Распад империи
«Советская империя» на здании Центрального телеграфа в Москве. (Фото: «Nautilus»)
Превратить войну империалистическую
в войну гражданскую.
В.И. Ленин
Что происходит сейчас между Россией и Украиной? Начнем с того, что вдохновитель и организатор мероприятия упрямо отказывается признавать его «войной».
Можно, конечно, считать это просто хитрой уловкой с целью не запутаться в разных там женевских и ООН-овских предписаниях на сей счет, но при ближайшем рассмотрении прослеживается и некоторый содержательный мотив.
В контекстеИдет волна народная ...Это распад единого правового пространства, когда на одной стороне городской площади относиться к женщине как к домашнему животному предосудительно и даже наказуемо, а на другой – освящено вековой традицией и в общем заслуживает поощрения как проявление национальной самобытности.
Судя по словам и делам российских начальников, они и вправду считали свои действия не очень чтобы войной, а скорее… карательной экспедицией имперского центра против взбунтовавшейся провинции.
И обида на США или НАТО у них тоже искренняя вполне, ибо за санкциями или поставками оружия легко и безошибочно просматривается принципиальный отказ, признать право России оставаться империей.
Про планы, завоевать их и покорить, русские, правда, уже малость присочиняют (такое сокровище, кроме Китая, не нужно никому), но принятие в НАТО Латвии или Украины для России действительно реальная опасность – не из-за «подлетного времени», а из-за потери идентичности.
Имперское сознание, а по-современному «Русский мир» – неотъемлемая часть личности обширного сектора населения современной России. Без теплых сортиров они уж как-нибудь проживут, дело привычное, а вот без русского мира… Помните, это, кажется, у Достоевского: «Если Бога нет, какой же я штабс-капитан?»
Пусть поражение в Афганистане тоже не в последнюю очередь американским оружием нанесено, но то – соперничество двух империй, так сказать, «на нейтральной полосе»: кто-то теряет, кто-то находит, уход Азербайджана на тормозах удалось спустить, не возбуждая общественности, чего там в какой-то Сирии делается, русских вообще интересует мало, а тут…
Ведь земли эти им на самом деле ни за фигом не нужны – своих девать некуда, и разговоры о страждущих братьях, которым в Донбассе или в Таллине по-русски говорить не дают, тоже треп – двадцать раз к себе переселить их могли бы, благо места хватит, углеводородных доходов – тем более.
Забрали же французы, уходя из Алжира, «черноногих» (pieds noirs) своих с собой, но… тем самым де факто признали, что перестали быть империей, то ли к тому моменту признали, то ли уже в процессе. (Хотя некоторые «черноногие» уезжать отказались, остались в Алжире, и думать не хочется, каково им там пришлось).
Разумеется, империи смертны, хотя им самим это трудно уразуметь. Приходит час, они рассыпаются, провинции становятся самостоятельными, как, например, Московия, провинция империи Золотая Орда, обретя независимость, со временем сама в империи вышла, но напрочь об этом позабыла.
Помню, в 60-х годах на каждом заборе в Москве висели лозунги про развал колониальной системы империализма, но никому даже в голову не приходило, на себя примерить…
И вот сегодня украинская война, при всей своей важности и весомости – не более чем эпизод в ускоряющемся сходе лавины:
сдана Армения, уходит Казахстан, Центральная Азия промеж себя активно отношения выясняет – то ли старые обиды вспомнили, то ли новые доходы от наркоторговли не могут поделить, исламский мир к прыжку изготовился, с востока наползает Китай…
Вероятно, австрийцам, англичанам или французам тоже нелегко было примириться с мыслью, что вот – была империя, да вышла вся. Они ведь тоже в свое время колониальные войны вели в Родезии, там, или в Алжире, и все-таки справились как-то, вылезли… Но для России этот удар будет, похоже, ОЧЕНЬ тяжелым. Вплоть до сползания в новую смуту.
В контекстеВеликобритания охвачена угаром «развенчателей» Очистительная волна не обошла стороной даже Уинстона Черчилля. На пьедестале его памятника перед Вестминстером появилась надпиcь: «был расистом». Но на этот раз консервативная пресса без колебаний бросилась на помощь «Старому льву»...
