Чего дальше ждать от российского режима в его войне? И чего ждать внутри России?
Москва, Александровский сад. (Фото: «Nautilus»)
Написал для The Moscow Times про то, какой режим в России, тоталитарный, авторитарный или какой-то другой. Доказываю, что какой-то другой. Который похож и не похож на все сразу.
В контекстеВойна России против Украины разоблачила парадокс, который Западу нужно распутать Запад возобладает в противостоянии с Путиным, которое de facto происходит. Но это не значит, что произойдет возвращение мирового порядка под контролем Запада. Пора предложить новое видение «друзьям в других уголках».
Если кто еще не догадался, предупреждаю: это не научный труд. Люблю ученых-политологов и всегда пытаюсь у них чему-то научиться, но я не ученый и смотрю на происходящее не с научной, а с практической точки зрения. Чего дальше ждать от российского режима в его войне? И чего ждать внутри России?
Публицисты говорят, что в РФ тоталитаризм. Или попросту - что фашизм. Но начинаешь сравнивать с режимами ХХ века и сразу видишь: хоть и похож, но не во всем.
И вообще странно думать, что в XXI веке может один в один повториться то, что было в совсем не похожих на РФ странах, включая и тогдашний СССР.
Специалисты по политическим наукам смеются над публицистами и говорят, что в РФ не тоталитарный, а авторитарный режим в его персоналистской разновидности. То есть, в самой дикой из всех возможных.
И тогда Путин примерно там, где был центральноафриканский император Бокасса и где сейчас венесуэльский Мадуро.
И тут первая уникальность. До сих пор ни у кого из персоналистов-автократов не было в собственности гигантской ядерной супердержавы. Это абсолютно новое для человечества явление.
И оно помножено на уникальное явление номер два. На по-новому тоталитарную совокупность российских обитателей.
Это не повторение советско-сталинского прошлого, а какое-то творческое его развитие. Скажем нынешняя государственная идеология это может быть уже и не госидеология, а какая-то религия языческого типа, с верой в чудеса, в неолибералов-нацистов, во всемирный антирусский заговор и прочую рептилоидность.
А условный и безусловный Соловьев и остальной легион военкоров - шаманы этой веры, поют и скачут в амулетах вокруг костров. А вокруг публика в гипнотическом сне.
Вот эти два пересекающихся компонента - теряющий последнюю вменяемость и ничем не ограниченный властитель и впавшие в языческое оцепенение подданные со своим снами о советском прошлом и создают сегодняшнюю РФ.
Которая на сегодня - самое удивительное явление XXI века. Особо опасное для других и для себя в этом своем двойном кризисе - кризисе власти и кризисе масс.
Вот выдержки из текста:
В контекстеПутин не должен победить, но и Зеленский тоже Осажденная украинская нация также борется за драгоценную европейскую систему безопасности, расшатанную российским экспансионизмом. Таким образом, Украина возвращает Западу долг, бросая вызов России. Так она защищает и остальную часть Запада.
...Спор о том, какой режим сейчас в России, быстро заходит в тупик, если мерить его мерками диктатур XX века.
Владимир Путин построил автократию нового типа. Ее логика не такая, как у Сталина и других правителей прошлого...
...Популярная политическая аналитика и тем более публицистика со своим образным языком выглядят чем-то вульгарным в глазах политолога. Но сказать, что публицисты реже, чем политологи, угадывают будущие события или, наоборот, чаще ошибаются в предвидениях, уж никак нельзя...
...Вернемся к путинизму. Не являясь политологом и не претендуя на научную аккуратность терминов, буду рассуждать на уровне здравого смысла. Похожа ли нынешняя российская система на режимы прошлого века, которые в обиходе принято называть тоталитарными? На советский, итальянский, немецкий? Далеко не во всем.
Нет того фанатизма
В РФ нет (или пока нет) всеобъемлющей сети идеологических организаций, в которых состоят все от мала до велика.
Все эти октябрята, балиллы, югенды, профорги, «силы через радости» — до этого еще не близко.
И гораздо меньше бытового фанатизма. Россияне XXI века привыкли к расслабленности и достатку, который по меркам XX века был бы весьма приличен даже для тогдашней Германии, не говоря уж о родных краях.
Из-за этого трудно мобилизовать сегодняшнего россиянина не то что в армию (тут уж приходится платить очень большие деньги, совершенно не похожие на рядовую зарплату), но даже и на шоу с Путиным в Лужниках. Ведь и туда бесплатно не идут.
Сравните это с буднями итальянца эпохи фашизма. К которому просто приходило распоряжение из профсоюза:
«Вам приказывается явиться ровно в 6 часов утра для поездки в Модену. Ввиду важного значении церемонии вам вменяется в безусловную обязанность, безо всяких извинений и без ссылок на смягчающие обстоятельства, принять участие в этой грандиозной и символической манифестации. Против тех, кого не окажется во время переклички, обязательной перед отправкой, будут приняты строгие меры»...
В контекстеАндрей Илларионов: «Надвигается катастрофа, о которой Путин не хочет говорить» ...Они все больше опасаются того, что будет с ними, если не удастся договориться с Западом. Но они полагают, что с Западом договориться может только Путин. Поэтому ожидать от них его свержения вряд ли следует.
...Хотя часть экспертов все еще отрицает существование в РФ общеобязательной и общепринятой идеологии, она налицо. Просто в XXI веке, с его телевизионной и онлайновой пропагандистской машиной, не нужны собрания трудовых коллективов и пионерские сборы.
Люди и без них понимают: что Запад ночи не спит, все думает, как отменить бедную Россию, что вокруг рептилоиды и что надо воевать за исторические границы, которым нет конца.
