Крах – вопрос времени
Наш крайне закредитованный мир – наркоман, сидящий на дури называющейся «дешевые деньги». Тем не менее, политика дешевых денег не может продолжаться бесконечно. Соответственно, крах – лишь вопрос времени.
В контекстеКак Шелковый путь стал резиновым Тот факт, что китайцы за пять лет несколько раз провели ребрендинг Шелкового пути, а также конкретные примеры провальных сделок с негативными последствиями для компаний из КНР объясняются не отсутствием стратегии, а тем, что китайцы в совершенстве владеют искусством маскировки.
Десять лет назад кризис Lehman Brothers потряс сами основы нашей финансовой системы. Его массивные последствия продолжают ощущаться и по сей день. С того времени, в противоположность утверждениям политиков и банков, кризис не был разрешен – и, напротив, лишь усугубился – при помощи самых сомнительных средств.
Худшее не позади нас, и никакого финансового оздоровления не произошло.
И вдобавок ко всему этому те, кто несет ответственность за этот кризис не только не обанкротились – но живут и развивают свой бизнес за счет денег налогоплательщиков. По только что опубликованным данным правительства Германии, новый кризис обойдется ее гражданам в 68 миллиардов евро.
Одно должно быть ясно – это только вопрос времени, когда разразится новый финансовый кризис – и он будет куда более страшным чем все, что мы видели в 2008.
Мы определенно не забыли 5 октября 2008 года. Было воскресенье. Канцлер Меркель и министр финансов Пеер Штайнбрюк выступили перед камерами и заверили нас, что наши депозиты и сбережения – в полной сохранности.
Каждому сознательному гражданину все было ясно. Это был очень мощный момент. Гарантия федеральных властей предотвратила массовое изъятие вкладов из банков, которое уже началось. Слишком сильны были потрясения и неопределенности сентября – Lehman Brothers, AIG, Hypo Real Estate, Merrill Lynch, Barclays, и так далее.
По всему миру финансовый сектор закачался и центральные банки были вынуждены зайти на новую территорию.
Была организована массовая скоординированная ночная интервенция, приняты законы о реанимации финансовой системы.
Но гарантия того, что наши сбережения обеспечиваются федеральным правительством не закреплена законом, и, с финансовой точки зрения, невозможна.
Что случится, если все востребуют свои деньги одновременно?
Финансистам и политикам удалось продать нам финансовый кризис в качестве «катастрофы». Но это – полный нонсенс! Главная ошибка – считать, что деньги сами по себе чего-то стоят. У денег вообще нет никакой ценности.
Ценность есть только у товаров и услуг. Наше фокусирование на деньгах приводит к тому, что это озеро виртуальной ликвидности превращается в нечто реальное. Это вновь и вновь проявляется в каждом финансовом пузыре, когда махинации аферистов генерируют ценности, которые люди воспринимают в качестве реальных.
И что происходит в тот момент когда люди пытаются одновременно получить свои деньги? – Крах системы.
Более того, финансовый кризис сам по себе – иллюзия. В реальности речь идет о простом финансовом мошенничестве.
Люди берут в долг и рыскают в поисках недвижимости, которую они не могут себе позволить.
Эти тухлые кредиты – вместе с каким-то количеством реальных кредитов – превращаются в тухлые ценные бумаги для богатых инвесторов и тупых банковских менеджеров. Когда пузырь лопается, это мошенничество превращается в «финансовый кризис», а преступники – в жертв.
Любой мясник, смешавший 800 грамм свежего мяса с 200 граммами протухшего мяса прямой дорогой пойдет в тюрьму.
Но если такое проделать с деньгами, с «ценными» бумагами, то объявляется кризис – и делом занимается государство ради спасения предположительно «системных» банков. Нам продолжают говорить о важности «системообразующих банков». Но важны не банки, а система.
