Зачем Путин ездил в Саудовскую Аравию
Первый за 12 лет визит президента России Владимира Путина в Саудовскую Аравию прошел на фоне очередного обострения в Персидском заливе. Эр-Рияд и Тегеран оказались фактически на грани войны, каждый день ужесточают свою политику в отношении Ирана и США.
После ухода из Сирии Вашингтон сосредоточит свое внимание на Персидском заливе. С экономической точки зрения Россия не может выступить конкурентом США в этом регионе, но повышенная активность Москвы в зоне американских интересов вызывает подозрения в Вашингтоне.
В контекстеНефтяное 11 сентября Тегеран ведет против Эр-Рияда и отчасти американцев классическую «войну на периферии» — в Сирии, Ираке, Йемене. Майк Помпео, возможно, прав, говоря о том, что Иран ответственен более чем за 100 нападений на Саудовскую Аравию, однако эти атаки организованы руками иранских партнеров.
За последний год после убийства саудовского журналиста Джамаля Хашогги, бывшего также колумнистом The Washington Post, президенту США Дональду Трампу приходилось не раз отстаивать необходимость сохранять тесное сотрудничество между Вашингтоном и Эр-Риядом и перед конгрессменами, и перед простыми американцами.
Среди его главных аргументов – опасения активизации российско-саудовских связей, в том числе в военно-техническом сотрудничестве.
Если мы не будем продавать оружие саудовцам, они пойдут к русским и китайцам – неоднократно повторял Трамп.
Кроме того, американские дипломаты весьма подозрительно отнеслись к предложениям России создать в регионе Персидского залива аналог ОБСЕ. Речь идет об обновленной в июле российской Концепции коллективной безопасности в Персидском заливе.
Предыдущие аналогичные предложения Москвы, сделанные в 1990-х и 2000-х годах, остались нереализованными. Сейчас Россия предлагает присоединиться к работе не только странам региона, но и США, Китаю и ЕС. В сентябре прошли первые консультации на экспертном уровне.
Центральной темой стало обсуждение механизма мониторинга в Персидском заливе.
Если бы такой механизм уже работал, то ни у кого бы не возникло вопросов, кто стоит за таинственными нападениями на танкеры в Оманском заливе или кто обстреливал нефтеобъекты в Саудовской Аравии, считают в Москве.
Американцы на эти консультации не приехали. «Зачем нужна российская концепция? У нас своя налаженная система отношений со странами Персидского залива», – такова суть позиции США, которую объяснил мне один из американских дипломатов.
В Вашингтоне подозревают, что Россия хочет вытеснить США из региона. Но есть ли основания для опасений?
Нефть и инвестиции в настоящем
В контекстеБойкот удался — и сразу запахло войной Год с небольшим назад Иран экспортировал 2,7 млн барр. в день и был третьей после России и Саудовской Аравии нефтеторгующей державой мира. Сейчас его поставки упали до 0,5—0,7 млн барр.
Последние четыре года отношения между Россией и Саудовской Аравией сводятся к двум словам – инвестиции и нефть. Арабские страны понимают, что времена, когда они могли в одиночку влиять на мировую политику через цены на нефть, давно прошли. Теперь им нужен союз со странами, не входящими в ОПЕК, прежде всего с Россией.
И именно на этом понимании в 2016 году Москва и Эр-Рияд начали выстраивать двустороннее сотрудничество нового уровня на основе доверия, возникшего между руководством двух стран во время работы над сделкой ОПЕК+.
К визиту президента Путина в Эр-Рияд была подготовлена Хартия долгосрочного сотрудничества между странами ОПЕК и не входящими в картель странами.
Документ был парафирован еще на министерской встрече в Вене летом этого года, но торжественное подписание отложили до встречи Владимира Путина с королем Саудовской Аравии Салманом.
«Речь идет не только о взаимодействии в плане корректировки в целях балансировки рынка, это гораздо более широкое взаимодействие, основанное в первую очередь на развитии нашего совместного сотрудничества в этой сфере и двустороннем, и многостороннем формате»,
– заявил в Эр-Рияде российский министр энергетики Александр Новак.
Второй компонент российско-саудовского сотрудничества – инвестиции. Еще в 2015 году во время первого визита в Россию наследного принца Саудовской Аравии Мухаммеда бен Салмана Российский фонд прямых инвестиций (РФПИ) и Саудовский суверенный фонд (PIF) договорились о $10 млрд совместных инвестиций в российскую экономику.
