Выход: только для канаков
4 ноября 2018 года в Новой Каледонии, являющейся заморским владением Франции, состоялся референдум по вопросу о независимости данной территории. Этот референдум по многим причинам вызвал интерес не только в странах тихоокеанского региона, но и в тех странах других частей света, где также существуют нерешенные проблемы, связанные со стремлением к независимости.
Следует сказать несколько слов о том извилистом пути, по которому Новая Каледония в течение многих лет шла к этому плебисциту. Этот райский остров в Коралловом море (восточнее Австралии) был открыт Джеймсом Куком в 1774 году и именно Кук дал ему современное название. В 1853 году Новая Каледония была провозглашена колонией Франции и с тех пор её судьба неразрывно связана именно с этой европейской страной. Во второй половине XIX века начинается бурное развитие экономики острова, связанное, в частности, с разработкой месторождений никеля, по запасам которого Новая Каледония занимает одно из ведущих мест в мире.
Подъем экономики повлек массовый приток мигрантов как собственно из Франции, так и с других островов Океании, а также из Индокитая. Это привело к существенному изменению этнического состава населения Новой Каледонии, что во многом определило последующие политические события. После окончания Второй мировой войны Новая Каледония перестала быть колонией Франции и получила статус заморской территории. В 1957 году избирательные права были предоставлены представителям коренного населения острова (канакам), которые до того момента были их лишены.
В контекстеВосстание «жёлтых жилетов» Завтра в Париже будут закрыты музеи, в том числе Лувр и Эйфелева башня, также не будут работать театры, часть магазинов, отменяются запланированные спортивные состязания. Зато на Шанс-Элизе выйдут полицейские бронеавтомобили...
Бурное экономическое развитие Новой Каледонии в 50-60-е годы XX века привело к новой волне миграции, в результате которой канаки перестали быть этническим большинством острова.
В 70-е годы на фоне получения независимости другими территориями тихоокеанского региона (Науру, Фиджи, Тонга, Кирибати и др.) в Новой Каледонии также возникло движение канаков, выступившее за независимость острова от Франции. И уже в 1983 году его сторонники выдвигают идею референдума о независимости, которая с тех пор во многом определяет региональную политическую жизнь. Именно тогда начинает вырисовываться специфика «новокаледонского референдума», о которой следует сказать отдельно.
Эта специфика была с самого начала связана с тем, что канакские организации выступали не просто за проведение референдума о независимости. Они требовали, чтобы в нём принимали участие только этнические канаки. Все остальные (французы, полинезийцы, китайцы, вьетнамцы и др.) должны были бы молча взирать на процесс волеизъявления канаков и согласиться с любым их решением, поскольку они являются «чужаками» на этой земле. Именно здесь и проявилась главная особенность канакского национального движения: оно выступает за независимость Новой Каледонии, представляя меньшинство её населения, которое претендует на исключительное право решать вопрос о самоопределении данной территории.
Согласно данным переписи населения 2014 года канаки составляют 39,1% населения Новой Каледонии, европейцы (прежде всего французы) – 27,1%, подавляющее большинство остального населения относится или к полинезийцам, или к потомкам смешанных браков.
Ситуация, при которой коренное население, находящееся в меньшинстве, претендует на независимость той или иной территории, нечасто встречается в мировой практике (на память приходит лишь «казус Абхазии», в которой абхазы, составлявшие 17% населения, требовали создания именно абхазского государства, что в итоге привело к гражданской войне).
Тем не менее, несмотря на неоднозначность своих требований, канаки в 80-е годы начали активно выступать за независимость Новой Каледонии. По призыву Канакского социалистического фронта национального освобождения (фр. Front de Libеration Nationale Kanak et Socialiste, FLNKS) большинство коренного населения начало бойкотировать выборы, а наиболее радикальные сторонники независимости начали серию вооруженных нападений на белых поселенцев (кальдошей). Вооруженные столкновения между сторонниками и противниками независимости продолжались несколько лет.
Стремясь прекратить противостояние, французское правительство решило провести референдум о независимости Новой Каледонии, в ходе которого избиратели должны были выбрать, хотят ли они остаться в составе французского государства или нет. Сторонники независимости приняли решение бойкотировать референдум, поэтому участие в нём приняли в основном каледонцы, особо о независимости не помышлявшие.
По итогам голосования, состоявшегося 13 сентября 1987 года, за независимость Новой Каледонии проголосовало лишь 1,7% избирателей, тогда как против — 98,3%.
Явка составила лишь 59,1%, что стало результатом бойкота референдума большинством канакского населения.
