Про типичного советского крепостного
Так, друзья — сегодня будет интересный пост, посвящённый одной из наиболее популярных тем в моём блоге — описанию и классификации всяких негативных типажей, вроде любителей СССР, ватников, антизападников и читателей книг про «попаданцев».
Сегодня я хотел бы рассказать вам о типичном портрете персонажа, которого можно условно назвать «советский крепостной» — подобно царской России, СССР имел собственных крепостных, у которых за 80 лет существования государства выработалось собственное, весьма особенное мировоззрение.
Жив советский крепостной и сегодня. Для того, чтобы с ним познакомиться, достаточно приехать в любую постсоветскую страну или даже просто зайти в «Одноклассники» — уверяю вас, там вы встретите немало советских крепостных, тоскующих по ошейнику. Есть советские крепостные и в странах Загнивающего Запада — как правило, они получаются из числа тех эмигрантов, что уехали не за свободой, а за колбасой, не смогли толком найти себя и теперь поют гимны советскому крепостничеству.
Советский крепостной не имеет выраженной половой принадлежности — он может быть как мужчиной, так и женщиной.
Главное же отличие советского крепостного от любителя СССР заключается в том, что он может даже не хотеть возрождения СССР, а просто желать жить в стране, где он мог бы ощущать себя крепостным царя и не иметь никакого личного мнения по тем или иным вопросам. «Политика — это не для меня!» — чаще всего вскрикивает советский крепостной, и моментально убегает в банк оплачивать огромные налоги, которые назначило ему правительство.
Итак, в сегодняшнем посте — рассказ про типичного советского крепостного. Обязательно заходите под кат, пишите в комментариях ваше мнение, ну и в друзья добавляться не забывайте.
1. Культ Москвы.
В контекстеРебрышки Брежнева, мозги Ульбрихта Никакого «веселого барака» в соцлагере тогдашнее Политбюро не могло позволить – потерять Чехословакию означало потерять все и, возможно, получить эффект домино. Члены Политбюро довольно быстро поняли, что либерализация затеяна именно новым руководством Чехословакии...
В какой точке Земли не жил бы советский крепостной — где-то на подкорке в его уме остаётся прочно записанный культ Москвы, который был вбит в его голову ещё в советские годы.
Вне зависимости от власти, которая сейчас там правит — Москва остаётся неким сакральным местом для каждого советского крепостного.
Многие молодые советские крепостные по старым родительским рельсам стараются уехать жить, учиться и работать именно в Москву — несмотря на то, что сейчас открыт весь мир, в котором есть десятки намного более привлекательных городов.
Если кстати вы начнёте расспрашивать советского крепостного, почему он так делает и так мыслит — то толком он вам ничего не ответит, пробубнив что-то невнятное. Более подробные расспросы заставят советского крепостного ненадолго задуматься о том, почему так происходит — но как только вы перестанете к нему приставать — то он тут же вернётся в привычное прежнее «москвоцентричное» состояние.
Отчего так происходит? Всё дело в том, что в советские годы культ Москвы вбивался людям в головы с раннего детства методом так называемого импринтинга.
Первоклашки, ещё не умеющие писать, обводили по точкам в прописях силуэты Кремля, а в «Букваре» им внедряли «главные слова» — «Мама, Родина, Москва». Некоторые продолжают жить с Культом Москвы всю жизнь — в их мышлении Москва занимает место некой «супер-родины», главного сакрального места.
2. Безоговорочное подчинение властям.
Чаще всего советский крепостной безоговорочно верит и подчиняется т.н. властям — то есть таким же как он людям, волею случая оказавшихся во властных креслах. В мирооощущении советского крепостного эти люди не являются такими же людьми, как и он сам, они не кричали после рождения и не писяли в детстве в пелёнки — нет, это какие-то «более лучшие», более качественные люди, которым нужно безоговорочно верить и подчиняться.
Любые протесты запрещаются — советский крепостной безоговорочно и с радостью жизни принимает все, даже самые безумные законы и запреты.
По старой советской привычке советский крепостной ещё может слегка возбухнуть на какое-нибудь мелкое местное начальство, вроде директора жилконторы или какого-нибудь начальника паспортного стола — но все, кто находятся в более высоких эшелонах власти, для советского крепостного сакральны — о них он говорит полушепотом, чуть вжимая голову в плечи, по-совиному округляя глаза и поднимая указательный палец к потолку.
Если вы попробуете как-то высмеять или хотя бы оспорить такую позицию — то советский крепостной моментально отнесёт вас к категории своих личных врагов.