Все на свете захватнические войны возникали по причинам ВНУТРЕННИМ для страны-захватчика.
Нападение на Украину обусловлено косвенно и крахом экономики, от которой остается по сути только добыча да вывоз разнообразного (не только углеводородного) сырья, что, правда, хорошие прибыли дает компрадорам, но большинству народа более или менее оплачиваемые рабочие места может предложить только наемниками в окопах, и демографический взрыв «национальных окраин», грозящий постепенной заменой населения.
Но главное – отчаянный отказ осознать, что
убыль в росте вовсе не оттого, что кто-то Россию поставил на колени и теперь с них обратно надо встать, а оттого, что такой вот теперь и есть ее натуральный рост.
Они же привыкли, что:
Не только за свою страну
Солдаты гибли в ту войну,
А чтобы люди всей земли
Спокойно ночью спать могли.
Они же знают, что «в ту войну» потери СССР были гораздо больше потерь других участников (и это правда!), но не могут уразуметь, что гибли-то на самом деле ТОЛЬКО ЗА СЕБЯ, и потому никто другой не обязан им благодарностью.
Да, разумеется, подобные заблуждения характерны для любой империи. Вспомним хоть Киплинга:
Несите бремя белых, -
И лучших сыновей
На тяжкий труд пошлите
За тридевять морей;
На службу к покоренным
Угрюмым племенам,
На службу к полудетям,
А может быть - чертям!
Но Киплинг призывает трудиться, не ожидая признания от этих самых «племен»:
Несите бремя белых, -
Пожните все плоды:
Брань тех, кому взрастили
Вы пышные сады,
И злобу тех, которых
(Так медленно, увы!)
С таким терпеньем к свету
Из тьмы тащили вы.
В контекстеФашизм, нацизм и путинизм От Путина исходит угроза человечеству ничуть не меньшая, чем та, которая исходила от Гитлера. Ее не устранят никакие компромиссы и уступки агрессору. Ее может устранить только ликвидация режима Путина.
Он тоже считает колонизаторов и их империи жертвой несправедливости, но… принимает, «вмещает» это как пусть печальную, но закономерность.
В отличие от «Русского мира», который крушения империи вместить не в силах.
Среднестатистический русский человек его воспринимает как личное оскорбление, умышленно нанесенное какими-то недоброхотами, он всерьез жалеет себя. И потому фашизм в России существует не со вчерашнего дня, и чем реальнее перспектива окончательной утраты империи – тем выше его шанс прийти к власти.
Тут, впрочем, необходимо сделать лирическое отступление и напомнить, что «фашизм» – не ругательство, а научный термин.
Фашизм – это, согласно Оксфордскому словарю: Форма открытой диктатуры с опорой на расизм и шовинизм, направленная на искоренение демократии, на установление режима жестокой реакции и на подготовку агрессивных войн.
А попроще: «Мы самые лучшие, наша история самая славная, и потому пусть нам будет хорошо, а если другим от этого будет плохо, задавим их силой с оружием в руках. Презренных предателей из наших, что с этим не согласны, по стенке размажем и закатаем в асфальт».
(Правда, очень важно учитывать отличие от тоталитарного большевизма / нацизма, который сверх того требует мирового господства и убивает массово не только непокорных, но и тех, кто ему ничего плохого не делает и не замышляет, а просто согласно его теории на этом свете лишний (евреи у нацистов, буржуи у коммунистов). В России в данный момент речь идет не более чем о фашизме).
Нет, конечно, фашисты не в силах восстановить ни империю, ни экономику, ни даже развязать ядерную войну, но они вполне способны вернуть русским веру в того самого имперского идола, который поможет им сохранить звание штабс-капитана.
И за это, сдается мне, русские будут воевать с мотивацией, какой сегодня мало кто от них ожидает, но начать-то фашистам придется все же не с Украины, а
с наведения соответствующего «порядка» в собственном доме, со сведения счетов со всеми, кто сбежать не успел, но обладает недостаточно восторженным образом мыслей.
Империалистическая война перейдет в гражданскую.