В контекстеКакова истинная причина торговой войны Трампа Европа, США и Япония уже долгое время ведут между собой различные споры, однако все они хорошо понимают, каковы правила, и их объединяет основополагающая приверженность идее более открытых рынков. Китай не разделяет их видения. Более того, временами он даже демонстрирует свое презрение к нему.
Благодаря дешевым деньгам, мы видим бум на рынке недвижимости и рынке ценных бумаг. Снова формируются гигантские финансовые пузыри, которые раздувают все больше и больше.
Что обещали нам политики после прошлого кризиса? – Мы введем налог на финансовые трансакции, мы раздавим банки, так, чтобы ни один финансовый институт не смог снова подвести мир к краю экономической пропасти. Все это благополучно забыто. Шоу продолжается.
Бонусы банкиров несколько ограничены – но только в Европе, а не в США. Банки сегодня имеют несколько более высокий, чем в 2008, но по прежнему недостаточный коэффициент обеспеченности собственными средствами.
Бонусы на Уолл-Стрит снова текут мощными потоками. Только в 2017 бонус брокеров увеличились на 17% и в среднем составили 180 тысяч долларов.
Босс JP Morgan Джеймс Димон срубил бонус в 30 миллионов. Объем средств в хеджинговых фондах удвоился, по сравнению с 2008 годом – с 1,46 триллиона долларов до 3,4 триллионов. Супер-богатые делаются еще богаче, средний класс исчезает, а низший класс, и не только в Америке, растет.
Даже в сфере секьюритизации – превращении долгов в ценные бумаги финансовый мир не извлек никаких уроков из кризиса 2008.
Standard & Poor’s оценивает секьюритизацию в триллион долларов. Самый высокий ее уровень в Америке (565 миллиардов долларов) и Китае (260 миллиардов).
Глобальный долг бьет рекорды всех времен, превысив 225% глобального объема производства. Сегодня в мире – больше долга, чем в 2009 году – и это также верно и в отношении задолженности частных лиц.
Из-за очень низких процентных ставок и продолжающегося роста цен на жилье люди продолжают покупать дома, которые они не могут позволить себе ни при каких обстоятельствах.
Уже в 2014 году закредитованность населения превысила докризисный уровень.
Закредитованность населения в во многих странах выше докризисного уровня – 133% от ВНП в Дании, 120% от ВНП в Австралии, Ирландии, Швейцарии и Нидерландах.
Корпоративный долг в Германии, экономика которой характеризуется доминированием средних компаний, составляет 94% от ВНП и представляется управляемым. Ситуация куда более тревожна во Франции (165%) и Бельгии (200%).
10 лет назад политикам удалось свести корову с тонкого льда. Сегодня, однако, многие государства в южной Европе – по уши в долгах. Греция – практически банкрот, и Италия – на пути к банкротству. Если Грецию теоретически можно спасти, Италию – третью по величине экономику зоны евро – спасти нельзя.
Факты просты: в корсете процентных ставок евро на расцвет экономики южной Европы рассчитывать не приходится. Евро слишком силен для для южной Европы и слишком слаб для Германии.
Вместо того, чтобы унифицировать Европу, евро ее разъединяет. В результате этого популистские силы в Европе будут только усиливаться. В Брюсселе, однако, отказываются это осознать.
Если президент Макрон, выделяющийся своим экстравагантным стилем жизни и крайней степенью непопулярности не доставит того, что ждут от него немцы, Францией будут править полулисты. И тогда галлюцинации в Брюсселе уже не будут иметь никакого значения.
Европейский Центральный Банк продолжает печатать деньги – и не может решить никаких проблем. Но убедить его в неправильности выбранного пути невозможно. Между тем, баланс Европейского Центробанка переплюнул федеральный резерв.
В то время, как федеральный резерв уже несколько раз поднимал учетную ставку, процентные ставки в еврозоне - по прежнему ноль.
И, вдобавок в этому, европейский Центробанк печатает по 500 миллионов евро в день.
Эта безумная политика является ничем иным, как экспроприацией вкладчиков, которая ведет к взрывному росту цен на недвижимость и инструменты фондового рынка. Эта политика держит на плаву компании-зомби, которые в нормальных условиях должны были давно-давно исчезнуть.
