В борьбе за Алжир и Тунис
Хаир эд-Дин, более известный как Барбаросса, пришел к власти в зарождавшемся алжирском государстве благодаря собственным способностям.
Он обладал сильнейшим политическим чутьем – и это было совершенно необходимым качеством в двойном конфликте – и с испанцами, и с аборигенным населением Магриба.
В контекстеРеволюция или сделка элит Алжирцы учли опыт «арабской весны» и сделали все, чтобы не допустить иностранного вмешательства в ситуацию. В этом были заинтересованы все стороны: власти, армия и сами протестующие. Любой намек на «внешний след» вызывал гневное неприятие улицы.
В начале XVI века Магриб, как арабы называют северную Африку от Триполитании до Марокко, переживал фундаментальный кризис. Магриб находился под контролем многочисленных эмиров и племен. Приморские города оказались вне сферы влияния центральной властей и получили фактическую автономию – и благодаря этому вернулись к прежнему промыслу – корсарству.
Этому в значительной степени способствовал приток муров, беженцев из Испании после окончания христианской Реконкисты.
В Восточном Средиземноморье, напротив, происходила консолидация турецкой османской державы, находившейся на пороге превращения в сверхдержаву. Правоверные стали наследниками арабской и византийской империй. В 1453 они завоевали Константинополь, оккупировав до того большую часть Балканского полуострова. Османский контроль над арабскими землями значительно расширился в эпоху султана Селима I – с завоеванием Египта (в 1517 году), Родоса в 1522 и изгнанием с острова рыцарей Св. Иоанна Иерусалимского.
На Западе Испания, с ее католическими правителями – Фердинандо Арагонским и Изабеллой Кастильской пытались подавить корсарские вторжения из Магриба и защитить свою национальную территорию. Именно поэтому они атаковали мусульман при первой удобной возможности. Так были оккупированы части магрибского побережья к западу от Алжира – порт Мерс эль-Кебир (1505), территории близ Орана (в 1509), и далее вплоть до Триполи – в 1510.
Сам Алжир, как и другие прибрежные города, был вынужден подчиниться Испании.
Испанцы, для контроля над ним, построили крепость на небольшом острове перед городом. Несколько лет спустя алжирцы, ради освобождения этого “шипа в сердце” призвали на помощь турецкого корсара Аруджа, который с большим успехом орудовал в западном Средиземноморье. Арудж вместе с братом его, Хаиром эд-Дином, завладел Алжиром – также, как это ему удалось с другими городами магрибского побережья. Он еще более расширил свои домейны – пока не был убит в стычке с испанцами в 1518 году.
Хаир эд-Дин, более известный как Барбаросса, пришел к власти в зарождавшемся алжирском государстве благодаря собственным способностям. Он обладал сильнейшим политическим чутьем – и это было совершенно необходимым качеством в двойном конфликте – и с испанцами, и с аборигенным населением Магриба. Он признал себя вассалом османской империи – и благодаря этому мог рассчитывать на ее протекцию и помощь, сохраняя при этом широкую автономию.
За десять лет столкновений – с испанцами,с местным населением. с наследниками прежних династий, Барбаросса превратился в неоспоримого патрона Алжира – города, который очень скоро стал столицей средиземноморской корсарской войны.
Турецкий султан Сулейман Великий (1520-1566) в 1533 вступил в конфронтацию с Испанией. Его верный вассал и союзник Барбаросса, усилившийся после побед в Магрибе, был назначен на должность Капитана Моря – главнокомандующего всем османским флотом. Он сохранил это звание до самой старости. Древний корсарский капитан ушел в отставку в 1544, когда ему было 78 лет – и умер в следующем году в Стамбуле.
На протяжении всего XVI-го века продолжался морской конфликт османов и их союзников с Испанией.
Главной сценой этого конфликта, закончившегося лишь ко второй половине XVII-го века стало побережье Магриба.
Доминирование над Тунисом было главным мотивом схватки между христианским и мусульманским фронтами. Испанцы стали протекторами древней слабой местной династии. В 1734 году Барбаросса ее изгнал. Император Карл V не мог смириться с подобным успехом, также, как и с приближением угрозы корсаров к берегам Италии. По просьбе свергнутого суверена Карл, с 400 кораблями и 30 тысячами солдат отвоевал город в 1535.
Это произвело неизгладимое впечатление на современников – и повесть об этом сохранилась в бесчисленных хрониках и литературных сочинениях.
В контекстеРазвеять страхи и мифы Арафат пошел на этот позорный для него договор с сионистами и лже-признание Израиля именно потому, что оказался в безвыходной ситуации. Он сидел без денег и покровителей в Тунисе, после того, как сами арабы не простили ему поддержку иракского вторжения в Кувейт.
Но успехи в Тунисе были скомпрометированы цепью последующих неудач – в первую очередь, закончившейся катастрофой испанской экспедицией в Алжир в 1541 году, которую возглавлял сам император. Следствием стало дальнейшее усиление мусульман в Средиземном море, главным образом – благодаря дерзким рейдам корсаров. Тем временем еще один корсарский капитан, Драгут, организовал хорошо защищенную базу на тунисском побережье, с центром в Махдия. Он успешно атаковал с нее испанцев в сентябре 1550.