Однако данный референдум лишь подхлестнул противостояние в регионе, которое сопровождалось большим количеством жертв. В конце-концов, лидеры сторонников независимости решили пойти на компромисс и в 1988 году вместе с противниками независимости при посредничестве французского правительства подписали Матиньонские соглашения, согласно которым решение вопроса о статусе Новой Каледонии было отложено на 10 лет. По истечении указанного срока планировалось провести новый референдум о независимости Новой Каледонии.
Впрочем, чем ближе подходил 1998 год, тем яснее становилось, что, исходя из этнического состава населения региона, большинство избирателей опять выскажутся против независимости. В этой ситуации французское правительство вновь стало инициатором диалога между сторонниками и противниками независимости, который завершился подписанием 5 мая 1998 года Соглашения Нумеа, названному так в честь столицы Новой Каледонии.
Новое соглашение кардинально изменило правовой статус Новой Каледонии, преобразившейся в уникальное явление в рамках французского конституционного права.
Согласно соглашению, Франция передала органам власти Новой Каледонии большинство полномочий, зарезервировав за собой только полномочия в области обороны, внешней политики, кредитно-денежной политики, поддержания общественного порядка и правосудия. Более того, жители региона получили наряду с французским свое собственное гражданство (которого не имеют жители других заморских регионов Франции), а национальные символы канаков (флаг, герб и гимн) получили официальный статус.
В контекстеЧего нам ждать от французского бунта От внезапно взлетевших вождей такого типа ждут решений вовсе не технократических, а, наоборот, популярных... — хотя бы у части народа. Вместо этого Макрон группу за группой объединил против себя почти всех.
Но и это ещё не всё. Соглашением было предусмотрено проведение следующего референдума о независимости Новой Каледонии по истечении 20 лет с момента его подписания. При этом французские власти пошли на существенные уступки сторонникам независимости. Согласно ст. 5 Соглашения Нумеа в случае, если в ходе запланированного референдума большинство избирателей выскажется против независимости, то по прошествии 2-х лет по инициативе 1/3 депутатов Конгресса Новой Каледонии может быть проведен повторный референдум по данному вопросу.
Казалось бы… однако и это ещё не всё. Если и во второй раз сторонники независимости потерпят неудачу на плебисците, у них будет ещё один шанс при условии, что всё та же 1/3 депутатов Конгресса вновь потребует провести голосование по истечении 2-х лет со дня второго референдума.
Нельзя не отметить, что идея провести в течение 4-х лет три всенародных голосования по одному и тому же вопросу не имеет аналогов в мировой электоральной практике.
При этом следует учитывать, что доля сторонников независимости в Конгрессе практически всегда составляет не менее трети депутатского корпуса, а это, в свою очередь, делает проведение второго и третьего референдума практически неизбежным.
Помимо перечисленного, правительство Франции пошло на уступки и в вопросе о том, кто именно получит право голосовать на предстоящем через 20 лет референдуме. Статья 2.2.1 Соглашения Нумеа установила, что в голосовании смогут принять участие только те жители региона, которые родились в Новой Каледонии до 1988 года и проживали в ней с 1988 по 1998 год или родились в 1988 году и имели хотя бы одного из родителей, имеющих право голоса на референдуме. Ещё одна категория голосующих включает лиц, которые смогут доказать, что к началу 2013 года они не менее 20 лет постоянно проживали на территории Новой Каледонии.
Столь сложная схема была создана именно для того, чтобы отсечь от участия в голосовании иммигрантов, прежде всего, французов, которые в небольшом количестве, но всё же продолжают переезжать жить в Новую Каледонию.
В этой ситуации лидеры канаков опасались, что вновь прибывшие сделают их мечты о независимости совершенно несбыточными. При этом нельзя не признать, что французские власти в данном случае заранее пошли на открытое ограничение избирательных прав определенной части каледонцев.
Фактически, тем лицам, которые приехали жить в Новую Каледонию после 1998 года, а также их детям оставалось лишь наблюдать как «коренное население» решает их судьбу, что очень напоминает лишение избирательных прав так называемых «неграждан» в прибалтийских странах после обретения ими независимости.
После подписания Соглашения Нумеа вопрос о его ратификации был вынесено на референдум, который состоялся в Новой Каледонии 8 ноября 1998 года. За одобрение соглашения проголосовал 71,85% избирателей, против – 28,15%, при общей явке 74,23% имевших право голоса. В целом данное соглашение способствовало умиротворению политических страстей в регионе и обеспечило его устойчивое развитие на протяжении длительного периода времени.
