От колыбели сербской государственности до центра албанского сепаратизма
Косово считается колыбелью сербской государственности, при этом его заселение албанцами началось еще при турецком господстве на Балканах.
В контекстеГаага для премьера Косова В Вашингтоне и европейских столицах накопилось столько усталости и раздражения из-за капризов и шантажа Приштины, что под пересмотр попали основы основ. Теперь Запад считает не сербские, а косовские элиты главным препятствием на пути урегулирования.
Но по-настоящему это заселение ускорилось во времена первого коммунистического лидера Югославии Иосипа Броз Тито. Он целенаправленно поощрял переселение албанцев в Косово, надеясь благодаря этому в будущем присоединить Албанию к Югославии.
Получилось по сути наоборот, но только уже после смерти Тито.
Наследник Тито Слободан Милошевич под лозунгом сохранения Югославии развязал несколько войн и все их проиграл. Последней оказалась война за Косово, которая привела к развалу уже не только Югославии, но и собственно Сербии.
При этом страны НАТО, силой отторгнув Косово у Белграда, создали прецедент силового передела международно признанных границ. С тех пор они пытаются доказать, что это не прецедент, а уникальный случай, но вряд ли даже сами понимают, в чем его уникальность.
Маленький край на Балканах стал символом крушения всего мирового порядка и вступления мира по воле Запада в эпоху хаоса в международных отношениях.
На данный момент независимость Косова признают 98 стран – членов ООН (из 193) и Тайвань, кроме того, 15 стран свои признания отозвали. Интересно, что все эти 15 «отпризнаний» пришлись на 2017–2020 годы, а новых признаний за этот период было всего три, то есть международная легитимность Косова, пройдя в начале 2017-го свой пик в 111 стран, теперь неуклонно снижается.
При этом сама страна членом ООН не является, поскольку ее не признают два постоянных члена Совбеза ООН – Россия и Китай.
Не признает независимость Косова и сама Сербия, которая теоретически имеет право восстановить свою территориальную целостность в признанных границах.
Политика Белграда уже давно направлена на вступление страны в ЕС, не исключено, хотя и далеко не так однозначно, даже вступление Сербии в НАТО. Однако достижение этой цели невозможно без признания независимости Косова, это безусловное требование Брюсселя и Берлина.
Более того, Белград обязан признать Косово в его нынешних границах, игнорируя интересы сербского меньшинства, проживающего на севере края. Сербы подвергаются в Косове открытой дискриминации, но Запад не слишком сильно волнуется по данному поводу.
В контекстеПобедить, чтобы проститься Российское влияние на Балканах ждет постепенное угасание. Нынешние восторги Вучича по поводу российской поддержки связаны прежде всего с его страхом, что Кремль может сорвать соглашение с Косовом.
Регулярные силовые акции косовской полиции против сербского меньшинства вызывают возмущение населения в самой Сербии, поэтому Белград вынужден реагировать официальными протестами. Приштина эти протесты ожидаемо игнорирует.
Осенью 2018 года спецназ МВД Косова был размещен вблизи аккумуляционного озера контролируемой Сербией ГЭС «Газиводе» на севере Косова. После этого президент Сербии Александр Вучич привел ВС Сербии в полную боевую готовность. Впрочем, в итоге опять ничего не произошло.
Ничем не закончился и новый конфликт в мае 2019 года, когда косовская полиция совершила рейд в северные районы республики, населенные сербами.
В конце 2018 года Белград предложил Приштине обмен территориями – Сербии отходят заселенные сербами земли на севере Косова, которое в свою очередь получает местности с преобладанием албанского населения на юге Сербии. К этому варианту достаточно благосклонно отнеслись в Вашингтоне и Москве, но
Берлин выступил категорически против, придерживаясь принципа нерушимости границ, что применительно к истории с Косово звучит как издевательство.
После этого Приштина откровенно издевательски ответила, что готова взять заселенные албанцами земли на юге Сербии, но в обмен не отдаст ничего.
Явно поощряя наглость Приштины, Запад запрещает ей создавать полноценные ВС, видимо, понимая, какие проблемы это принесло бы ему самому. Косово по-прежнему располагает лишь полицейскими формированиями, оснащенными легким стрелковым оружием. Это же относится к нынешнему «миротворческому контингенту» в Косове, основу которого составляют силы НАТО.
В настоящее время его состав сократился до 3,3 тысячи человек, из них почти 600 из стран, не входящих в альянс, опять же почти исключительно с легким вооружением.
Несмотря на возмущение Белграда и недовольство Брюсселя, Приштина все равно собирается создавать армию, но это дело долгое.
В контекстеБалканский гамбит Исходя из своих целей, президент Сербии действует рационально. Но его беда заключается в том, что албанцы никак не хотят облегчить его задачу, они делают все, чтобы помешать, чтобы сорвать диалог и, как это ни странно звучит, помешать Вучичу осуществить признание независимости Косова.
Сербская армия после вышеупомянутых многочисленных поражений долгое время находилась в состоянии фактической деградации, не получая никакой новой техники. Численность личного состава значительно сокращена, оставшийся был не обременен боевой подготовкой и находился в явной психологической депрессии.
В последние годы в армию стала поступать, пусть и в незначительных количествах, новая техника собственного и российского производства.
Начали проводиться регулярные совместные учения с ВС России и Белоруссии. Военный потенциал Сербии остается весьма ограниченным (особенно это относится к ВВС и ПВО), но тем не менее он несравненно выше, чем у косовской полиции и «миротворческого контингента», вместе взятых.
В этом плане сербы вполне способны провести операцию по возвращению Косова в состав Сербии силовым путем. Косовские силы в открытом бою противостоять сербам, разумеется, не могут. В неменьшей степени это относится к «миротворцам» из НАТО и ЕС. Они с вероятностью, близкой к ста процентам, срочно эвакуируются или сдадутся.
Правда, не выстояв в прямом бою, косовские албанцы, безусловно, вернутся к партизанской войне. Хотя само по себе отторжение Косова от Сербии путем внешней агрессии было вопиющим попранием норм международного права, но албанцы, составляющие не менее 80 процентов населения края, на самом деле единодушно и однозначно хотели независимости от Белграда.
И за минувшие два десятилетия фактической независимости это их желание лишь укрепилось. Война с албанскими партизанами будет стоить Сербии огромных финансовых ресурсов и множества жизней.
Страны – члены НАТО сейчас окружают Сербию со всех сторон, кроме Боснии и Герцеговины, которая также Белграду отнюдь не союзник.
При этом в военном и психологическом плане НАТО сегодня гораздо слабее, чем в 1999 году. Оно не готово к проведению полноценной военной операции против Сербии. Но способно на полную экономическую и транспортную блокаду и изолирующие экономические санкции.
Кроме того, ВВС и ВМС США, а также ВВС Великобритании, Франции и еще некоторых стран НАТО начнут наносить авиационно-ракетные удары по объектам ВС и инфраструктуре Сербии.
В совокупности это очень быстро превратит жизнь сербов в ад. Подавляющее большинство населения Сербии к этому категорически не готово, у людей нет воли к реваншу любой ценой. Москва же трагический опыт Первой мировой, когда ради спасения Сербии была погублена сама Россия, повторять точно не собирается.
Поэтому вернуть Косово Сербии не суждено. Если только Запад в его нынешнем виде и понимании окончательно не деградирует и не распадется. Когда это случится, никто не знает.
* * *
Александр Храмчихин
- заместитель директора Института политического и военного анализа
«Военно-промышленный курьер»