В контекстеФашизм: социализм под маской капитализма Там, где социализм национализировал собственность явным образом, фашизм делал это неявно, требуя от владельцев использовать свою собственность в «национальных интересах», то есть так, как это представлялось нужным авторитарным властям.
А что же украинцы? Как понимают себя они? Начнем с общего утверждения, что не существует никакого критерия различения, является ли та или иная группа «народом», кроме вопроса, считает ли она себя таковым. И если вчера не считала, а сегодня – уже да, значит, вчера не была, а сегодня стала, и тут уж ничего не поделаешь.
Культурные различия между Россией и, как говорили до исторического материализма, «Малороссией» замечали еще при царе-батюшке. В мемуарах какого-то знаменитого адвоката (кажется, Плевако) отмечено, что когда показания в суде дает крестьянская семья, то в семье русской говорит ОН, ОНА встревает лишь при необходимости, а в украинской – ровно наоборот.
Известный этнограф конца XIX века С.В. Максимов многократно подчеркивал различия в местной демонологии, и никого это не шокировало.
Но мы лучше в -надцатые века залезать не станем, достаточно привести свидетельство покойной Софьи Власьевны, выраженное не словами (за враньем у нее, помнится, дело никогда не вставало), но решениями и поступками.
Будучи в дошкольном и младшешкольном возрасте большим любителем литературы «про войну», я хватала все, что под руку подвернется, и в результате прочитала множество текстов про немецкую оккупацию, борьбу с ней и последующее освобождение территории Украины. Не Белоруссии, не России, а вот именно Украины.
Запомнилась, правда, песня «Шумел сурово брянский лес», но, оказывается, во время оккупации Брянск с окрестностями был административно присоединен к той же Украине.
Читая «Молодую гвардию», я, по молодости лет, не задумывалась над этнической принадлежностью ее героев, но позже все же сообразила, как важно было автору подчеркнуть роль в сопротивлении вот именно украинцев, в частности, он, по свидетельству местных жителей, ну очень преувеличил заслуги Олега Кошевого.
Упоминается Украина в известной книжке Маршака и Кукрыниксов, в «Голубях» Маршака – Киев… да почему же, например, не Минск?
Случайным это быть не могло, явно сверху отмашку дали, сомневались, видимо, в лояльности украинских подданных…
В контекстеМарк Солонин: как СССР победил в войне? Советский Союз получил от западных союзников 18 тысяч боевых самолетов, 12 тысяч танков и САУ, 7 тысяч бронетранспортеров, 375 тысяч грузовых автомобилей, две тысячи паровозов и 11 тысяч вагонов, 45 тысяч металлорежущих станков...
С одной стороны Марк Солонин утверждает, что реально партизаны-националисты действовали только в Украине западной, с другой – опасения у Москвы, значит, были.
Видимо, процесс формирования народа еще не был завершен, да к тому же был, вероятно, прерван Голодомором, когда в вымершие села завозили людей из других мест. В конце войны и в послевоенное десятилетие, когда рухнули последние надежды на отмену колхозов, самоидентификации с империей способствовал, в частности, государственный антисемитизм, давая сигнал: «Мы – на вашей стороне».
Была, конечно, стандартная русификация, преследования за «буржуазный национализм», но были и космополитические мегаполисы типа Киева, Одессы или Донбасса, где русский был естественным языком общения, и множество украинцев делали карьеру в метрополии, в первую очередь в армии…
Были истолкования одних и тех же исторических событий либо как подтверждения извечной принадлежности к России, либо как доказательства права на самостийность, например, известный факт выхода из киевской бурсы целого поколения российского духовенства или романтический герой Гоголя, восклицающий в момент главного подвига: «Будет на Руси свой царь!».
Одним словом, пребывал себе украинский народ в процессе возникновения, и даже после провозглашения независимости о разрыве связей с метрополией речи еще не заходило. Независимости кто-то хотел, кому-то это было безразлично, кто-то предпочел бы даже и воссоединение, но к войне не стремились даже те, кто не позабыл советской ласки.
Судя по результатам выборов, для абсолютного большинства этнический компонент личности «опорным» не был. Были (и есть) фашисты, также как есть они в России, но влияние их было ничтожно, пока…
Пока Россия не начала войну за право оставаться империей.