На возражения, что в этой идеологии ничто ни с чем не сходится и все всему противоречит, предоставим ответить специалистам по эстетике постмодернизма. В прошлом веке идеология должна была быть связной и выдержанной в одной интонации, а в веке нынешнем это бы только помешало.
Стадо баранов, помеченных зэтой, гонимое куда-то вперед (видео дагестанского сельхозведомства) — это не сатира, это предельно благонамеренно. Не ищите подтекстов. Баран — значит, вкусно, зэта — значит, лояльно, а уж бараны с зэтой — вдвойне хорошо. Как и пляска полуголых девиц из ночных клубов под «вставай, страна огромная» (другое ходячее видео). Девицы — это весело, «страна огромная» — патриотично, а вместе — полный кайф...
...Тоталитаризм XXI века совсем не так жертвен и фанатичен, как его режимы-предшественники.
В 2022-м российские траты на вторжение в Украину можно оценить в 7,4 трлн руб. (примерно 5% ВВП). Такова разница между узаконенными накануне войны и фактически исполненными расходами госбюджета (соответственно 23,7 трлн и 31,1 трлн руб.).
По масштабам трат схватившихся в 1941-м Германии и СССР, это на удивление мало. Но таков, видимо, ресурс прочности нынешнего режима.
В готовности народа к самоотдаче он не может соревноваться с предшественниками.
Зато стилистически вполне сопоставим. Можно спорить, о чем люди думают втайне, но и на второй год абсолютно безумной войны почти все они лояльно повторяют казенные заклинания всех градаций бредовости и покорно, хоть и лениво, выполняют приказы. Только тоталитарные режимы в прошлом веке гордились тем, что подданные заранее готовы одобрить любые их зигзаги и принять объяснения любой степени абсурдности.
И кстати, те, кто сейчас оправдывает почти поголовное уклонение россиян не то что от противодействия, но даже и от осторожных возражений против начальственного помешательства, должны признать наличие в РФ тоталитаризма. Только тоталитарным подданным свойственно даже и без прямой физической угрозы быть такими послушными не просто в поступках, но даже и в словесных декламациях.
Путь к пепелищу
В контекстеФинальный отсчет путинской эпохи В стране официально насчитывается 3,1 млн безработных, 700 тысяч частных охранников, не менее 100 тысяч персональных водителей, 80 тысяч депутатов различных уровней и множество других столь же полезных для экономики граждан.
Что же до персональной стороны режима, то ученые-политологи совершенно правильно указывают, что режим Путина — авторитарный и персоналистский.
То есть, является такой разновидностью автократии, которая в своих действиях не связана никакими учреждениями, правилами и процедурами. И этим она принципиально отличается от сталинской тирании, которая для нас — естественная точка отсчета.
Путин подражает Сталину не потому, что понимает его режим. Путин не является государственным деятелем. Сталин таковым был.
Сталин мыслил в категориях государства, в категориях своей империи. Путин мыслит в категориях обид, завистей и персональных самовыражений. Поэтому Сталина не могло волновать, какого пола американский бог и как организован секс в Берлине, а Путин этим и живет.
Сталин приспособил к себе государственную систему СССР и затем охранял ее. Путин не приемлет государственные институции РФ и методично их разрушил.
После Сталина осталась тоталитарная система, после Путина останется пепелище. Сталин смотрел на СССР как на свое изделие. Путин смотрит на РФ как на свою игрушку.
Главный сюрприз XXI столетия
В контекстеВойна Путина проваливается. Запад должен помочь ускорить этот процесс В администрации Байдена появился значительный дискомфорт. Белый дом призывал Пелоси, которая принадлежит к Демократической партии, как и президент США, не ехать на Тайвань. В свою очередь ее соперники-республиканцы в Конгрессе выстроились, чтобы похвалить ее.
Путинский режим равнодушен к подвластной ему государственности. Правитель — все, остальное в стране — ничто.
Сталин мог выпить «за здоровье русского народа», за то, что народ его не скинул, поскольку по-своему считал, что и у него есть какие-то обязанности перед этим народом.
Хотя бы сохранить империю.
Путин никаких обязанностей ни перед народом, ни перед страной, и вообще ни перед кем на себя не берет ни в каком смысле.
В этом и уникальность его режима. До сих пор персоналистские автократии устанавливались в не очень больших и не особенно мощных странах с маленьким опытом государственности. Больше всего таких было в постколониальной Африке.
Типичным представителем социальной группы автократов-персоналистов был Жан-Бедель Бокасса, центральноафриканский президент, а затем император, отличавшийся не только жестокостью, но и экстравагантными привычками, включая каннибализм, и свергнутый после тринадцатилетнего правления французскими десантниками...
Режим Путина похож на режим Бокассы в том смысле, что их обоих на домашнем фронте абсолютно ничто не ограничивает.
Только подвластная Путину РФ ни в каком смысле не ЦАР. Радикальная персоналистская автократия в ядерной супердержаве, гигантской стране со своеобразными, но давними традициями государственности, — явление необычное и никаких прецедентов не имеющее. На сегодня это, пожалуй, самый удивительный мировой сюрприз XXI столетия.
И еще одним парадоксом века является то, что разрушительный и интересующийся только собой режим кажется чем-то нормальным собственным подданным, которые впали в имперский ресентимент и с легкостью восстановили советские навыки.
Тоталитарная спячка россиян, помноженная на безответственный авантюризм ничем не ограниченного правителя — вот формула сегодняшней РФ.
Она не просто порождает кризисы вокруг России. Она сама — кризис, из которого сегодня не видно выхода...
* * *
Сергей Шелин
«The Moscow Times»
«Facebook»