Цены на недвижимость в США продолжают расти – и они уже выше, чем на пике кризиса. Федеральный резерв продолжает повышать учетную ставку, что может охладить пыл хотя некоторых инвесторов.
За очень короткий промежуток времени президент Трамп продемонстрировал, как быстро ранее достигнутые договоренности могут утратить всякую цену и существующие международные структуры поставлены под вопрос.
Если Трамп реально начал торговую войну с целью гарантировать статус Америки в качестве доминирующей мировой державы еще на несколько десятилетий вперед, и положить на лопатки погрязший в долгах и зависящий исключительно от быстрого экономического роста Китай, последствия для Европы будут непредсказуемыми.
Китайский долг составляет 29 триллионов юаней (4,3 триллиона долларов) и является вторым по величине в мире. Коэффициент долга составляет 250%.
Только за последние десять лет долг вырос на 100%. Никто не может предсказать, сможет ли корпоративный сектор, долг которого превышает 160% ВВП пережить длительную торговую войну. Ясно одно: Китай не вытянет нас за уши из кризиса, как это произошло в 2008.
В контекстеСтрана победившего Глазьева Социологическое большинство населения Венесуэлы твердо уверено: виноваты фашисты, а их рассадник — в сопредельной стране. Из Колумбии толпой несутся мигранты, что пожирают наши несуществующие продукты и занимают рабочие места, на которые самим идти не очень-то и хотелось...
В Венесуэле мы наблюдаем финансовую жизнь после смерти. В Аргентине песо скончался – также, как и турецкая лира. В крупнейших развивающихся экономиках – Южной Африке, Бразилии и Индии национальная валюта движется в одном направлении – вниз.
Хуже того, многие компании в развивающихся странах набрали «дешевых» долларовых кредитов, когда учетная ставка в Америке была низкой.
Сегодня они подставлены и под риск краха национальной валюты, и под высокую учетную ставку.
Из-за роста процентных ставок в Америке инвесторы изымают деньги с развивающихся рынков и вкладываются в США. Это еще больше ускоряет монетарный кризис в перечисленных странах.
Компаниям нужно тратить все больше и больше денег на обслуживание своих долларовых долгов. Многие из этих компаний просто не выживут в следующем кризисе – равно как и их кредиторы, «серьезные» банки индустриально развитых стран.
Вывод: Финансовый кризис ни в коей мере не разрешен – лишь отсрочен. Отсрочка куплена за большие деньги – и лишь на время. Это время – конечно. Поскольку переосмысления политики ни в Берлине , ни в Брюсселе не наблюдается, популисты будут лишь усиливаться – и изменять характер нашей страны. Политические мотивированный трансфер финансовых средств внутри Европейского Союза, в долгосрочной перспективе не поддерживает граждан.
Факты таковы:
В долгосрочной перспективе мы не можем решить наших проблем с помощью печатного станка.
Мы должны выплатить долги южной Европы, потому что сама она это сделать не в состоянии.
Мы должны закончить проект с евро – и это должен быть управляемый процесс.
Поскольку мы наращиваем долг, в то время как реальный рост все время снижается, и покупаем такие активы, как недвижимость – вместо вложений в новые продукты и услуги, новый кризис совершенно неизбежен.
До тех пор пока банки смогут привлекать деньги из воздуха практически неограниченно путем выдачи кредитов, спрос на активы и соответственно их стоимость продолжает расти.
Это создает еще больший потенциал ипотечного кредитования. В случае, если на каком-то этапе поднимется учетная ставка, мы вылетаем в трубу.
Наш крайне закредитованный мир – наркоман, сидящий на дури называющейся «дешевые деньги». Тем не менее, политика дешевых денег не может продолжаться бесконечно. Соответственно, крах – лишь вопрос времени.
* * *
Матиас Вайк, Марк Фридрих
«Postskriptum»