Затем, в апреле 1551 возникла новая опасность – Драгут был блокирован на канале острова Джерба эскадрой генуэзского адмирала Андреа Дориа.
Пока генуэзцы готовились к атаке, Драгут сумел прокопать ответвление от канала, в котором был заперт, и ушел в открытое море. Он быстро оправился и с удвоенной энергией возобновил свои атаки против христиан. Двумя годами позже корсарам было передано губернаторство Триполи – откуда ранее рыцари мальтийского ордена изгнали турок. Также и Алжир – наиболее мощное из государственных образований Магриба, усилило свою корсарскую организацию, одновременно покоряя все новые и новые земли на запад, отвоевало у испанцев Бугия , и распространило свой контроль вплоть до границ с Марокко.
К середине XVI века господство турок и мусульман в Средиземном море превратилось в реальность. Христианский блок тщетно пытался изменить ход конфликта. Заключив мир с Францией в 1559 году и добившись спокойствия на европейском фронте Филипп II решил попробовать отвоевать Триполи, добившись согласия на это рыцарей мальтийского ордена и сицилийского вице-короля, которым напрямую угрожало корсарское государство Драгута.
Желание тщательно подготовить экспедицию, а затем – дурная погода отодвинули отбытие экспедиции на осень 1559 года. Тем самым был утрачен элемент внезапности, на который рассчитывает всякий бравый командир.
После дальнейших заминок, и после того, как флот уже вышел к побережью Триполи, было принято атаковать остров Джерба, который собирались превратить в базу операций против Триполи.
Был уже конец марта 1560 года. Остров был оккупирован с легкостью, но экспедиция вновь задержалась – необходимо было подготовить его оборонительные сооружения , что было крайне затруднительно из-за отсутствия камня, древесины и извести.
Тем временем султан, с невероятной скоростью, собрал и отправил в Средиземноморье турецкий флот. Он прибыл к Джерба уже в в мае. Христиане были вынуждены бежать – с большими потерями кораблей и людей. Поражение христиан еще более увеличило дерзость и инициативу корсаров Барбарии, которые теперь превратились в властелинов западного Средиземноморья, в то время как турки господствовали в Леванте.
Вдохновленные этими успехами, мусульмане решили в марте 1565 года предпринять завоевание Мальты, острова-крепости рыцарей Св.Иоанна.
Оккупация Мальты могла гарантировать им абсолютный контроль над Средиземным морем. Турки и пираты Барбарии, под командованием Пиала-паши, высадились и загнали рыцарей в их форты. Христианское дело казалось обреченным, но благодаря героизму рыцарей и продолжавшемуся сопротивлению, турки остались на Мальте до сентября . Несмотря на падение форта Сент-Эльмо рыцари все еще держались, когда на помощь пришло войско сицилийского вице-короля – и остров был спасен. На Мальте пал и Драгут, ставший к тому времени повелителем Триполи.
В контекстеСултан, пошёл вон! Таким образом, выход Турции из НАТО было бы замечательной новостью как для НАТО, так и для США. Это было бы хорошо для не исламистских стран со всего мира и особенно для Израиля. Единственной проблемой может стать только необходимость облета Турции, которая и так постоянно возникает.
Воспользовавшись относительной передышкой, паша Алжира, Улудж Али – выходец из Калабрии, принявший ислам, в 1570 завоевал Тунис. Испания была занята мятежом мариско, и утратила бдительность. Христианский Запад, перед лицом непрекращавшегося мусульманского натиска – в 1570 турки отвоевали у Венеции Кипр, создал альянс, Святую Лигу.
Испания, Венеция, Папское государство и несколько мелких союзников объединили свои эскадры и сумели нанести мусульманам тяжелое поражение в эпической битве при Лепанто (7 октября 1571 года).
В этой битве участвовали 400 кораблей и сто тысяч человек. Туркам удалось спасти лишь алжирскую эскадру под командование Улудж Али. Помимо непосредственных последствий этого разгрома – восстановление флота требовало средств и людей, его важнейшим итогом стало то, что заклятие турецкой мощи было разбито. С комплексом неполноценности христиан было покончено, равно как и с опасностью установления турецкой гегемонии.
Христианский блок не сумел извлечь всех выгод из победы под Лепанто – из-за разных намерений союзников. Филипп сразу же бросился атаковать корсарские города Магриба. Венеция же хотела добиться долгосрочных гарантий безопасности своей коммерции. Поэтому уже в марте 1573 года она заключила мир с султаном.
Во вторую годовщину победы плод Лепанто испанцы, во главе с Доном Хуаном Австрийским, сводным братом короля Филиппа, отбили Тунис, и быстро построили там новую крепость.
Но османская империя не могла пережить унижения двойного удара Лепанто и Туниса. Летом 1574 года могучая экспедиция двинулась к Барбарии, под командованием калабрийца Улудж Али, на которого султан возложил верховное командование турецким флотом. Ла Галетта, крепость построенная над заливом Туниса пала после непродолжительной осады – и та же судьба постигла крепость Туниса.
Души христианских правителей и населения трепетали из-за этого возрождения османского престижа. Но финальной конфронтации на Средиземноморье двух сверхдержав – Турции и Испании не последовало. Противники были отвлечены событиями на на других фронтах, и в 1581 году заключили перемирие, которое затем фактически несколько раз возобновлялось.
* * *
Сальваторе Боно
«Postskriptum»