Кстати, скандалы с мелким начальством советский крепостной устраивает тоже по всемилостивейшему разрешению властей, и как бы даже для того, чтобы угодить тем, кто наверху — нам же сказали, что мы можем пользоваться своими правами, вот мы и пользуемся! Нам же разрешили писать жалобы на директора жилконторы — вот мы и пишем!
При этом, если советский крепостной почувствует, что его выступления идут вразрез с политикой властей — то тут же моментально прекратит все протесты.
3. Отсутствие собственного мнения.
Как правило, собственного мнения по тем или иным вопросам у советского крепостного нет — он либо прислушивается к мнению большинства, либо старается тонко уловить желания и приказы властей и всецело им подчиниться. Происходит так потому, что в СССР иметь собственное мнение было опасно, многие люди старались лишний раз его открыто не высказывать, а позже и вовсе перестали его иметь.
Поведение советских крепостных можно легко увидеть на практике во время различных «соцопросов» — если вы подойдёте на улице к советскому крепостному и спросите у него о чём-то сложнее любимой марки сигарет (скажем, что он думает о повышении цен на бензин) — то советский крепостной либо не ответит вообще ничего (уйдёт от ответа), либо задаст вам множество наводящих вопросов — чтобы понять, какой именно ответ вы хотите услышать, после чего скажет то, что ожидаете услышать вы.
Происходит так от того, что большинство советских крепостных ещё со сталинских лет живут с ощущением скрытой угрозы собственной жизни, которая сопутствует открытому выражению собственного мнения — кто-то много лет назад сказал что-то не то, и потом его ночью забрали — даже те советские крепостные, что не застали сталинские времена (а таких сейчас большинство) постоянно помнят об этом.
Маленький Сталин живёт в голове каждого советского крепостного, отвечая за цензуру высказываний.
4. Оправдание собственной нищеты.
В контекстеНазад в совок, в 1984-й ...Был один молодой человек, писавший диссертацию по истории КПСС... Он объяснил, что вначале взялся за тему феодально-азиатского способа производства и отношений, но параллели с социалистическим строем были настолько очевидными, что ему пришлось срочно сменить тему от греха и тюрьмы подальше.
Чаще всего советские крепострые — достаточно небогатые люди, а иногда и попросту нищие, но при этом вместо того, чтобы постараться что-то изменить в своей жизни – они мастерски придумывают сотни оправданий подобной ситуации.
В их нищете виноваты все вокруг, только не они сами. Время такое. Климат не тот. Кризис мировой подкрался. А кому сейчас легко?
Складывается подобное мировоззрение из нескольких составляющих — во-первых, в нём виноват советский культ нищеты и бедности, который вбивался в головы граждан всеми совковыми средствами пропаганды как что-то хорошее. А во-вторых в нём виновата та самая пассивность, безынициативность и раболепие — о которых я уже рассказывал в предыдущих пунтках.
Советский крепостной всегда ждёт доброго барина и никогда не берёт собственную судьбу в свои руки. Жизнь несёт его по течению.
5. Воинствующая жестокость.
При всей своей пассивности, нищете и раболепии — многие советские крепостные являются достаточно жестокими и агресисвными людьми, агрессия которых как правило направляется властями в нужное русло.
По телевидению идут постоянные передачи про армию и великие вооружённые силы, которые готовы воевать за родину в любой точки Земного шара – подобный оксюморон ничуть не смущает советских крепостных, так как «воевать за родину» для них —
не столько защита собственной страны на своей земле, сколько захватнические войны где бы то ни было за интересы властей.
Собственно, подобные военно-милитаристские передачи преследут одну цель — поддержание в советских крепостных должного уровня агрессии, чтобы в случае очередной войны они легко пополняли списки крепостных рекрутов — ничуть не сопротивляясь этому, а наоборот — записываясь в рекруты с гордостью.
Думаю, не нужно пояснять, что агрессия и милитаристский угар советских крепостных находятся в строго очерченных властями москвоцентричных рамках, и чаще всего никогда не выходят за их пределы.
6. Активная защита собственного ярма.
Из учебников истории мы знаем, что в прежние времена крепостные крестьяне боролись за свои права — время от времени даже устраивая восстания против угнетателей. И это наводит на грустные мысли — потому что нынешние советские крепостные не только не протестуют, но даже готовы активно защищать собственное ярмо.
Главное отличие советских крепостных от несвободных людей прошлых эпох — это то, что они не хотят перестать быть крепостными.
Их полностью устраивает всё, что описано мной в предыдущих пунктах и если вы скажете ему, что Москва — не центр мира, что он может начать мыслить самостоятельно, что люди у власти — ничем не отличаются от него самого — то навсегда испортите с ним отношения.
Быть свободным — для советского крепостного наивысшее оскорбление...
Такие дела.
Максим Мирович
«Живой журнал»