Накануне саммита «семерки», из которой исключена Россия, президент Франции принял Владимира Путина, чтобы обсудить с ним будущее, старательно избегая неприятных тем
Когда речь заходит о России, обычно торопливый Эмманюэль Макрон предпочитает делать ставку на «долгосрочную перспективу». Упрекнуть его в этом едва ли возможно: вопрос сложный, а собеседник неуступчивый. 19 августа, когда канцлер Ангела Меркель и премьер Виктор Орбан отмечали на австро-венгерской границе великое прошлое и 30-ю годовщину первого удара по железному занавесу, президент Франции принимал российского коллегу Владимира Путина на берегу Средиземного моря, чтобы обсудить с ним строительство будущего.
Эмманюэль Макрон не жалеет сил. Выбор закрытого и идиллического форта Брегансон для проведения встречи был оставлен в силе вопреки страшной картине массовых арестов демократических демонстрантов в Москве на протяжение последних нескольких недель. Несмотря на настоятельное напоминание о значимости свободы слова, права на собрания и участие в выборах, президент Франции предпочел избежать других неприятных тем вроде российского вмешательства в избирательный процесс в западных странах или задержания Москвой 24 украинских моряков и симферопольского режиссера Олега Сенцова.
Президент вновь упомянул Достоевского, Тургенева и Стравинского как символы России, которую он великодушно называет «великой державой Просвещения». «Общие представления» должны сделать все остальное: с точки зрения Парижа восстановление диалога с Москвой стоит избыточных проявлений лиризма в этот «глубоко исторический момент переустройства международного порядка».
Изоляция не обошлась России без последствий
Как бы то ни было, образы Просвещения мало интересуют Владимира Путина. Преподнесенный Брижитт Макрон букет цветов (его получила и Ангела Меркель в Сочи в прошлом году) не должен ввести никого в заблуждение: российский лидер любит силу и презирает Запад. Он воздержался от лестных замечаний в адрес хозяина. Путин сейчас сталкивается с множеством внутренних трудностей, и визит в Брегансон позволяет ему показать, что Россия вновь стала значимым игроком на международной арене, причем до такой степени, что Франция принимает его за несколько дней до организуемого ей в этом году саммита «семерки» (Россия была исключена из организации). Перспектива (пусть и трудоемкая) улучшения отношений России с Европейским союзом и, в частности, снятия санкций, безусловно, стоит поездки на Лазурный берег.
Президент России поблагодарил Макрона за французскую поддержку полного возвращения России в Совет Европы. Москва представила этот шаг как большую дипломатическую победу, и это говорит о том, что изоляция не обошлась для нее без последствий. Кроме того, Путин указал (единственный позитивный сигнал с его стороны перед прессой) на возможность подвижек по Донбассу. Он знает, что ситуацию с ЕС не наладить без прогресса на Украине, и видит, что президент Франции готов стать движущей силой на этом направлении.
Вполне логично, что Макрон говорит с Путиным, если хочет сдвинуть с места сирийский, иранский и ливийский вопросы. Тем не менее куда опаснее мешать в одно острые вопросы и туманные мечты об «архитектуре безопасности» от Лиссабона до Владивостока. Иначе говоря, краткосрочную и долгосрочную перспективы.
* * *
Редакционная статья
«ИноСМИ»
«Le Monde»