Ибо Украине открытым текстом было предложено принести свою молодую этническую идентичность в жертву умирающей имперской идентичности России.
Ей предписывается даже не вновь стать имперской провинцией, но прямо-таки раствориться в России, превратиться в русских, то, что в ООНе модно нынче звать «культурным геноцидом», (хотя я лично не сторонник столь сильных выражений, я бы сказала «безоговорочная и полная ассимиляция»). И представьте себе обиду русских, когда обнаружилось, что хохлы эти неумытые вместо восторженной благодарности за столь великую честь еще и носом крутят…
Не знаю, кто, когда и как впервые описал эту закономерность – я упоминание ее встретила в произведениях Рене Жирара: Чем дольше сражаются враги, тем больше друг другу уподобляются, и прежде всего, конечно, более сильному подражает более слабый, чтобы перенять его умение побеждать.
Идеологический плюрализм в Украине скукожился, и в долгосрочной перспективе противостояние России неизбежно становится маркером свой / чужой, как 200 лет назад стало маркером в Польше, а 70 лет назад – в Украине западной, несмотря на то что восстания были подавлены.
Если вчера русскоязычность и тяготение к России в Украине, возможно, не приветствовались, но рассматривались как допустимые, то сегодня их уже прямо называют предательством.
Если вчера кандидаты партии «путинского кума» Медведчука вполне легально побеждали на выборах областных администраций, то сегодня партизаны (которых во время Второй мировой на этих землях НЕ БЫЛО, были только на поздно присоединенном западе страны) считают их легитимной мишенью для отстрела.
В контекстеСовсем не про Булгакова Осколок империи, даже воюющий за свободу против пост-империи, не представляет себя нормальной страной вроде Бельгии, Канады или Финляндии, зато также легко начинает себя вести, как мини-совок и мини-империя.
И трудно осуждать их за это, потому что в Буче и Ирпене, а теперь уже, как выясняется, и в Изюме, прошли чистки по модели, знакомой с конца тридцатых годов: в обозе «освободителей» едут чекисты, которым «свои люди» на местах списки уже подготовили, «классово чуждых элементов» хватают в чем есть, и если не получается в ГУЛАГ депортировать – девять грамм в затылок, как было, например, в 41-м во Львове.
Соответственно действуют и украинцы: фильтрация, отлов «коллаборационистов», аресты тысячами. Сроки, вероятно, получат не все, но массовых «запретов на профессию» ожидать стоит.
С одной стороны, вроде бы, логично, с другой – кто ж их знал, надолго ли та оккупация. И что ж теперь, вовсе не лечить, не учить, воров не ловить? Всем повеситься и не жить, пока мистер Байден оружие прислать раскачается?
Как во всякой гражданской войне, места по разные стороны баррикады распределяться будут хаотично, судьбы – ломаться через колено, и тут уж ничего не поделаешь:
приспособленческое «болото» кроме страха ничем не проймешь, и основной вопрос философии – кого бояться будут больше.
Империалистическая война превратилась в гражданскую, и… акции украинских фашистов автоматически пошли вверх, также как именно процесс распада европейских империй после Первой мировой очень быстро привел к власти фашистские режимы в новообразованных государствах бывших провинций.
Именно российское нападение на Донбасс 8 лет назад сделало легендарным батальон «Азов», а осада «Азовстали» вкупе с бойней пленных в Еленовке закрепило эту репутацию за одноименным полком.
Если целью российской агрессии действительно была борьба с фашизмом в Украине, то полученный результат оказался совершенно обратным.
Разумеется, на самом деле цели «Русского мира» совсем другие, а слово «фашизм» использовалось как жупел, но Путину и компании не помешало бы задуматься о том, что фашизм реально существует и даже угрожает им самим. Только не украинский, а их собственный, внутренний фашизм.
«Путин энд компани» обязательно понадобятся стремящимся к власти фашистам в качестве «козла отпущения» за все прошлые, а также неизбежные будущие неудачи.
И отнюдь не только на украинском фронте.
Распад империи бескровным бывает редко.
* * *
Элла Грайфер
«Живой журнал»