В 2017 году в ходе первого в истории визита короля Саудовской Аравии в Москву были также подписаны Соглашения о создании Инвестиционного энергетического фонда и Инвестиционного фонда в сфере высоких технологий, каждый по миллиарду долларов США.
Тогда казалось, что это огромный успех. Но нужно было дождаться реализации соглашений.
Согласно отчетам РФПИ, на данный момент из $10 млрд вложения были сделаны в 30 проектов на общую сумму $2,5 млрд. В ходе нынешнего визита Путина в Эр-Рияд были задокументированы договоренности по десяти сделкам еще на $2 млрд.
Кроме того, на рассмотрении еще 25 новых потенциальных сделок на сумму около $10 млрд.
В экспертной среде есть мнение, что инвестиционное сотрудничество развивается очень медленно. Для традиционно консервативных инвесторов из Залива Россия по-прежнему выглядит рынком не только с высокими доходами, но и с высокими рисками.
На это глава РФПИ Кирилл Дмитриев отвечает, что несколько лет назад вообще мало кто верил, что саудовские бизнесмены выделят деньги под российские проекты, а потом мало кто верил, что сделки заработают. Тем не менее, пусть и четыре года спустя после первых договоренностей, это происходит.
Чтобы оценить качественные изменения в двустороннем сотрудничестве между двумя визитами президента РФ в Эр-Рияд, можно сравнить списки документов, подписанных в 2007 и 2019 годах, а также соглашения, принятые в ходе визита короля Салмана в Москву в 2017 году.
2007 год – всего пять документов: Соглашение о воздушном сообщении, Конвенция об избежании двойного налогообложения, Меморандум о сотрудничестве между Министерствами культуры, Меморандум о взаимопонимании и сотрудничестве между Внешэкономбанком и Росэксимбанком и Саудовским фондом развития, Соглашения о сотрудничестве между РИА «Новости» и Саудовским информационным агентством. Дежурный набор практически ни о чем.
2017 год – 14 документов. Здесь по-прежнему мало конкретики и много меморандумов о намерениях и рамочных соглашений, но набор расширился. Помимо упомянутых двух инвестиционных фондов речь шла об исследованиях космоса, военно-техническом сотрудничестве. Была составлена дорожная карта торгово-экономического и научно-технического сотрудничества, программа по вопросам сельскохозяйственного сотрудничества, программа реализации сотрудничества в области использования атомной энергии в мирных целях между ООО «Русатом Оверсиз» и Центром имени короля Абдаллы по атомной и возобновляемой энергии.
2019 год – уже 21 документ. О двусторонних отношениях говорят уже как о стратегических, хотя официально Саудовская Аравия, в отличие от соседних ОАЭ, пока не стала стратегическим партнером России. Тем не менее в присутствии короля и президента подписана программа российско-саудовского стратегического сотрудничества высокого уровня Совместной межправительственной комиссии. Более конкретными по сравнению с предыдущими годами стали направления инвестиций: лизинг воздушных судов для поддержки развития российских авиалиний, вложения в «Нефтетранссервис» – это крупнейший оператор железнодорожных перевозок в России.
Появились и конкретные сделки, которые стали первыми шагами в реализации договоренностей 2015 и 2017 годов. Это соглашения о вхождении консорциума Saudi Aramco, PIF и РФПИ в акционерный капитал производителя оборудования для нефтедобычи «Новомет» и о сотрудничестве между саудовской нефтехимической корпорацией SABIC, РФПИ и российской группой ЕСН по строительству и эксплуатации завода по производству метанола мощностью до 2 млн тонн в год в Амурской области в России.
Помимо документов, подписанных в присутствии первых лиц, в ходе приуроченного к визиту бизнес-форума российские и саудовские компании заключили 17 меморандумов о взаимопонимании.
Безусловно, их реализации можно дожидаться годами, как уже было со многими российскими компаниями, которые хотели начать работу в королевстве. Но сейчас саудовские власти заинтересованы в развитии экономики, локализации производства и, как это ни странно, инвестициях. На этом фоне у российских компаний появился шанс, первые лицензии на работу в Саудовской Аравии уже получены.
Вопрос, что будет дальше и смогут ли российские компании конкурировать в королевстве с западными и азиатскими бизнесменами.