Прошло 20 лет и наступил долгожданный для канаков 2018 год. Как и было предусмотрено в соглашении, 20 марта 2018 года Конгресс Новой Каледонии принял решение провести референдум о независимости 4 ноября того же года. После этого списки избирателей были уточнены по правилам Соглашения Нумеа.
В результате уточнения, из 210 105 зарегистрированных избирателей более 35 тысяч (более 17% !) не были допущены до участия в референдуме, поскольку не соответствовали указанным в соглашении правилам.
Естественно, что столь дискриминационный подход к определению состава избирателей вряд ли может быть признан приемлемым в современном мире, особенно когда речь идет о гражданах одной страны, в данном случае Франции.
В контекстеПуть от улицы к избирательным урнам часто заводит в тупик Список «желтых жилетов» отнял бы голоса, прежде всего, у «Национального объединения». Между тем, единственной заботой Эммануэля Макрона является то, чтобы 25 мая список «На марше!» опередил список Марин Ле Пен.
Вопрос о независимости Новой Каледонии уже давно расколол региональное сообщество на два непримиримых лагеря: сторонников и противников независимости, которые между собой отличаются, прежде всего, по своей этнической принадлежности. Большинство канаков и представителей их партий традиционно выступают за независимость региона, тогда как белые и большинство полинезийцев – против. При этом сторонники независимости были мотивированы тем фактом, что для них это было первое в истории голосование, которое должно было определить судьбу их страны (напомним, что в 1987 году они бойкотировали референдум).
Напротив, целью противников независимости была не просто победа, в которой они и так были абсолютно уверены, а триумфальная победа на уровне 70%,
которая заставила бы их противников отказаться от проведения второго и третьего референдума, поскольку это потеряло бы всякий смысл. Их уверенность в возможности такого результата подкреплялась данными социологических опросов. Согласно одному из них, проведенному прямо накануне референдума, сторонники независимости могли рассчитывать лишь на 34% голосов, тогда как их оппоненты – на 66%. Однако, как показали итоги голосования, социологи в очередной раз оказались далеки от истины.
4 ноября открылись все 284 избирательных участка Новой Каледонии и каждый избиратель, получая бюллетень, должен был ответить на сакраментальный вопрос: «Хотите ли вы, чтобы Новая Каледония достигла полного суверенитета и стала независимой?».
Уже в процессе голосования стало ясно, что назревает как минимум одна сенсация, связанная с уровнем явки избирателей. И явка действительно превзошла все ожидания: в голосовании приняло участие 80,63% избирателей, что является несомненным рекордом для региона. Достаточно сказать, что на президентских выборах в 2017 году явка в Новой Каледонии составила 48,14% в первом туре и 52,81% во втором.
Второй сенсацией стали результаты голосования. Как и предполагалось, победу одержали противники независимости. За сохранение status quo высказались 56,67% избирателей, тогда как за отделение от Франции – 43,33%, что стало полной неожиданностью как для экспертов, так и для многих сторонников независимого канакского государства. И в этом смысле итоги референдума представляются явно неоднозначными. С одной стороны, перед нами безусловная победа противников независимости, с другой –
уже сейчас очевидно, что повторный референдум в 2020 году стал практически неизбежным.
Это подтвердил в своем интервью и один из лидеров FLNKS Алозио Сако, по мнению которого сторонники независимости «были в одном шаге от победы и у них есть ещё два голосования».
Что касается Президента Франции Эммануэля Макрона, то он в своем видеообращении к народу заявил, что рад решению большинства каледонцев и «горд тем, что жители Новой Каледонии выбрали Францию». Тем не менее, как бы Э. Макрон ни был бы рад решению островитян, ему следует заранее готовиться к новому выступлению по телевидению по тому же поводу в 2020 году.
Как уже говорилось, второй референдум о независимости возможен, если за его проведение выступит 1/3 депутатов Конгресса.
На данный момент у сторонников партий, выступающих за независимость более 20 мест из 54, чего с лихвой хватит для инициирования проведения следующего плебисцита. И предстоящие в 2019 году парламентские выборы в Новой Каледонии вряд ли кардинально изменят ситуацию.
Вряд ли изменится и этническая структура голосования избирателей, столь ярко проявившаяся в ходе референдума. В двух из трех провинций Новой Каледонии, в которых проживают преимущественно канаки, уровень поддержки идеи независимости составил более 75%, тогда как в самой населенной Южной провинции, где большинство составляют белые и полинезийцы, за независимость проголосовало чуть более 26% избирателей. Думается, такая же структура электоральных предпочтений сохранится и в дальнейшем, в том числе, в ходе следующего референдума, который, уже несомненно, состоится в 2020 году.
* * *
Максим Желтов
«Интер-Избирком»