закрома родины» только-только начали заполняться. Иностранные инвесторы хвалят Милея и обещают инвестиции, но вкладываться в аргентинскую экономику не спешат, исключая энергетику и горнодобычу.
Слишком устойчиво отношение к Аргентине как к стране вечного дефолта, несостоятельному должнику, к тому же постоянно меняющему правила игры.
И если в течение следующего года Милею не удастся переломить ситуацию, и привлечь действительно большие инвестиции, все его достижения могут рухнуть.
Что опрокинет не только его либертарианскую концепцию, но и основательно подорвёт позиции правых во всём мире – слишком уж большая ставка сделана ими на аргентинского президента.
* * *
Евгений Трифонов
«Дзен»