Сельское хозяйство и ОПК в будущем
В контекстеАмериканский истеблишмент в зеркале Хашогги Я не видел статей о влиянии саудовских денег на этот истеблишмент, но оно, наверняка, должно существовать. Известно, например, о больших вливаниях этих денег в американские университеты на цели финансирования открывавшихся там центров изучения ислама, изменивших в позитивную сторону отношения Америки к исламу, несмотря на чудовищность преступления 9/11.
В 2005 году товарооборот России и Саудовской Аравии составлял всего $235 млн, а в 2012-м достиг миллиарда и продержался на этом уровне еще два года, затем сократился вдвое вместе с падением цен на нефть в 2015–2016 годах. Превысить миллиардную планку вновь удалось только в прошлом году.
Теперь, как заявил в Эр-Рияде министр экономического развития Максим Орешкин, две страны планируют нарастить товарооборот до $5 млрд к 2024 году, а к 2030 году выйти на двузначные цифры. На фоне почти $50 млрд товарооборота между США и Саудовской Аравией и многомиллиардных оборотов между королевством и европейскими и азиатскими странами это выглядит не особенно впечатляюще.
Но приходится учитывать, что Россия догоняет то, что другие страны выстроили в предыдущие десятилетия.
Традиционно торговля между Россией и арабскими странами концентрируется на поставках сельхозпродукции и вооружений. На сельхозпродукцию Москва делает ставку и в отношениях с Эр-Риядом. Ведь Саудовская Аравия – крупнейший покупатель продовольствия в регионе, объемы ее импорта достигают $20 млрд в год.
Уже сейчас Россия – основной поставщик ячменя в королевство. В конце августа было наконец получено разрешение на поставки пшеницы. В ходе визита Путина две страны подписали программу по расширению российского экспорта продовольствия. Надежды возлагаются на поставки мяса, молочной продукции и кондитерских изделий. Бельгия делает миллиарды на поставках шоколадных конфет в королевство.
России тоже есть что предложить. Министр сельского хозяйства РФ Дмитрий Патрушев считает, что выйти на $1–2 млрд в поставках продовольствия за несколько лет вполне реально.
Сложнее ситуация с вооружением. Саудовская Аравия не раз подписывала с Россией соглашения о намерениях на миллиардные суммы, но почти ничего не происходило.
В 2017 году в ходе визита короля Салмана в Россию было подписано два документа в этой области: меморандум между АО «Рособоронэкспорт» и Саудовской военно-промышленной компанией о покупке и локализации производства продукции военного назначения и контракт на общие условия организации в королевстве лицензионного производства автоматов Калашникова АК103 и патронов различного назначения.
По данным СМИ, помимо автоматов речь шла о меморандуме о покупке и локализации производства тяжелых огнеметных систем ТОС-1А «Солнцепек», противотанковых ракетных комплексов «Корнет-ЭМ» и гранатометов АГС-30. В апреле источник агентства «Интерфакс» сообщил о начале поставок в Саудовскую Аравию «Солнцепека». А в августе глава Федеральной службы по военно-техническому сотрудничеству России Дмитрий Шугаев подтвердил, что начались поставки автоматов Калашникова, но до локализации производства дело пока не дошло.
В России также регулярно вспоминают о подписанном в 2017 году контракте на поставку в Саудовскую Аравию С-400. В феврале появилось уточнение: Россия и Саудовская Аравия обсуждают условия для активации контракта.
Однако Эр-Рияд этой темы избегает. Там тактично промолчали, когда президент Путин в очередной раз предложил саудовцам С-300 и С-400 для защиты нефтяных объектов.
Учитывая связи Вашингтона и Эр-Рияда в оборонной сфере, изменений на этом направлении не предвидится, разве что США вдруг резко сменят курс в отношениях с королевством.
Учитывая торговые перспективы, Вашингтону пока не стоит беспокоиться о росте влияния России в регионе Персидского залива. Однако очевидно, что арабские страны все активнее диверсифицируют свои связи. Москва же пользуется этим к своей выгоде – как экономической, так и политической.
Расхождения между Россией и Саудовской Аравией в отношении Ирана не мешают двум странам выстраивать прагматичные отношения. А доверие, появившееся на основе экономического или, вернее, нефтяного сотрудничества, позволило Москве эффективно сотрудничать с Эр-Риядом в вопросе сирийского урегулирования.
Без помощи саудовцев договориться с оппозицией, которая базируется в Эр-Рияде, не удалось бы.
* * *
Марианна Беленькая
Московский центр «Carnegie»